Анатомия экзамен гитлер

О книге, созданной в первой половине XX века австрийским профессором анатомии Эдуардом Пернкопфом, который жил и работал во времена нацистской Германии. Труд анатома — это след в науке, пропитанный людскими муками и горем. Материалом для этой работы послужили сотни тел зверски убитых людей. 

“Топографическую анатомию человека”, или атлас Пернкопфа многие исследователи считают “выдающейся книгой огромной ценности”, “лучшим примером анатомического рисунка в мире”, так как, по словам некоторых ученых, в ней представлено такое количество анатомических деталей, какое не встретишь ни в одном подобном труде. Эта книга не для слабонервных. Кожа, мышцы, сухожилия, нервы, внутренние органы, кости изображены так четко и красочно, что на печатных листах выглядят как реальные. 

Сотни смертей ради создания книги

Над своим анатомическим атласом Пернкопф трудился более 20 лет.

Работа над книгой была начата в 1933 году, когда ученый занимал должность директора анатомического института при Венском университете. В этом же году он пополнил ряды зарубежной национал-социалистической немецкой рабочей партии и уже спустя пять лет, благодаря стараниям однопартийцев, продвинулся по карьерной лестнице — стал деканом медицинского факультета. Первое, что сделал Пернкопф на новой должности, это провел с подопечными идеологическую работу: преподаватели должны были поклясться в верности Адольфу Гитлеру и принять его как лидера австрийцев. Всех, кто отказался признавать Гитлера, Пернкопф уволил. В результате кафедру покинуло 77% преподавательского состава, в том числе и три лауреата нобелевской премии. Также с кафедры были изгнаны все евреи. Ученый выгонял их быстрее, чем любой другой декан в Третьем рейхе. 

Австрийский анатом был трудоголиком. Он начинал работать в 5 утра и трудился по 18 часов в день: вскрывал трупы и давал указания художникам в мельчайших деталях зарисовывать то, что извлекал, много времени также отнимали преподавание и административные дела.   

Ученый поручал помощникам рисовать органы настолько детально, насколько это возможно, чтобы при печати они выглядели как настоящие. Хорошей детализации удалось добиться благодаря специальной обработке бумаги для акварели. Единственным отступлением от “высокого уровня реалистичности” было использование в работе художников более ярких цветов. Это делалось для того, чтобы читатель мог лучше распознавать и различать “ключевые анатомические ориентиры”.

В 1939 году в Третьем рейхе вышло распоряжение, согласно которому тела всех казненных в концлагерях должны были быть немедленно отправлены в ближайший анатомический отдел для исследований и учебных целей. Иногда эти залы были настолько переполнены, что казни приходилось откладывать.

По словам доктора Сабины Хильдебрант из Гарвардской медицинской школы, по меньшей мере половина из 800 изображений в атласе — это части тела, принадлежащие политическим заключенным: диссидентам, людям нетрадиционной ориентации, евреям и цыганам.

Издание атласа

Первый том атласа был опубликован в 1937 году и состоял из двух книг, одна из которых посвящалась анатомии в целом, а другая — грудной клетке и верхним конечностям. Четыре года спустя, в 1941 году, вышел второй том, также состоящий из двух книг, с описанием брюшной полости, таза и тазовых конечностей.

В этом же году началась война. Пернкопф на фронт не пошел, а продолжил свою работу над атласом и чуть позже получил новую должность. В 1943 году он стал ректором Венского университета. Через два дня после капитуляции Германии в мае 1945 года ученый лишился своего поста и в августе был арестован американскими военными. 

Три года анатом содержался в лагере для немецких военнопленных в Глазенбахе. Хотя его никогда не обвиняли в каких-либо преступлениях, на протяжении всего срока заключения он обязан был выполнять тяжелую физическую работу (разбирал здания и рыл траншеи), что подорвало его здоровье. После освобождения он вернулся в Вену, чтобы подготовить к выпуску третий том своего атласа. 

Кабинет, где Пернкопф трудился до войны, был разрушен в ходе бомбардировок, и ученому просто негде было закончить свое дело. Но произошел курьезный случай: еврейский врач Ханс Хофф, которого в 1938 году прогнали с медицинского факультета стараниями все того же Пернкопфа, предоставил своему коллеге две небольшие комнаты в неврологическом институте. Здесь анатом воссоединился со своими старыми помощниками и в 1952 году опубликовал очередной том атласа, посвященный голове и шее человека.

Через восемь лет вышел последний, четвертый том, но Пернкопф его уже не увидел, так как умер в 1955 году.  

В 60-е годы в Европе была выпущена сжатая двухтомная версия труда Пернкопфа, из которой издатели убрали пояснительный текст анатома, а также некоторую нацистскую символику, размещенную на иллюстрациях. Эта версия книги была переведена на пять языков и высоко оценивалась как студентами-медиками так и врачами во многих странах мира, ведь никто из читателей тогда не знал дьявольскую историю создания атласа.

Скандал с книгой

В 1995 году профессор медицины Эдзард Эрнст выпустил статью, в которой обвинил Пернкопфа в том, что тот играл определенную роль в организации экспериментов на людях и, в частности, в использовании жертв для составления своего атласа.  

Год спустя хирург Ховард Исраэль из Колумбийского университета, нашел доказательства, что на некоторых страницах книги изображены казненные политические заключенные. 

Специальная комиссия, созданная в 1997 году, установила, что в период между 1938 по 1945 года к Пернкопфу в университет было доставлено 1377 тел.

С тех пор в научных кругах обсуждается вопрос, нарушает нормы научной этики использование атласа в медицинских целях или нет. К единому ответу врачи не пришли.  

После раскрытия жуткой истории, атлас убрали из печати и больше не выпускали. Однако некоторые тома книги все еще можно купить в Сети, правда, за немаленькую сумму. 

Королевский колледж хирургов утверждает, что в Великобритании труд Пернкопфа не используется в практике, он лишь хранится в библиотеках в “исторических целях”.

Однако недавнее исследование, проведенное среди нейрохирургов, показало, что 59% докторов знают об атласе Пернкопфа и 13%  используют его. На вопрос, стало ли докторам морально сложнее пользоваться книгой, после того, как они узнали ее историю, отрицательно ответили 69%, утвердительно — 15%, затруднились ответить — 16%.

Атлас на практике

Многие врачи используют атлас Пернкопфа во время практики. Например, нейрохирург Сьюзен Макиннон из Вашингтонского университета в Сент-Луисе признается, что в некоторых сложных операциях она достает из своего шкафчика книгу Пернкопфа.

“Она помогает мне найти конкретный нерв при тех или иных операциях. Через наше тело проходит огромное их количество и без помощи отыскать нужный очень проблематично”, — объясняет врач. — “Все пациенты, которых я оперирую, предупреждены о страшном происхождении книги”

В прошлом году раввин Полак и медицинский историк и психиатр Майкл Гродин подготовили научный отчет о том, насколько этично использовать атлас в Израиле.

Оказалось, что правительство страны разрешит использовать книгу Пенкропфа для спасения человеческих жизней, при условии, что ее происхождение и история будут обнародованы, чтобы таким образом почтить память всех тех людей, которых зверски замучили ради составления атласа.

Читайте нас в соцсетях: Twitter, Facebook, Telegram

Смотрите нас на youtube. Следите за всем новым и интересным из мира науки на нашей страничке в Google Новости, читайте в Яндекс Дзен наши материалы, не опубликованные на сайте

О временах, когда Гитлер зарабатывал рисованием, создавал эскизы собственных архитектурных проектов и даже не думал заниматься политикой.

Адольф Гитлер известен всему миру как диктатор и основатель нацистского режима в Германии. За развязывание Второй мировой войны и жестокие репрессии против национальных меньшинств Гитлера часто называют главным преступником 20-го века. В историю он вошёл как безжалостный тиран.

Вплоть до конца Первой мировой войны Адольф Гитлер и не думал связывать свою жизнь с политикой. С самого детства он мечтал стать художником, а когда не смог поступить в венскую Академию изобразительных искусств, переключился на архитектуру. Всё свободное время юноша рисовал акварельные картины и чертил эскизы, надеясь, что когда-нибудь его талант заметят. Но судьба распорядилась иначе.

Основные источники статьи:

• Адольф Гитлер. «Моя борьба» (книга запрещена на территории РФ как экстремистская);
• Бригитта Хаманн. «Гитлер в Вене. Портрет диктатора в юности»;
• Вернер Мазер. «Адольф Гитлер. Легенда. Миф. Действительность»;
• Иоахим Фест. «Адольф Гитлер».

