Экзамен по истории франции

По предположениям основной массы ученых-историков зарождение человеческой цивилизации на территории
Франции произошло в период 1 ООО 000-700 ООО лет до н. э. территорию Франции, как и остальную Европу,
заселили homo erectus. Мы можем приблизительно представить себе переход от homo erectus («человека прямоходящего») к
нашим непосредственным предкам, но специфика этого перехода на территории Франции, остается неизвестной. Даже при
разговоре о homo sapiens нам придется полагаться на редкие открытия, подобные пещерам Ласко.

Под влиянием эволюционных процессов и времени представители homo erectus на территории Франции постепенно переходят в
своем развитии к гоминидам – переходной форме между homo erectus и неандертальцами.

В течение времени с 400 000 до 100 000 лет до нашей эры территорию Франции населяли представители именно этого вида. В
своей жизнедеятельности они уже использовали примитивные орудия труда. О проживании на территории Франции в этот
период именно гоминидов свидетельствуют находки, найденные при раскопках неподалеку от Тотавеля на юге Франции. Среди
останков, обнаруженных при раскопках в пещере Араго, были найдены части человеческого черепа…

В 200 году до н. э. впервые римская армия пересекла Альпы и вошла в Галлию, хотя до
организованного завоевания оставалось еще примерно пятьдесят лет. К тому времени галлы, все еще будучи конгломератом
отдельных племен, создали собственную относительно передовую цивилизацию с центрами в укрепленных городах, известных
под латинским названием oppida. Сравнительную легкость, с которой они приспособились к римским обычаям и установлениям —
в противоположность германским племенам по ту сторону Рейна, — можно объяснить высокой степенью развития их цивилизации.

В 154 году до н. э. Массалия (ныне — Марсель) обратилась к Риму с просьбой о защите от соседних племен, в частности от
саллювиев. В 125-121 годах до н. э. Массалия снова обратилась к Риму за помощью, но на этот раз римские войска, победив
саллювнев, продолжали завоевание южной Франции, основав город Аквы Секстиевы (Экс-ан-Прованс)
и провинцию Трансальпийская Галлия со столицей в Нарбонне, который был основан в 118 году до н.э.. Марсель, союзник
римлян, остался свободным городом. Племена, населявшие другие районы Галлии, сохраняли независимость до начала кампаний
Юлия Цезаря. А вот племя эдуев объявило себя «друзьями и братьями римского народа»…

Франки впервые упоминаются в римских источниках в III в. н. э. Это был большой племенной союз,
сложившийся из нескольких более древних германских племен. Франки жили по нижнему и среднему течению Рейна и морскому
побережью по Шельде. В III—IV вв. франки часто нападают на Римскую Галлию в поисках новых мест
для поселения. Во второй половине IV в. они заняли Токсандрию (область между Маасом и Шельдой), поселившись здесь в
качестве федератов империи. К середине V в. салические франки распространили свои владения на юг и запад до Соммы.

Вождь одного из франкских племен «салиев» — Хлодвиг (481— 511) после падения Западной Римской
империи начал завоевание Северо-Восточной Галлии, которой правил римский магнат Сиагрий, бывший здесь ранее наместником
императора. Разгромив в 486 г. близ Суассона войска Сиагрия, Хлодвиг захватил земли до Сены, а
затем расширил владения франков до Луары. Захватив значительную часть Галлии, Хлодвиг устранил
вождей — королей салических франков а также других франкских племен и объединил под своей властью всех франков.

Чтобы укрепить свою власть, Хлодвиг вместе со своей дружиной принял христианство по обряду
ортодоксальной церкви в отличие от вестготов, остготов, вандалов, бургундов, лангобардов, которые были арианами. Это
был ловкий политический шаг, который обеспечил Хлодвигу в ходе дальнейшего завоевания Галлии поддержку галло-римского
духовенства, видевшего в арианской ереси угрозу своим богатствам, церковной собственности. Завоевывая Галлию,
франки в отличие от вестготов, остготов и других германских племен, вторгшихся в империю,
никогда не порывали связи со своей родиной в Германии, что обеспечивало им в V — начале VI в. постоянный приток свежих
сил из-за Рейна…

Франки впервые упоминаются в римских источниках в III в. н. э. Это был большой племенной союз,
сложившийся из нескольких более древних германских племен. Франки жили по нижнему и среднему течению Рейна и морскому
побережью по Шельде. В III—IV вв. франки часто нападают на Римскую Галлию в поисках новых мест
для поселения. Во второй половине IV в. они заняли Токсандрию (область между Маасом и Шельдой), поселившись здесь в
качестве федератов империи. К середине V в. салические франки распространили свои владения на юг и запад до Соммы.