«Я хотел стать художником, и никакая сила в мире не заставила бы меня стать чиновником»

Адольф Гитлер родился 20 апреля 1889 года в семье таможенного чиновника Алоиса Гитлера и Клары Гитлер. Отца Адольфа современники описывали как малосимпатичного и строгого человека, настоящего приверженца патриархата. Свободное время он любил проводить на пасеке или за кружкой пива в трактире.

Алоис Гитлер Фото Йозефа Райнигера

Адольф стал «мальчиком, который выжил» – первые три ребёнка Клары умерли в младенчестве. В 1894 году у Адольфа Гитлера появился брат Эдмунд, проживший всего шесть лет, а ещё спустя два года в семье родилась девочка Паула. Она дожила до 1960-го года.

Раннее детство будущего диктатора прошло в деревушке Рансхофен близ Браунау-на-Инне, прямо у границы Австрии с Германией. Но своим домом Гитлер всегда называл город Линц, куда они с семьёй переехали в 1898 году.

Всю жизнь Алоис носил фамилию матери, сменив её на Гитлер только в 1876 году. Не сделай он этого, и имя лидера нацистской Германии звучало бы совсем иначе — Адольф Шикльгрубер.

До того, как осесть в Линце, семья постоянно переезжала. Адольф успел сменить три школы, что никак не отразилось на его успеваемости: он учился на «отлично» и даже пел в церковном хоре. В свободное от уроков время Гитлер обожал играть в войнушку и постоянно вынуждал одноклассников составить ему компанию.

В 1900 году, по настоянию отца, мальчик поступил в реальное училище в Линце. Алоис Гитлер хотел, чтобы сын пошёл по его стопам и стал таможенником. Гитлер-младший, напротив, с ранних лет мечтал о карьере художника и не боялся заявлять об этом.

Конфликт отцов и детей проявился в семействе Гитлеров во всей красе. Ругань, угрозы, уговоры – Алоис перепробовал всё, но сломить волю сына к рисованию не мог. «Мне становилось противно при одной мысли о том, что я превращусь в несвободного человека, вечно сидящего в канцелярии», – спустя четверть века напишет Адольф Гитлер в первой главе «Моей борьбы». Уже в 12 лет он понял, что свяжет свою жизнь с искусством.

Всё больше приходил я к убеждению, что в качестве государственного чиновника я никогда не буду счастлив. Ни просьбы, ни угрозы не могли ничего изменить. Я хотел стать художником, и никакая сила в мире не заставила бы меня стать чиновником.

Адольф Гитлер
немецкий политик, лидер Третьего рейха

В училище Гитлер уделял время только истории и рисованию, игнорируя все остальные предметы. Позже он признался, что саботировал учёбу назло отцу. Впрочем, после смерти Алоиса Гитлера 3 января 1903 года ничего не изменилось: мать перевела Адольфа в другое училище, занятия в котором подросток повально прогуливал.

В 1905 году Гитлер окончательно забросил учёбу, так и не получив аттестат зрелости. Вероятно, он не видел в этом необходимости, ведь для поступления в Академию художеств ему вполне хватало школьного образования.

Современники характеризовали Гитлера-подростка как человека, неспособного к монотонному и кропотливому труду и поэтому не потянувшего многие предметы в училище. По мнению биографов, историю про саботаж Адольф придумал, стыдясь признаться в неуспеваемости.

Избавившись от необходимости прозябать в ненавистном училище, 16-летний Адольф Гитлер принялся жить в своё удовольствие. Днями напролёт он читал и рисовал, выбираясь из дома только до музея или театра. Один из постояльцев пансионата, который держала Клара Гитлер, вспоминал, что Адольф мог внезапно оторваться от обеда и начать рисовать наброски зданий и колонн.

Йозеф Майрхофер, ставший опекуном Гитлера после смерти Алоиса, требовал, чтобы молодой человек нашёл работу и помог матери деньгами. В ответ Адольф гордо заявлял, что его удел – творить. В мае 1906 года он уехал в Вену с намерением поступить в венскую Академию изобразительных искусств.

​Венская Академия изобразительных искусств в 1906 году Фото Бруно Райффенштейна

В столице Австро-Венгрии Гитлер пробыл до июня. Всё это время он посещал картинную галерею дворцового музея, Придворную оперу, да и просто гулял по городу, восхищаясь его архитектурой. Так и не дождавшись вступительных экзаменов (почему – остаётся неясным), Адольф вернулся в Линц, где продолжал бездельничать. В октябре 1906 года он решил стать музыкантом и даже брал уроки игры на фортепиано, но, не добившись моментальных успехов, очень скоро к музыке охладел.

В начале сентября 1907 года Адольф Гитлер вновь уехал в Вену. Так начался новый период в жизни мечтательного подростка, готового с мольбертом в одной руке и холстом в другой покорять столицу.

Школа жизни

В Вене начала 20-го века существовало два противоборствующих лагеря: Школа художественных искусств и ремёсел, где сосредотачивалось современное искусство, и Академия изобразительных искусств, ставшая оплотом консерваторов. К современному искусству Гитлер относился с презрением, поэтому выбора, куда поступать, перед ним не стояло.

С уверенностью, «что играючи выдержит все испытания», и толстой папкой в руках Гитлер отправился сдавать экзамен. Его первый этап заключался в написании двух этюдов на выбор абитуриента. Среди тем: «Рабочие на стройке», «Возвращение блудного сына», «Добрый самаритянин» и другие. Неизвестно, что выбрал Адольф Гитлер, но эту часть экзамена он выдержал.

На следующем этапе поступающие показывали своё портфолио. Вывалив на стол рисунки, сделанные в Линце, Адольф готовился выслушивать восторженные возгласы комиссии, но прогадал: за рисунки он получил оценку «неудовлетворительно». Причина – слишком мало портретов.

​Одна из акварелей, которую Гитлер написал к вступительным экзаменам в 1907 году

Провал подействовал на Гитлера «как гром с ясного неба». Не желая принимать поражение, он отправился к ректору Академии Зигмунду л’Альману за объяснениями. Тот сказал юноше, что «его способности, несомненно, лучше всего проявятся в области архитектуры». Адольф Гитлер не умел и не любил рисовать людей, однако здания получались у него великолепно.

В один день с Гитлером экзамен провалил Робин Христиан Андерсен. Он продолжил рисовать и в 1946 году вернулся в Академию, но уже в качестве ректора.

Всегда тяготевший к проектированию, но никогда не рассматривающий эту сферу деятельности как основную, юный Гитлер понял, что он на самом деле архитектор. Решив развиваться в этом направлении, Адольф подал заявление на архитектурное отделение Академии и снова услышал отказ: для поступления требовался аттестат зрелости. Позже Гитлер скажет, что так реальное училище жестоко отомстило ему за упрямство.

Мне и самому стало вполне ясно, что я должен стать архитектором. Чтобы попасть на архитектурное отделение академии, надо было сначала пройти строительно-техническое училище, а чтобы попасть в это последнее, надо было сначала иметь аттестат зрелости из средней школы. Выходило, что исполнение моего желания совершенно невозможно.

Адольф Гитлер
немецкий политик, лидер Третьего рейха

В ноябре 1907 года он вернулся домой, чтобы взять на себя уход за больной матерью. В конце декабря Клара Гитлер умерла в возрасте 47 лет. Её лечащий врач, еврей Эдуард Блох, вспоминал: «За всю свою почти сорокалетнюю врачебную практику я никогда не видел молодого человека, который бы так страдал, как Адольф Гитлер». В благодарность за работу, Гитлер подарил ему большую картину, а в канун 1908 года – открытку с акварельным рисунком капуцина.

Многие жители Линца сочувствовали «студенту, изучающему искусство» – Адольф никому не признался, что провалил экзамен. Доброжелателям, предлагавшим сироте работу, Гитлер отказывал со словами, что намерен стать великим художником. На возражения, что для этого нужны деньги и связи, юноша восклицал: «Макарт и Рубенс тоже выбились в люди из низов!».

Соседка семейства Гитлеров Магдалена Ханиш решила помочь молодому человеку. Она написала длинное письмо своей подруге Иоганне Мотолох, жившей в Вене и находившейся в близких отношениях с известным театральным художником Альфредом Роллером, в котором просила её рассказать Роллеру о молодом и амбициозном художнике Адольфе Гитлере. Вскоре Магдалена получила ответ – Роллер ждал юношу у себя в оперной мастерской. Счастью Гитлера не было предела.