Вождь одного из франкских племен «салиев» — Хлодвиг (481— 511) после падения Западной Римской
империи начал завоевание Северо-Восточной Галлии, которой правил римский магнат Сиагрий, бывший здесь ранее наместником
императора. Разгромив в 486 г. близ Суассона войска Сиагрия, Хлодвиг захватил земли до Сены, а
затем расширил владения франков до Луары. Захватив значительную часть Галлии, Хлодвиг устранил
вождей — королей салических франков а также других франкских племен и объединил под своей властью всех франков.

Чтобы укрепить свою власть, Хлодвиг вместе со своей дружиной принял христианство по обряду
ортодоксальной церкви в отличие от вестготов, остготов, вандалов, бургундов, лангобардов, которые были арианами. Это
был ловкий политический шаг, который обеспечил Хлодвигу в ходе дальнейшего завоевания Галлии поддержку галло-римского
духовенства, видевшего в арианской ереси угрозу своим богатствам, церковной собственности. Завоевывая Галлию,
франки в отличие от вестготов, остготов и других германских племен, вторгшихся в империю,
никогда не порывали связи со своей родиной в Германии, что обеспечивало им в V — начале VI в. постоянный приток свежих
сил из-за Рейна…

Майордомы Австразии из дома Пипинидов (потомки Пипина Геристальского), став правителями объединенного Франкского
государства, положили начало новой династии франкских королей, которая позднее по имени самого крупного из своих
представителей — Карла Великого — получила название династии Каролингов. Представители
дома Каролингов (Пипинидов) правили Франкским государством с конца VII до середины IX в.
сначала в качестве майордомов при «ленивых королях», затем с 751 г. — в качестве королей. Этот период в
истории Франкского королевства обычно называют каролингским.

После смерти Пипина в 714 году Франкское государство погрузилось в гражданскую войну, а герцоги дальних регионов стали
независимыми де факто. Назначенный Пипином преемник, Теодоальд, действовавший под покровительством вдовы Пипина и его
бабки, Плектруды, поначалу противился попыткам короля, Дагоберта III, назначить майордомом во всех трёх королевствах
Рагенфреда, но вскоре появился третий кандидат на майордомство в Австразии в лице взрослого нелегитимного сына Пипина,
Карла Мартелла. После того как король (теперь уже Хильперик II) и Рагенфред нанесли поражение
Плектруде и Теодоальду, Карл смог на короткое время провозгласить своего короля, Хлотаря IV, в противоположность
Хильперику. И наконец, в битве при Суассоне в 718 году , Карл окончательно разгромил своих соперников и вынудил их
бежать, впоследствии согласившись с возвращением короля при условии получения должностей его отца (718 год). С этого
момента больше не было действующих королей династии Меровингов и франками правил Карл и его наследники
династии Каролингов…

Время наибольшего могущества Франкского государства приходится на правление сына Пипина
Короткого — Карла Великого (768-814 г.г.), ставшего героем многих легенд, сказаний и песен.
Современников поражала его кипучая, неутомимая энергия, способность вникать во все детали управления государством, в
дела администрации, хозяйства, военные, дипломатические, в дела образования и др. По описаниям современников, Карл
Великий был огромного роста, крепкого телосложения. Для своего времени он был довольно образованным человеком —
интересовался литературой и поэзией, в частности античной, знал латинский и греческий языки, хотя писать так и не
научился.

Образ Карла Великого был сильно идеализирован средневековой традицией. Опираясь на нее,
буржуазная историография постоянно преувеличивала могущество и степень централизации империи Карла Великого и даже
приписывала ему роль защитника разорявшегося и закрепощаемого крестьянства от насилий феодалов. В действительности же
Карл Великий, хотя и был выдающимся государственным деятелем своего времени, проводил политику
защиты интересов крупных землевладельцев-феодалов и был жесток и беспощаден по отношению к закрепощаемым народным
массам и к населению завоеванных им земель и стран.