Уладив дела с материнским наследством и сиротской пенсией (чтобы её заполучить, Гитлер вновь соврал, что он студент), в феврале 1908 года Адольф Гитлер вместе со своим лучшим другом Августом Кубичеком вернулся в Вену. Он был музыкантом и ехал поступать в Венскую консерваторию. Гитлер, получив ответ Роллера, воспрянул духом и решил ещё раз штурмовать Академию изобразительных искусств.

До Альфреда Роллера юный художник так и не дошёл, переволновавшись и свернув прямо у входа в оперу. Возможно, Гитлер забоялся услышать негативный отзыв на свои картины и поэтому спасовал. Сам он свой поступок никогда не объяснял.

В Вене вторым домом Гитлера стала Придворная опера (после 1918 года – Венская государственная опера), в которой часто ставили произведения его любимого композитора Рихарда Вагнера.

В свободное время Гитлер продолжал проектировать, рисуя бесконечные эскизы уже существующих зданий или создавая планы тех, которые намеревался построить сам. Особенно Адольф восхищался улицей Рингштрассе, на которой все его любимые архитектурные стили – неоклассицизм, неоготика и неоренессанс – слились вместе, дав невероятный результат.

Своим кумиром Гитлер называл архитектора Готфрида Земпера, создателя Бургтеатра. Именно это здание юноша рисовал раз за разом, мечтая однажды построить что-то подобное на родине, в Линце.

​Бургтеатр в Вене Рисунок Адольфа Гитлера

До глубокой ночи Гитлер изучал книги по истории зодчества. Молодой человек зазубривал наизусть строение соборов, театров и других сооружений разных стран мира. Находясь в сотнях километров от Парижской оперы, он мог рассказать, куда ведёт каждая находящаяся в ней лестница.

Адольф часами рассматривал здания и запоминал всё, даже незначительные мелочи. Потом, дома, он зарисовывал для меня эти здания в горизонтальном или вертикальном разрезе. Он брал в библиотеке книги и углублялся в историю создания отдельных построек… Он не уставал созерцать Рингштрассе, на примере этой улицы он проверял свои знания в области архитектуры и высказывал свои взгляды.

Август Кубичек
музыкант, друг детства Адольфа Гитлера

Не забыл Гитлер и о мечте стать великим художником, тем более что на архитектурный факультет путь ему был заказан. По возвращении в Вену он записался на дорогостоящие уроки искусства к скульптору Панхольцеру, чтобы подготовиться к грядущим экзаменам. В сентябре 1908 года Гитлер предпринял ещё одну попытку поступить в Академию, но на этот раз провалился на первом же этапе.

Испытывая чувство обиды на весь мир, Адольф возвратился в их с Кубичеком съёмную квартиру, собрал вещи и съехал, не оставив другу нового адреса. Вновь товарищи встретились спустя почти 30 лет.

К осени 1909 года Гитлер остался почти без денег, окончательно растратив всё родительское наследство, а к зиме лишился крыши над головой. Родственница его бывшей арендодательницы Марии Закрейс вспоминала: «Однажды я видела Адольфа в очереди за бесплатным монастырским супом; он очень пообносился, больно было на него смотреть, ведь раньше он так хорошо одевался».

Из записи в полицейском протоколе начала 1910 года известно, что Гитлер некоторое время проживал в Майдлингском приюте для бездомных. Большинство благотворительных организаций и приютов в Вене в начале 20-го века создавали евреи-филантропы. Как Адольф Гитлер отплатил им за кров, хорошо известно.

​Медицинское обследование в приюте для бездомных в Майдлинге Фото из книги Бригитты Хаманн

В приюте Гитлер сблизился с бродягой Райнхольдом Ханишем. Тот, узнав, что юноша – бывший студент Академии изобразительных искусств, предложил ему рисовать на продажу открытки и картины с видами Вены. Адольф быстро согласился, а заработок товарищи договорились делить пополам: Гитлер творил, а Ханиш находил покупателей.

Рисунки, сделанные Адольфом Гитлером в Вене

Предприятие оказалось успешным, и 9 февраля 1910 года компаньоны переехали из приюта в мужское общежитие. Там Гитлер продолжал ежедневно рисовать то, что нравилось приезжим – здание парламента, ратушу, собор святого Стефана, квартал «Ратценштадль» и так далее. Все картины Гитлер срисовывал с почтовых открыток и иллюстрированных книг, редко прибегая к рисункам с натуры – на это тратилось очень много времени и сил.

Ханиш сбывал товар в гостиницы, ремесленные мастерские и магазины. Многие из покупателей оказывались евреями, но двадцатилетнего Адольфа Гитлера это не заботило: он наконец начал зарабатывать сам и ему это нравилось.

В 1930-х годах, когда цены за картины юного Гитлера достигали сотен тысяч марок, фюрер признавался своему близкому знакомому Генриху Гофману: «Больше, чем 150–200 рейхсмарок эти вещи не стоят, даже сегодня. Платить больше — это безумие. Я ведь не собирался становиться художником, я рисовал эти картины, только чтобы заработать на жизнь и иметь возможность учиться».

К лету 1910 года отношения между напарниками сильно испортились. В августе Гитлер обратился в полицию, обвинив Ханиша в воровстве его картины «Парламент» стоимостью 50 крон и акварельного рисунка стоимостью 9 крон. 11 августа 1910 года Райнхольда приговорили к неделе тюремного заключения.

Отныне Гитлер сам встречался с покупателями. Его сосед по общежитию Карл Хониш вспоминал, что Адольф вёл размеренный образ жизни, не веселился, не пил, не курил и сторонился любых компаний. Оторвать его от холста могло только обсуждение политики. Гитлер с удовольствием вступал в дебаты, оттачивая ораторское мастерство.

Бывало, он вскакивал, отбрасывал кисть или карандаш и излагал свою точку зрения, не боясь крепких выражений, сверкая глазами и резко откидывая прядь волос, постоянно падавшую ему на лоб. Часто он обрывал свою речь на середине и, разочарованно махнув рукой, снова усаживался за работу, словно говоря: жалко тратить на вас слова, всё равно вы ничего не поймёте.

Карл Хониш
сосед Адольфа Гитлера по мужскому общежитию

Параллельно Гитлер продолжал обучаться архитектуре и чертить. Жители общежития рассказывали, что эскизы валялись везде. «Во мне крепла вера, что, хотя и через много лет, для меня всё-таки наступит лучшее будущее. Я был убеждён, что придёт время, и я составлю себе имя как архитектор», – писал он о том периоде своей жизни. Очевидно, что в 1910-1912 годах Адольф всё ещё лелеял надежды стать архитектором, постепенно забывая о карьере художника.

В мае 1913 года 24-летний Адольф Гитлер воплотил в жизнь старую мечту – переехал в Германию, в Мюнхен. Там молодой человек продолжил копировать почтовые открытки и рисовать небольшие акварельные пейзажи на продажу. Его работы охотно раскупали художественные магазины.

Я зарабатываю как свободный художник только для того, чтобы обеспечить себе дальнейшее образование, так как совершенно лишён средств. Добыванию средств к существованию я могу посвятить только часть времени, так как всё ещё продолжаю своё архитектурное образование.

Адольф Гитлер
из письма в Линц, 1913 год

До самого начала Первой мировой войны все мысли Адольфа Гитлера занимало рисование и архитектура. За кисть он брался теперь только для того, чтобы снова не оказаться на улице. С архитектурой Гитлер намеревался связать своё будущее, но не предпринимал для этого никаких усилий – он по-прежнему нигде не учился и не собирался начинать, уповая на собственную гениальность.

Спустя 30 лет, во время Второй мировой войны, Гитлер продолжал уверять собеседников, что если бы в 1914 году не началась война, он бы стал первым архитектором Германии.

Рисунки, сделанные Адольфом Гитлером в Мюнхене

Война и смена приоритетов

Пока Адольф Гитлер искал своё предназначение, его искала австрийская армия. Юный художник очень долго избегал службы – по словам самого Гитлера, он с удовольствием отслужил бы в немецкой армии, но никак не в австрийской. В феврале 1914 года военный трибунал Зальцбурга признал молодого человека непригодным к военной службе и закрыл дело.

1 августа 1914 года Германия объявила войну России. Гитлер отнёсся к этой новости с восторгом и сразу же написал королю Людовику письмо с просьбой взять его, австрийского гражданина, в немецкую армию. Вскоре он получил положительный ответ и направился служить в 16 Баварский резервный полк, известный как полк командующего Листа.

​Адольф Гитлер слушает объявление о начале войны. 2 августа 1914 года, Мюнхен Фото Keystone Pictures USA

На войне Гитлер рисовал акварели с изображением пейзажей и разрушенных зданий. «Ущелье Витшете», «Развалины монастыря в Мессине», «Обурдэн» – эти и другие картины в 1919 году Гитлер передал профессорам мюнхенской академии изобразительных искусств. Те высоко оценили талант тогда ещё никому не известного ефрейтора.

Рисунки, сделанные Адольфом Гитлером во время Первой мировой войны

В марте 1917 года Гитлер вернулся на фронт после ранения. Его товарищ Эрнст Шмидт вспоминал, что в ту пору Адольф часто размышлял о будущем и даже думал заняться политикой параллельно с архитектурой. Впрочем, к какому-либо конкретному решению будущий фюрер так и не пришёл.

В октябре 1918 года полк Листа перенёс газовую атаку. На некоторое время Гитлер потерял зрение и до конца войны пролежал в лазарете. Тогда его волновало два вопроса – сможет ли он когда-нибудь снова рисовать и верны ли слухи, что немецкая монархия вот-вот падёт.

​Адольф Гитлер (задний ряд, второй справа) в военном госпитале, 1918 год Автор фото неизвестен

Опасения оправдались – 9 ноября 1918 года в Германии была провозглашена Республика. Спустя два дня Рейх капитулировал, Великая война закончилась. В «Моей борьбе» Гитлер назвал этот день самым ужасным в его жизни, признавшись, что тогда заплакал впервые после смерти матери.

Мысль о том, что Германия пала, не давала ему покоя. Капитуляцию он считал унизительной и воспринимал случившееся как личное оскорбление. Спустя несколько дней Гитлеру стало ясно, что его предназначение – вернуть Германии утерянное достоинство.

Теперь я только горько смеялся, вспоминая, как еще недавно я был озабочен своим собственным будущим. Да разве не смешно было теперь и думать о том, что я буду строить красивые здания на этой обесчещенной земле… Моё решение созрело. Я пришёл к окончательному выводу, что должен заняться политикой.

Адольф Гитлер
немецкий политик, лидер Третьего рейха

После войны

После Первой мировой войны Гитлер с головой ушёл в политику, променяв холст на ростру. И всё же ему удалось воплотить некоторые свои мечты в реальность, но уже гораздо позже.

Во второй половине 1930-х годов фюрер Германии Адольф Гитлер издал указ «О перестройке немецких городов». На смену старинным постройкам должны были прийти громадные здания, которые олицетворяли бы всю мощь Германии и величие её народа. Эту идею Гитлер пытался донести до немецких архитекторов.

Ещё в юности его архитектурный стиль определялся не свободными линиями, а монументальностью, симметрией и строгостью во всех деталях. К грандиозным проектам Гитлер тяготел и будучи лидером Германии.

Современники утверждали, что фюрер не только сам отбирал архитекторов, но и принимал участие в процессе разработки новых построек. Если ему что-то не нравилось, он без разрешения вносил в проект правки. Третий рейх должен был выглядеть так, каким его представлял себе Адольф Гитлер.

​Трибуна Цеппелина, построенная в 1937 году Фото Федерального архива Германии

В 1920-х годах Гитлер из художника превратился в коллекционера. На деньги от продажи книги «Моя борьба», написанной им в 1925-1926 годах, а также пожертвования почитателей, Гитлер скупал картины немецких художников 19-го века. В будущем он мечтал основать «Музей фюрера» в Линце.

Картины приобретались работавшими на Гитлера агентами, передавались фюреру лидерами других стран в качестве подарков и конфисковались из музеев государств, захваченных Германией во время Второй мировой войны. К 1945 году личная коллекция Адольфа Гитлера насчитывала 6755 картин старых мастеров.

Адольф Гитлер дарит ​Герингу картину Ханса Макарта «Дама с соколом» Фото Национального управления архивов и документации

Современная немецкая живопись рейхсканцлера по-прежнему не интересовала. Гитлер всегда повторял, что искусство Третьего рейха должно следовать традициям. Об импрессионизме, кубизме, сюрреализме и других авангардных течениях фюрер и слышать не желал – новых тенденций в живописи для него не существовало.

Ему предстояло войти в историю — правда, совсем не так, как он надеялся в юности, когда мечтал о карьере художника.

Эта статья создана участником Лиги авторов. О том, как она работает и как туда вступить, рассказано в этом материале.

Анатомия человеческой деструктивности

Гитлера — к сифилису. В «Майн кампф» он говорит о сифилисе как об одной из «жизненно важных проблем нации». Он пишет:

Наряду с политическим, нравственным и моральным заражением, которому люди подвергаются уже много лет, существуют не менее ужасные бедствия, подрывающие здоровье нации. Сифилис, особенно в больших городах, распространяется все шире и шире, в то время как туберкулез снимает жатву смерти уже по всей стране.

В действительности это было не так. Ни туберкулез, ни сифилис не представляли угрозы в таких масштабах, которые пытается приписать им Гитлер. Но это типичная фантазия некрофила: боязнь грязи, отравы и любой инфекции. Перед нами — выражение некрофильской установки, заставляющей рассматривать внешний мир как источник грязи и заразы. Скорее всего, ненависть Гитлера к евреям имела ту же природу. Инородцы ядовиты и заразны, как сифилис. Следовательно, их надо искоренять. Дальнейшее развитие этого представления ведет к идее, что они отравляют не только кровь, но и душу.

Чем более сомнительной становилась для Гитлера победа в войне, тем сильнее в нем проявлялись собственные разрушительные тенденции. Каждый шаг на пути к поражению сопровождался все новыми и новыми кровавыми жертвами. В конце концов настало время истреблять самих немцев. Уже 27 января 1942 г., т. е. более чем за год до Сталинграда, Гитлер сказал: «Если немецкий народ не готов сражаться для своего выживания, что ж, тогда он должен исчезнуть». Когда поражение стало неизбежным, он отдал приказ, приводивший в исполнение эту угрозу, — приказ о разрушении Германии: ее почвы, зданий, заводов и фабрик, произведений искусства. А когда русские были уже на подступах к бункеру Гитлера, настал момент великого финала разрушения. С ним вместе должна была умереть его собака. Его возлюбленная, Ева Браун, которая приехала в Берлин, нарушив его приказ, чтобы разделить с ним смерть, тоже должна была умереть. Растроганный преданностью фрейлейн Браун, Гитлер вознаградил ее, вступив с ней здесь же в законный брак. Готовность умереть за него была, пожалуй, единственным действием, которым женщина могла доказать ему свою любовь. Геббельс тоже остался верен человеку, которому он продал душу. Он приказал своей жене и шестерым малолетним детям принять смерть вместе с ним. Как всякая нормальная мать, жена Геббельса никогда бы не убила своих детей, тем более под действием дешевых пропагандистских аргументов, с помощью которых Геббельс пытался ее убедить. Но у нее не было выбора. Когда ее в последний раз пришел навестить Шпеер, Геббельс ни на минуту не оставил их вдвоем. Она только смогла сказать, что счастлива, поскольку там с ними нет ее старшего сына (от предыдущего брака)[290]. Поражение и смерть Гитлера должны были сопровождаться смертью всех, кто его окружал, смертью всех немцев, а если бы это было в его власти, то и разрушением всего мира. Фоном для его гибели могло быть только всеобщее разрушение.

Но вернемся к вопросу, можно ли оправдать действия Гитлера традиционно понимаемыми «государственными интересами», т. е. отличался ли он как человек от множества других государственных мужей и военачальников, которые объявляли войны и тем самым посылали на смерть миллионы людей. В некоторых отношениях Гитлер был совершенно таким же, как и руководители многих других государств, я было бы ханжеством считать его военную политику чем-то из ряда вон выходящим в сравнении с тем, что, как свидетельствует история, делали другие лидеры других сильных держав. Но в Гитлере поражает несоответствие между теми разрушениями, которые производились по его прямому приказу, и оправдывавшими их реалистическими целями. Многие его действия, начиная с уничтожения миллионов и миллионов евреев, русских и поляков и кончая распоряжениями, обрекавшими на уничтожение немцев, нельзя объяснить стратегической целесообразностью. Это, без сомнения, результаты страсти к разрушению, снедавшей некрофила. Этот факт часто затемняется тем, что при обсуждении действий Гитлера речь идет главным образом об истреблении евреев. Но евреи были не единственным объектом, на который он направлял свою страсть к разрушению. Гитлер, несомненно, ненавидел евреев, но мы бы не погрешили против истины, сказав, что одновременно он ненавидел и немцев. Он ненавидел человечество, ненавидел саму жизнь. Чтобы это стало яснее, попробуем взглянуть на другие проявления его некрофилии.