В результате ряда войн он значительно расширил границы Франкского государства, подчинив своей власти различные племена
и народности. Его поход в Италию (774 г.) привел к тому, что лангобардский король Дезидерий был лишен престола, а его
владения присоединены к франкскому государству…

В условиях раннефеодального общественно-экономического строя, когда основная масса населения не находилась еще в личной
и поземельной зависимости от феодалов, во Франкском государстве Каролингов существовала
территориальная система управления. Население подчинялось королевским служащим и выполняло государственные повинности.
Вся территория государства была разделена на графства, во главе которых стояли королевские
уполномоченные — графы. Они ведали судебно-административными делами, созывали военное ополчение и командовали им,
собирали налоги и другие поборы в пользу короля. В качестве вознаграждения за службу графы удерживали в свою пользу
1/3 штрафов и получали от короля бенефиции. Графства делились на сотни, во главе которых стояли иентенарии (сотники),
осуществлявшие судебно-административную и фискальную власть на местах. Центенарии назначались королевским двором, но
находились в непосредственном подчинении у графов. В состав сотни входило несколько сел, имевших свое общинное
самоуправление.

В завоеванных пограничных областях Карл Великий создал марки — укрепленные
военно-административные округа, служившие форпостами для нападения на соседние страны и организации обороны. Стоявшие
во главе марок маркграфы располагали широкими судебно-административными и военными полномочиями. В их распоряжении
находилась постоянная военная сила.

Новым административным институтом Каролингов стали королевские посланцы (missi). Это были
королевские назначенцы с высшими контрольными полномочиями. Главной их задачей был контроль за графским управлением и
выполнение некоторых особых, чаще финансовых и военных поручений короля…

Несмотря на усиление королевской власти Каролингов и рост значения централизованного
управления, государственно-политическое единство империи было условным. Со смертью Карла Великого
и переходом власти к его наследникам, оно стало почти иллюзорным. Империя позволила окрепнуть крупным феодальным
магнатам, которые не нуждались более в единой государственности, тем более возложившей на себя мессианскую
задачу. Только церковь активно выступала за сохранение единства империи, при том что позиции значительной
части епископов в отдельности были иными.

Созданная в результате завоевания франками более слабых племен и народностей Франкская империя была
непрочным государственным образованием и распалась вскоре после смерти ее основателя — Карла
Великого. Причинами ее неизбежного распада явились отсутствие экономического и этнического единства и рост
могущества крупных феодалов. Насильственное объединение чуждых в этническом и культурном отношении народностей
могло сохраняться до тех пор, пока была сильна центральная государственная власть. Но уже при жизни Карла Великого
обнаружились симптомы ее упадка: централизованная система управления начала разлагаться и перерождаться в
ленно-сеньориальную; графы выходили из повиновения и стремились превратить графства в свои сеньории. Усиливались
сепаратистские движения на окраинах. Королевская власть была лишена прежней политической поддержки со стороны
феодальной знати и не располагала достаточными материальными средствами для продолжения завоевательной политики
и даже для удержания захваченных территорий. Свободное население подверглось закрепощению или попало в
поземельную зависимость от феодалов и не выполняло прежних государственных натуральных и военных повинностей.
Таким образом, король лишился материальных средств и военной силы, в то время как феодалы расширяли свои
владения и создавали собственные войска из вассалов. Все это неизбежно вело к феодальной раздробленности…

После распада Каролингской империи в 843 г. восточная граница Франции, отделявшая ее от
Германии и Италии, по Мерсенскому договору 870 г. прошла главным образом по большим рекам: по нижнему течению Мааса,
по Мозелю и Роне. Под властью последних Каролингов во Франции остались Нейстрия и северо-западная часть бывшей
Бургундии — герцогство Бургундия. Королевство Бургундия (Арелат) и Аквитания, объединенные в 933 г., вновь стали
фактически независимыми.

В X в. междоусобные войны между немецкими и французскими Каролингами велись почти непрерывно. Много бедствий принесли
постоянные набеги норманнов. В ожесточенной борьбе с ними на первый план — в противовес ослабевшим и потерявшим почти
все свои поместья Каролингам — выдвинулись богатые и влиятельные графы Парижские. Они успешно защитили от страшного
врага свои города — Париж и Орлеан — и отстояли Центральную и Южную Нейст-рию, но область на северо-западе, примыкавшую
к устью Сены, пришлось в начале X в. уступить норманнам, основавшим здесь герцогство Нормандию. В течение X в. шла
борьба за корону между графами Парижскими (Робертинами) и последними Каролингами. Наконец в 987 г. крупнейшие светские
и духовные феодалы избрали королем Робертина Гуго Капета, и с тех пор до конца XVIII в.
французская корона оставалась за потомками Капетингов.