Давайте прежде всего посмотрим на некоторые спонтанные проявления некрофильской ориентации Гитлера. Вот Шпеер рассказывает о его реакции на финальные кадры кинохроники, посвященной бомбардировкам Варшавы: Ханфштевгль рассказывает о разговоре, состоявшемся в середине 20-х гг., в котором он пытался убедить Гитлера посетить Англию. Перечисляя достопримечательности, он упомянул Генриха VIII. Гитлер оживился: «Шесть жен — гм, шесть жен — неплохо, и двух из них он отправил на эшафот. Нам действительно стоит поехать в Англию, чтобы пойти в Тауэр и посмотреть на место, где их казнили. Это стоит посмотреть». И действительно, это место казни интересовало его больше, чем вся остальная Англия.

Весьма характерной была его реакция в 1923 г. на фильм «Fridericus Rex» («Король Фридрих»). По сюжету фильма отец Фридриха хочет казнить своего сына и его друга за попытку бежать из страны. Еще в кинотеатре и потом, по пути домой, Гитлер повторял: «Его (сына) тоже надо убить — великолепно. Это значит: долой голову с каждого, кто погрешит против государства, даже если это твой собственный сын!» Затем он развил эту тему, сказав, что такой метод надо применить и к французам (которые в это время оккупировали Рурскую область), и заключил: «Ну так что же, придется сжечь десяток наших городов на Рейне и в Руре и потерять несколько десятков тысяч человек!»

Не менее характерными были шутки, которые Гитлер любил повторять. Он придерживался вегетарианской диеты, но гостям подавали обычную еду. «Если на столе появлялся мясной бульон, — вспоминает Шпеер, — я мог быть уверен, что он заведет речь о «трупном чае»; по поводу раков он всегда рассказывал историю об умершей старушке, тело которой родственники бросили в речку в качестве приманки для этих существ; увидев угря, он объяснял, что они лучше всего ловятся на дохлых кошек». На лице у Гитлера постоянно было выражение брезгливости, словно он принюхивался к неприятному запаху. Эта мина хорошо различима на многих его фотографиях. Смех его был неестественным. На фотографиях видна принужденная, самодовольная ухмылка. Особенно ярко запечатлелась она в кадрах кинохроники, снятых, когда он был на гребне удачи, сразу после капитуляции Франции, в железнодорожном вагоне в Компьене. Выйдя из купе, он пляшет некий «танец», похлопывая себя руками по ляжкам и по животу, а затем гнусно улыбается, будто только что проглотил Францию[291].

Еще одной чертой, выдающей в нем некрофила, является скука. Ярким проявлением этой характерной формы безжизненности были его застольные беседы. В Оберзальцберге Гитлер и окружавшие его люди, пообедав, шли в павильон, где им подавали чай, кофе, пирожные и другие лакомства. «Здесь, за чашкой кофе, Гитлер пускался в длиннейшие монологи. То, о чем он говорил, было в основном известно собравшимся, поэтому они почти не слушали его, а лишь изображали внимание. Иногда Гитлер сам засыпал посреди своих разглагольствований. Тогда компания продолжала беседовать шепотом в надежде, что он своевременно проснется к ужину». Потом все шли обратно в дом, и два часа спустя подавали ужин. После ужина показывали два кинофильма. Затем какое-то время все обменивались впечатлениями от фильмов, обычно довольно банальными. Примерно к часу ночи некоторые уже не могли сдерживать зевоту, хотя делали над собой усилие, чтобы казаться бодрыми. Но все продолжали общаться. В унылой беседе проходил еще час или больше, оставляя ощущение пустоты. Наконец Ева Браун, обменявшись с Гитлером несколькими словами, получала разрешение уйти к себе наверх[292]. Через четверть часа, пожелав собравшимся доброй ночи, удалялся и Гитлер. Теперь оставшиеся могли расслабиться, и нередко за этими часами общего оцепенения следовала веселая вечеринка с шампанским и коньяком[293].

Во всех этих чертах отчетливо проявлялась страсть Гитлера к разрушению. Однако ни миллионы немцев, ни политики всего мира не смогли этого увидеть. Наоборот, они считали его патриотом, который действует из любви к родине; немцы видели в нем спасителя, который избавит страну от унижений Версальского договора и от экономической катастрофы, великого зодчего новой, процветающей Германии. Как же могло случиться, что немцы и другие народы мира не распознали под маской созидателя этого величайшего из разрушителей?

На это было много причин. Гитлер был законченным лжецом и прекрасным актером. Он заявлял о своих миролюбивых намерениях и после каждой победы утверждал, что в конечном счете все делает во имя мира. Он умел убеждать — не только словами, но и интонацией, ибо в совершенстве владел своим голосом. Но таким образом он лишь, вводил в заблуждение своих будущих врагов. Как-то, беседуя с генералами, он заявил: «У человека есть чувство прекрасного. Каким богатым становится мир для того, кто умеет использовать это чувство… Красота должна властвовать над людьми… Когда закончится война, я хочу посвятить пять или десять лет размышлениям и литературной работе. Войны приходят и уходят. Остаются только ценности культуры…» Он заявлял о своем желании положить начало новой эре терпимости и одновременно обвинял евреев в том, что с помощью христианства они посеяли нетерпимость.

Вытеснение деструктивности

Рассуждая таким образом, Гитлер, пожалуй, на сознательном уровне и не лгал. Он просто входил в свои прежние роли «художника» и «писателя», ибо так никогда и не признал своей несостоятельности в этих областях. Однако такого рода высказывания имели еще одну, более важную функцию, имевшую прямое отношение к «стержневым» свойствам его характера. Функция эта заключалась в вытеснении мысли о собственной деструктивности. Прежде всего в форме рационализации. Всякое разрушение, которое производилось по его приказу, имело рациональное объяснение: все это делалось во имя спасения, процветания и триумфа немецкого народа и с целью защиты от врагов — евреев, русских, а затем англичан и американцев. Он просто повиновался биологическому закону выживания. («Если я и верю в какую-нибудь божественную необходимость, то это необходимость сохранения видов».} Иначе говоря, отдавая разрушительные приказы, Гитлер был убежден, что намерения его благородны и что он просто исполняет свой «долг». Но он упорно вытеснял из своего сознания собственное стремление к разрушению, избегая таким образом необходимости глядеть в лицо подлинным мотивам своих действий.

Еще более эффективным способом вытеснения являются определенные реактивные образования. Явление это хорошо известно в клинической практике: человек как бы отрицает какие-то черты своего характера, развивая в себе прямо противоположные качества. Примером реактивного образования было вегетарианство Гитлера. Не всякое вегетарианство выступает в такой функции. Но у Гитлера это, по-видимому, было именно так, ибо он перестал есть мясо после самоубийства своей племянницы Гели Раубаль, которая была его любовницей. Как

I am the little man, inside your head
You think good, but I’ll make it bad
I am the reaper of your destiny
The reaper is you and the reaper is me

Fools — I will lead you down
Losers — Your eyes will stud my crown
Bastards — I rule you life
I dance on your grave
I dance on your grave!

Grave Digger. «The Grave Dancer» (https://www.youtube.com/watch?v=LrbIAqevaAI — неплохо совместить чтение и прослушивание композиции – под пиво или кофе с коньяком))

20 апреля 2019 года исполняется 130 лет со дня рождения Адольфа Гитлера.

Как писал Эрих Фромм еще в 1973 году, «участились попытки вновь поднять на щит образ Гитлера и воскресить атмосферу восхищения «величием» этого человека»//https://www.e-reading.club/chapter.php/60812/135/Fromm_-_Anatomiya_chelovecheskoii_destruktivnosti.html

Кроме того, политика запретов «нацистской символики» и текстов приводит к тому, что неверные представления о нацизме и его лидерах начинают приобретать массовый характер. Например, неоднократно замечено в ЖЖ оперирование сочетанием «Адик Шикльгрубер», хотя данную фамилию носила лишь бабушка Гитлера, а уже его отец взял фамилию Гитлер за 13 лет до рождения сына Адольфа (другие сыновья от разных браков Алоиза Гитлера оказались маложивучими).