В X в. во Французском королевстве завершились социально-экономические процессы, приведшие к
установлению феодальных отношений, и закончился длительный процесс слияния разнородных этнических элементов. На основе
смешавшейся с германцами галло-римской народности сложились новые, родственные друг другу феодальные народности со
своими языками и территориями: северофранцузская и провансальская. Граница между ними проходила несколько южнее течения
реки Луары. Эти народности явились ядром будущей французской нации…

В XII в. во Франции начинается процесс государственной централизации. Вначале он развертывается
в Северной Франции, где для него существовали экономические и социальные предпосылки. Политика королевской власти,
направленная на подчинение ей феодальных сеньоров, диктовалась прежде всего интересами класса феодалов в целом. Главной
ее целью было усиление центральной власти для подавления сопротивления крестьян. В этом особенно нуждались мелкие и
средние феодалы, не располагавшие достаточными средствами внеэкономического принуждения. Они были заинтересованы в
усилении королевской власти еще и потому, что видели в ней защиту от насилий и притеснений более сильных крупных
феодалов.

Централизаторская политика французских королей была прогрессивным явлением. Королевская власть
боролась с феодальной анархией, подрывавшей производительные силы страны, содействовала росту городов, ремесла и
торговли. По словам Ф. Энгельса, она была «представительницей порядка в беспорядке». Поэтому города поддерживали
королевскую власть, часто выступали ее союзниками в борьбе с крупными феодалами, и их помощь сыграла важную роль в
образовании централизованного государства.

Противниками этой политики были крупные феодалы, больше всего дорожившие своей политической самостоятельностью и
связанными с ней властью над населением и доходами с него; их поддерживала часть высшего духовенства. Укреплению
королевской власти во Франции благоприятствовала непрерывная вражда крупных феодалов между
собой. Каждый из них стремился усилиться за счет других. Короли использовали и разжигали эту борьбу.

Начало XII в. является переломным моментом в процессе роста королевской власти во Франции.
Людовик VI (1108—1137 г.г.) и его канцлер Сугерий положили конец сопротивлению феодалов в королевском домене. Их замки
были разрушены или заняты королевскими гарнизонами. Пользуясь поддержкой городов, Капетинги начали присоединять к своим
владениям близлежащие области. При Людовике VII (1137—1180 г.г.) королевский домен увеличился за счет присоединения
городов Буржа и Санса…

В XI—XIII вв. во Франции получило значительное развитие сельское хозяйство. В это время широко
распространилось трехполье, усовершенствовался плуг, из зерновых культур первое место заняла пшеница. Благодаря новой
системе упряжи оказалось возможным использовать вместо волов лошадей, что сократило сроки пахоты и других
сельскохозяйственных работ. В южных областях в силу особенностей климата и почв долго сохранялись двухполье и легкий
плуг. Там наряду с зерновыми большие площади занимали виноградники, технические культуры, плодовые деревья.

В XII в. началась массовая расчистка под пашню залежных земель и лесов. Шире распространилась практика удобрения полей.
В огородах стали выращивать новые сорта овощей. В конце XII в. в Нормандии появились ветряные мельницы,
распространившиеся затем и в других областях Франции. Рост посевных площадей во Франции в XII— XIII вв.
несколько смягчил частые до того голодовки, вызванные неурожаями, засухами, наводнениями и т. п., особенно гибельными
при натуральном хозяйстве.

В X в. на основе отделения ремесла от сельского хозяйства начали свою жизнь феодальные города Франции —
экономические центры ремесла и торговли. Расцвели старые, еще основанные римлянами, но пришедшие в упадок в V—IX вв.,
города, возникли многочисленные новые, развившиеся из сел и местечек. На расчищенных из-под леса землях были основаны
поселения, некоторые из них также превратились в города. В XIII в. вся Франция уже была покрыта множеством
городов — крупных, средних и мелких. Ремесло и торговля в них вначале уживались с сельским хозяйством,
но вскоре оттеснили его на задний план…

В начале XIV в. королевский домен во Франции охватывал уже большую часть страны. Присоединение
в XIII в. Лангедока (так стало называться бывшее графство Тулузское) дало Капетингам возможность проникать в
юго-западные области не только с северо-востока, но и с юго-востока. Это значительно укрепило позиции французского
государства в борьбе против Англии. В 1308—1309 гг. к домену Капетингов отошла часть Аквитании — графства Ангумуа и
Марш, а затем и почти все течение рек Дордони и Гаронны. В руках англичан осталась лишь узкая полоса вдоль Бискайского
побережья от Сента до Пиренеев (причем с 1285 г. Наварра, маленькое королевство в Пиренеях, считалось французским
владением). На восточной границе были присоединены богатое графство Шампанское (1284 г.) и крупный город Лион (1307 г.).