Неточности в представлении о биографии лидера государства, сыгравшего важную и драматическую роль в истории ХХ века, конечно, не являются основанием для фатального непонимания этой истории, но способствуют приблизительности понимания, схематизму представлений. Изучение же истории в деталях, а не глобальных схемах, способствует улучшению понимания перспектив тех или иных явлений действительности.

Несвятое семейство
Другое утверждение, которое довелось встречать в Интернет-баталиях: что Гитлер был выходец «из нищей семьи», что противоречит факту приобретения Алоизом дома за 8 месяцев до рождения Адольфа, хорошей должности и окладу этого самого Алоиза.

Не надо также думать, что незаконнорожденность отца Гитлера была чем-то уникальным. Как пишет биограф фюрера Вернер Мазер, «Алоиз вынужден был носить фамилию своей матери, хотя в это время в Нижней Австрии доля детей, рожденных вне брака, достигала почти 40 %, а запоздалые признания отцовства и усыновления были в порядке вещей»//https://www.e-reading.club/chapter.php/101941/6/Mazer_-_Adol%27f_Gitler._Legenda._Mif._Deiistvitel%27nost%27.html.

Мазер считает отцом Алоиза Иоганна Непомука Гюттлера, в противовес конспирологическим версиям о том, что бабушка Гитлера «залетела» от какого-то богатого еврея Франкенбергера и т.п. Такие версии обычно являются или антигитлеровской пропагандой своего времени или измышлениями психологических «глубин».

Что читать?
Сразу скажу, что рекомендую интересующимся вопросом людям читать биографию Гитлера, написанную Вернером Мазером: https://www.e-reading.club/book.php?book=101941. Она, слава Богу, пока не запрещена, в отличие от автобиографической книги Гитлера «Моя борьба» (Кировский районный суд Уфы признал ее экстремистской в 2010 году. Тогда же к экстремистским отнесли книгу Генри Пикера «Застольные беседы с Гитлером», хотя он не относился к руководителям НСДАП — но записывал их прямую речь, что и послужило причиной запрета, равно как и запрет книги Альфреда Розенберга «Миф ХХ века», «Дневников» Йозефа Геббельса и т.п.).

Поэтому если в Германии в 2016 году вышло научное издание «Моей борьбы» с подробным комментарием, и оно разошлось тиражом около 100 тысяч экземпляров (https://ru.wikipedia.org/wiki/Моя_борьба), россиянам, как и в советское время, придется довольствоваться пересказами. Преемственность и традиции — великое дело!

Хотя биография пера Иоахима Феста толще в три раза (и это недостаток!), трудно сказать, что она лучше — написана она в чрезмерно «художественном» стиле, в связи с чем факты теряются. К тому же Фест отличается довольно произвольным трактованием фактов из жизни Гитлера, что я покажу на одном примере.

Конспирология про яйца
Конспирологические версии весьма распространены, и доходят до смешного:

«Сколько ни возвышайся, останешься до конца дней со своими ста семьюдесятью двумя сантиметрами, с этой вот рукой, вялой от самого плеча… (с одним-единственным — и тут насмешка чья-то, издевательство! — «ядром», которое все ловит железная лапища Курта). Последний цыган владеет тем, чего природа не дала тебе, всю кровь бросая в мозг, тоже принадлежащий не тебе. Так что Еве приходится снова и снова убеждать и тебя и себя: «А мне и без этого с тобой хорошо, мой фюрер!»//https://e-libra.ru/read/189350-karateli.html

Этот фрагмент из замечательной повести Алеся Адамовича «Каратели» как раз иллюстрирует процесс «психологизирования» деятельности Гитлера в связи с опорой на сомнительные биографические данные. Слухи про некую физическую неполноценность Гитлера ходили, видимо, с 1920-х годов, а советская врачебная комиссия в Берлине 1945-го обнаружила сожженный труп некоего мужчины, который объявила трупом Гитлера. Об этом Елена Ржевская написала популярную книжку, ссылаясь на то, что зубной мост опознал стоматолог фюрера: http://militera.lib.ru/memo/russian/pzhevskaya_em2/20.html. Однако многие видели худ. фильм «Девять ярдов», в котором персонаж Мэттью Перри имитирует на трупе зубной мост персонажа Брюса Уиллиса, чтобы ввести в заблуждение полицию.

Вернер Мазер отрицает версию, что труп, найденный советскими военными, являлся трупом Гитлера:

«В соответствии с опубликованными протоколами советской врачебной комиссии, которая якобы идентифицировала труп Гитлера в мае 1945 г., у покойного отсутствовало левое яичко, которого не удалось найти ни в мошонке, ни в семенных каналах, ни в малом тазу, что после опубликования протоколов привело к неверным выводам о Гитлере. Морель неоднократно исследовал половые органы Гитлера и сделал по этому поводу следующую запись: «Половые органы не имеют признаков аномалии или патологии, вторичные половые признаки выражены нормально». Врачи, которые 11 и 15 января 1940 г. проводили пробу на сифилис, также не отметили у Гитлера каких-либо аномалий»//https://www.e-reading.club/chapter.php/101941/22/Mazer_-_Adol%27f_Gitler._Legenda._Mif._Deiistvitel%27nost%27.html

«Бесспорно доказано, что Гитлер с 1934 по 1945 г. необычайно часто обследовался врачами и никогда ничего не имел против тщательного обследования своих половых органов. О том, что они были нормальными, не имели недостатков и были совершенно здоровыми, свидетельствует один из врачей, который проводил обследование Гитлера в берлинской клинике Вестенд вскоре после его прихода к власти и уделил особое внимание его пенису и яичкам вследствие слухов об имевшейся у него якобы склонности к гомосексуализму»//https://www.e-reading.club/chapter.php/101941/31/Mazer_-_Adol%27f_Gitler._Legenda._Mif._Deiistvitel%27nost%27.html

И, кстати, Мазер приводит сведения из медкарты Гитлера на 1936 год:

Рост 175, вес около 70 кг: https://www.e-reading.club/chapter.php/101941/23/Mazer_-_Adol%27f_Gitler._Legenda._Mif._Deiistvitel%27nost%27.html

Так что Адамович пытается травестировать его даже в мелочах, не только концептуально. Потому что мелочи важны.
Книга Ржевской, кажется, еще не была написана ко времени опубликования Мазером биографии Гитлера, но он подвергает критике книгу Льва Безыменского (см. подробное обоснование по первой ссылке выше).

С другой стороны, умер ли Гитлер в Имперской канцелярии или он-таки ушел на малой подлодке из Берлина (как иногда предполагают), а потом осел в Аргентине, интересно только некрофилам, которые страдают, что некто не был убит, а выжил, несмотря на все свои прегрешения.
Как фактор политики Гитлер в любом случае умер именно в начале мая 1945 года. Мнение, что фашизм/нацизм вечен, что это некая универсальная метода буржуазии, противоречит массиву фактов и кажется логичным только схематизирующему взгляду издалека.

Гитлер срать хотел на школу
Весьма интересна концепция некрофилического характера, выдвинутая неофрейдистом и неомарксистом Эрихом Фроммом в уже цитированной книге «Анатомия человеческой деструктивности». Главу о Гитлере иногда издавали отдельно.

Коротко суть концепции противоположности биофилии и некрофилии автор выразил в следующих словах:

«Человек с установкой на биофилию лучше сделает что-то новое, чем будет поддерживать или реставрировать старое. Он больше ориентирован на бытие, чем на обладание. Он в полной мере наделен способностью удивляться, и потому, быть может, он стремится лучше увидеть что-то новое, нежели подтверждать и доказывать то, что давно известно. Приключение для него важнее безопасности. С точки зрения восприятия окружающего ему важнее видеть целое, чем отдельные его части, его больше интересует совокупность, чем ее составляющие. Он стремится творить, формировать, конструировать и проявлять себя в жизни своим примером, умом и любовью (а отнюдь не силой, разрушительностью или бюрократизмом, который предполагает такое отношение к людям, словно это бесчувственные куклы или просто вещи). Он не «ловится» на приманку рекламы и не покупает «новинок» в пестрых упаковках, он любит саму жизнь во всех ее проявлениях, отличных от потребительства.

…с точки зрения Фрейда, обе тенденции, так сказать, «равнозначны», ибо обе даны человеку от природы. Однако нельзя не видеть, что биофилия представляет собой биологически нормальное явление, в то время как некрофилию следует рассматривать как феномен психической патологии. Она является неизбежным следствием задержки развития, душевной «инвалидности».

… Человек от природы наделен способностью к биофилии, таков его биологический статус; но с точки зрения психологии, у него есть и альтернативная возможность, т.е. он может при определенных обстоятельствах сделать выбор, в результате которого станет некрофилом.

…Если человек не может творить и не способен «пробудить» кого-нибудь к жизни, если он не может вырваться из оков своего нарциссизма и постоянно ощущает свою изолированность и никчемность, единственный способ заглушить это невыносимое чувство ничтожества и какой-то «витальной импотенции» – самоутвердиться любой ценой, хотя бы ценой варварского разрушения жизни. Для совершения акта вандализма не требуется ни особого старания, ни ума, ни терпения; все, что нужно разрушителю, – это крепкие мускулы, нож или револьвер»//https://www.e-reading.club/chapter.php/60812/118/Fromm_-_Anatomiya_chelovecheskoii_destruktivnosti.html

В рамках рассмотрения характера Гитлера Фромм объясняет (не вполне точно) известный эпизод его ранней юности:

«Уже на первом году учебы он учился так плохо, что был оставлен на второй год. В следующем году, чтобы перейти в третий класс, он должен был сдавать экзамены по некоторым предметам. В четвертый класс его перевели с условием, что он уйдет в другую школу. По этой причине он поступил в государственное высшее реальное училище в Штейре, однако еще до окончания 4-го класса решил, что последний, пятый, класс он посещать не будет. Одно событие в конце последнего года обучения имело, возможно, некий символический смысл. Получив аттестат, он пошел со своими товарищами в трактир выпить вина. Дома он обнаружил, что потерял свой аттестат. Он еще придумывал, как бы это объяснить, как вдруг его вызвали к директору училища. Аттестат нашли на улице: он использовал его как туалетную бумагу. Как бы ни был он пьян, в этом поступке символически выражается его ненависть и презрение к школе»//https://www.e-reading.club/chapter.php/60812/127/Fromm_-_Anatomiya_chelovecheskoii_destruktivnosti.html

Задержимся на этом увлекательном эпизоде. Он стал известен из откровений самого Гитлера в «Моей борьбе».

Фромм (или переводчик) называют документ, которым подтерся будущий «фюрер германской нации», — «аттестатом». С другой стороны, аттестат выдают по окончании всего курса обучения. Но сам же Фромм пишет, что 5-й класс училища Гитлер и не планировал посещать.

Иоахим Фест излагает этот эпизод несколько иначе, не пытаясь погружаться в психологию Гитлера:

«Когда в сентябре 1904 года его перевели в следующий класс только при условии, что он уйдёт из училища, мать предприняла последнюю попытку и отправила его в реальное училище в Штейре. Но и там его успехи были весьма неудовлетворительными; первый его табель пестрел столькими «неудами», что Гитлер, как он сам рассказывал, напился и использовал этот документ в качестве туалетной бумаги, так что потом ему пришлось писать заявление о выдаче дубликата. Когда же и табель 1905 года оказался не лучше предыдущего, мать окончательно сложила оружие и разрешила сыну бросить училище»//https://royallib.com/read/fest_ioahim/adolf_gitler_tom_1.html#199481

Таким образом, перед нами не аттестат, а табель — промежуточный документ, причем не последний, раз Фест пишет о «табеле» 1905 года. И аттестат Гитлер не получил в силу своего раздолбайства, а не из-за порчи его.

Далее посмотрим изложение эпизода Вернером Мазером.

Мазер обильно цитирует самого Гитлера:

«После окончания семестра мы всегда устраивали большой праздник. Там было очень весело: мы кутили вовсю. Там-то и произошел единственный случай в моей жизни, когда я перепил. Мы получили свидетельства и решили отпраздновать это дело. «Мамочка», узнав, что всё уже позади, была слегка растрогана. Мы потихоньку поехали в один крестьянский трактир и там пили и говорили ужасные вещи. Как все это было в точности, я не помню… мне пришлось потом восстанавливать события. Свидетельство было у меня в кармане. На следующий день меня разбудила молочница, которая… нашла меня на дороге. В таком ужасном состоянии я явился к своей «мамочке». «Боже мой, Адольф, как вы выглядите!» Я вымылся, она подала мне черный кофе и спросила: «И какое же свидетельство вы получили?» Я полез в карман — свидетельства нет. «Господи! Мне же нужно что-то показать матери!» Я решил: скажу, что показывал его кому-то в поезде, а тут налетел ветер и вырвал из рук. Но «мамочка» настаивала: «Куда же оно могло пропасть?» — «Наверное, кто-то взял!» — «Ну тогда выход только один: вы немедленно пойдете и попросите выдать дубликат. У вас вообще-то деньги есть?» — «Не осталось». Она дала мне 5 гульденов, и я пошел. Директор заставил долго дожидаться в приемной. Тем временем четыре обрывка моего свидетельства уже доставили в школу. Будучи без памяти, я перепутал его с туалетной бумагой. Это был кошмар. Все, что мне наговорил ректор, я просто не могу передать. Это было ужасно. Я поклялся всеми святыми, что никогда в жизни больше не буду пить. Я получил дубликат… Мне было так стыдно! Когда я вернулся к «мамочке», она спросила: «Ну, и что он сказал?» — «Этого я вам не могу сказать, но скажу одно: я никогда в жизни больше не буду пить». Это был такой урок, что я никогда больше не брал в рот спиртного. Потом я с радостным сердцем отправился домой. Правда, особой радости-то и не было, потому что свидетельство было не из лучших».

Свидетельство, использованное Адольфом вместо туалетной бумаги 11 февраля 1905 г., было не просто «не из лучших», а хуже некуда. Его успехи в немецком, французском языке, математике и стенографии были отмечены оценкой «неудовлетворительно». Кроме рисования и физкультуры, где он получил «отлично» и «превосходно», остальные оценки были удовлетворительные»//https://www.e-reading.club/chapter.php/101941/7/Mazer_-_Adol%27f_Gitler._Legenda._Mif._Deiistvitel%27nost%27.html

Правда, пишет Мазер, табель осени 1905 года был уже без «неудов», причем, в отличие от Феста, указывает предметы, по которым получены «уды» — то есть утверждение Феста, что «новый табель был не лучше старого» несостоятельно.

Фромм, в соответствии с заветами Фрейда трактует экскременты, смерть и накопление богатства в одном ряду — все это проявления Танатоса, тяги к разрушению и контролю (садизму). Однако он вводит понятие некрофильского характера, считая, что Танатос не может быть равноправной Эросу (биофилии) тенденцией.
Ну, в отношении Гитлера концепция некрофильского характера выглядит вполне разумной.

Почему Гитлер «откосил» от армии?

Недруги Гитлера 1920-30-х годов постоянно стремились сочинить нечто совсем уж его испепеляющее. То они писали, что никакого Железного креста он не получил, а если и получил, то потому что был денщиком, и орден ему «устроил» его господин.
То трактовали его поведение как трусливое и жалкое (см. у того же Адамовича с мифическим «Куртом»). То приписывали ему гомосексуальные склонности, даже «назначали» Рудольфа Гесса его партнером.
В этом же ряду находится объяснение мотивов Гитлера, не явившегося на службу по призыву в австро-венгерскую армию. Крайне странно при такой трактовке выглядит его запись в Баварский полк добровольцем в первые дни Первой мировой войны.
Однако сам Гитлер разъяснил свою неявку в 1913 году вполне антиславянскими мотивами, которые его симпатизанты из числа российских неонацистов у него отрицают:

«То, что он по секрету сообщил в конце лета 1908 г. Кубицеку, начало претворяться в жизнь. Он не хочет служить в одной армии с чехами и евреями, воевать за габсбургское государство, но всегда готов умереть за Германский рейх. Гитлер, будучи фанатичным пангерманистом, хочет жить в Германском рейхе, который станет для него любимой и достойной уважения родиной, и если уж становиться солдатом, то только там. В 1914 г. ему разрешают по-прежнему оставаться в Мюнхене, вести богемный образ жизни и допускать презрительные высказывания о своей австро-венгерской родине».

Там же Мазер цитирует личное письмо Гитлера знакомому, посланное в 1915 году:

«Я часто вспоминаю Мюнхен, и у каждого из нас только одно желание: чтобы как можно быстрее рассчитаться с этими бандитами, чего бы это ни стоило, и чтобы те из нас, кому повезет снова вернуться на родину, увидели ее очищенной от всякой иноземщины, чтобы благодаря тем жертвам и страданиям, которые сотни тысяч из нас испытывают каждый день, и тем рекам крови, которые проливаются в борьбе с международным заговором врагов, мы не только разбили внешних врагов Германии, но чтобы рухнул и внутренний интернационализм. Это важнее, чем любые завоевания территории. Все начнется с Австрии, как я всегда говорил»//https://www.e-reading.club/chapter.php/101941/10/Mazer_-_Adol%27f_Gitler._Legenda._Mif._Deiistvitel%27nost%27.html

То есть Гитлера не устраивали и венгры в верхушке страны, и чехи, и евреи, и, вероятно, — словенцы, хорваты, русины, которые способствуют «замутнению» германского духа.
Эта его неприязнь к конструкции Австро-Венгрии, пангерманизм как жизненное кредо и стали причинами уклонения от военной службы на родине, проложив позднее дорогу к построению расово однородного государства.

Конспирологические концепции о Рейхе и СССР как криптоколониях
Порой приходится сталкиваться с мнениями, что СССР был английской «криптоколонией» и исполнял роль некоего слуги, не вел самостоятельной политики и т.п. Подобные идеи популяризирует, а может, и является их создателем вольный публицист Дмитрий Галковский.
Однако недавно я столкнулся со взглядом, что и Гитлер (и вся НСДАП, по всей видимости) исполнял некое задание «Властелинов мира», которыми предстает пресловутая «закулиса» Ивана Ильина или пресловутые «англосаксы», по организации в Европе большой войны.
Спорить с таким воззрением бессмысленно: все факты будут трактоваться в духе сентенции: «Все не то, чем кажется»)).
Выскажусь лишь о психологической подоплеке подобных взглядов: никому не хочется считать себя хуже других. А то, что основным бенефициаром Второй мировой оказались США (Британия, кстати, в меньшей степени — сохранить империю англичанам не удалось), а СССР и Германия понесли наибольшие материальные и людские потери, наводит на грустные соображения: не было ли тут какого-то тайного сговора?
Однако события такого масштаба не поддаются комбинациям в духе шпионских фильмов.
Забывается обычно судьба Китая, людские потери которого сопоставимы с потерями СССР. Причем Япония имела все возможности не нападать на эту страну, в которой и полегло немало японцев.

История состоит из множества мелочей, которые, сцепляясь друг с другом, постепенно приводят к результатам, которые не прогнозировались теми, кто привык смотреть на жизнь сквозь призму различных схем.
Схематизм и заданность мышления погубили и героя данной заметки. К сожалению, погиб он не один.

Абсолютного зла не существует
Несмотря на всю свою некрофилию, Гитлер, как и другие люди с подобным характером, имел в структуре личности и плодотворные черты, а не только стремление к разрушению и отчужденному «величию» Великогерманского Рейха.
В частности, он искренне увлекался архитектурой. Незадолго до смерти он приказал достать собственные планы градостроительной реконструкции австрийского Линца и разглядывал их с неопределенным выражением лица. Возможно, для всех было бы лучше, если бы он занялся архитектурой, а так как он был неспособен к систематической деятельности, стал бы журналистом в архитектурном журнале — «Дома и интерьеры» каком-нибудь.))

Фромм пишет:

«Кто взялся бы утверждать, что в поведении Гитлера не было ни одного доброго элемента, что в нем вовсе отсутствовала благонамеренность? Мы должны допустить, что такие элементы в нем были, ибо, наверное, не бывает людей, в которых нет ни крупицы любви и добра»//https://www.e-reading.club/chapter.php/60812/136/Fromm_-_Anatomiya_chelovecheskoii_destruktivnosti.html

В этом суждении знаменитый неофрейдист смыкается с Фомой Аквинским, говорившим, что зло не имеет субстанции, основы. Зло, говорил Фома, это просто нехватка добра.

Представление же, что мир разделен между Добром и Злом, есть манихейство.

Многим людям почему-то оказалось удобно мыслить в духе фразы «Ты должен сделать добро из зла, потому что его больше не из чего сделать», которую братья Стругацкие сделали эпиграфом к «Пикнику на обочине». Но зло, как тенденция к разрушению и смерти, не может творить добра, ибо является проявлением слабости, а не силы.

ДОПОЛНЕНИЕ (Истоки нацистской геополитики)
Текст растянулся больше, чем  изначально планировалось, и в процессе я забыл внести главку о связи идей Гитлера с идеями прусского милитаризма и крупной немецкой буржуазии. Ведь, по сути, он выражал именно пангерманские идеи, в чем абсолютно не был оригинален.
Люди порой не понимают моего антигерманизма (в отношении немецкой политической культуры до 1945 года), потому что тот же нацизм представляется им чем-то возникшим на ровном месте — по заданию Неизвестных Отцов или «волей и разумом» человека с неудами в табеле.
Реально же геополитическая программа нацизма формулировалась в Первую мировую, так что Плеханов, выступая с позиций оборончества и необходимости разгрома пруссачества, не был бредоносцем. Итак:

«Тирпиц хотел придать Германии статус не только великой европейской, но и мировой державы, стоящей на равных с Британской империей. Этих взглядов он, в принципе, придерживался и в 1924 г.,[310] когда Гитлер находился в заключении и работал над «Майн кампф».

Мы хотим «полного международного признания, соответствующего нашей культурной, экономической и военной мощи, — писали 20 июня 1915 г., за девять месяцев до отставки Тирпица, 1347 видных представителей немецкой буржуазии в «совершенно секретном меморандуме»[311] в адрес рейхсканцлера фон Бетмана Хольвега. — Нам, очевидно, не удастся достичь одновременно всех целей в сфере национальной безопасности перед лицом такого превосходства наших врагов. Однако достигнутые ценой такого большого числа жертв военные успехи должны быть использованы до предела возможностей.

Мы хотим раз и навсегда покончить с французской угрозой после столетий грозившей нам со стороны Франции опасности и после реваншистских воплей, раздававшихся с 1815 по 1870 и с 1871 по 1915 г. Это должно быть достигнуто не путем неуместных попыток примирения, которым Франция всегда противилась с крайним фанатизмом. Мы настоятельно предостерегаем немцев от самообмана. Ради нашего собственного существования мы должны решительно ослабить эту страну политически и экономически.

Пограничный рубеж на восточной границе и основу для сохранения роста нашего народонаселения составят земли, которые нам должна уступить Россия. Это должна быть территория, заселенная сельским населением, которая даст нам здоровых крестьян — вечно молодой источник народной и государственной силы.

Если бы мы были в состоянии потребовать у Англии, которая никогда не любила жертвовать своей кровью, возмещения военных потерь, то никакая сумма не показалась бы слишком высокой. Своими деньгами Англия восстановила против нас весь мир. Кошелек — самая чувствительная точка этой нации лавочников. Именно по кошельку ее и надо беспощадно бить, если у нас хватит для этого сил».[312]

Взгляды рейхсканцлера, министерства иностранных дел и Генерального штаба времен кайзера на великодержавные претензии Германии и Австро-Венгрии по сути не очень отличались от планов Тирпица. В то время как рейхсканцлер Бетман Хольвег ориентировался на традиционные представления об обеспечении для Германии и Австро-Венгрии статуса великой державы в смысле полной свободы внешнеполитических действий и сохранения относительного военного превосходства в рамках европейского расклада сил, высшие представители армейского командования во главе с генералом Людендорфом ставили перед собой цель прямого господства над замкнутой территорией континентального масштаба.

В результате мировой войны должна была возникнуть германская мировая держава, которая после включения важных в экономическом отношении территорий России должна была стать по возможности не зависимой в военно-экономической сфере от иностранных государств, гарантированной от блокады и способной защититься как от Англии, так и в случае необходимости от обеих англосаксонских морских держав одновременно и иметь прочную базу на случай ожидаемых конфликтов с другими государствами. Насколько эти представления верховного командования и концепция двух фаз Людендорфа оказали влияние на план Гитлера по расширению территории и созданию Великой Германии, не имеет столь уж большого значения, поскольку и Гитлер, и Людендорф думали о том, чтобы сначала обеспечить для Германии положение европейской великой державы и лишь затем обратить свой взгляд за океан.