Филипп IV Красивый (1285—1314 г.г.) попытался подчинить себе также графство Фландрское, тесно
связанное с Францией торговыми отношениями, но политически лишь номинально входившее в состав королевства. Главную роль
во Фландрии играли богатые города, особенно Гент, Ипр и Брюгге — центры процветавшего сукноделия и крупной торговли.
Филипп IV вмешался во внутреннюю борьбу в этих городах, став на сторону патрициата. Сначала ему удалось фактически
установить там свою власть, но введение им тяжелых налогов вскоре вызвало широкое народное движение.

Борьба против французов соединилась для фландрских цехов с борьбой против местного патрициата. В 1301 г. восстали
ремесленники важнейшего торгово-промышленного центра — города Брюгге; им удалось захватить власть. Французы подавили
это восстание, но скоро оно вспыхнуло с новой силой…

Столетняя война — серия военных конфликтов между Англией и её союзниками, с одной стороны, и
Францией и её союзниками, с другой, длившихся примерно с 1337 по 1453 г.г.. Война продолжалась 116 лет с небольшими
перерывами и носила циклический характер. Строго говоря, это была скорее серия конфликтов:

— Эдвардианская война — в 1337—1360 г.г.
— Каролингская война — в 1369—1396 г.г.
— Ланкастерская война — в 1415—1428 г.г.
— Завершающий период — в 1428—1453 г.г.

Столетнюю войну начал английский король Эдуард III, бывший по материнской линии внуком
французского короля Филиппа IV Красивого из династии Капетингов. После смерти в 1328 году Карла IV, последнего
представителя прямой ветви Капетингов, и коронации Филиппа VI (Валуа) согласно салическому закону, Эдуард заявил о
своих правах на французский трон. Помимо этого, монархи спорили из-за важной в экономическом отношении области Гаскони,
номинально находившейся в собственности английского короля, но фактически контролировавшейся Францией. Кроме того,
Эдуард желал вернуть территории, утраченные его отцом. Со своей стороны Филипп VI требовал от Эдуарда III признания
его суверенным государем. Компромиссный оммаж, заключённый в 1329 году, не удовлетворил ни одну из сторон. Однако в
1331 году, столкнувшись с внутренними проблемами, Эдуард признал Филиппа королём Франции и оставил свои притязания на
французский трон (в обмен на это англичане сохранили свои права на Гасконь).

В 1333 году Эдуард выступил на войну с шотландским королём Давидом II, союзником Франции. В условиях, когда внимание
англичан было приковано к Шотландии, Филипп VI решил воспользоваться случаем и присоединить Гасконь. Однако война
оказалась успешной для англичан, и Давид уже в июле был вынужден бежать во Францию после разгрома при Халидон-Хилле.
В 1336 году Филипп начал строить планы по проведению высадки на Британские острова для коронации Давида II на
Шотландском престоле, параллельно планируя присоединение Гаскони. Враждебность в отношениях двух стран накалилась до
предела.

Осенью 1337 года англичане предприняли наступление в Пикардии. Их поддержали фламандские города и феодалы, города
юго-запада Франции…

В 30-х годах XIV в. нормальное развитие Франции было прервано
Столетней войной с
Англией (1337—1453 г.г.), приведшей к массовому уничтожению производительных сил, убыли населения и сокращению
производства и торговли. На французский народ обрушились тяжелые несчастья — длительная оккупация Франции англичанами,
разорение и опустошение многих территорий, страшный налоговый гнет, разбой и междоусобицы французских феодалов.

Столетняя война была в основном борьбой из-за юго-западных французских земель, находившихся под
властью английских королей. В первые годы войны немалое значение имело также и соперничество из-за Фландрии, где
сталкивались интересы обеих стран. Французские короли не оставили намерений подчинить себе богатые фландрские города.
Последние же стремились сохранить независимость при помощи Англии, с которой они были тесно связаны экономически, так
как получали оттуда шерсть — сырье для сукноделия.

В дальнейшем главной ареной военных действий стал (наряду с Нормандией) Юго-запад, т. е. территория бывшей Аквитании,
где Англия, стремившаяся вновь овладеть этими землями, нашла себе союзников в лице еще независимых феодалов и городов.
Экономически Гиень (западная часть бывшей Аквитании) была тесно связана с Англией, куда шли вина, сталь, соль, фрукты,
орехи, красящие вещества. Богатства крупных городов (Бордо, Ла-Рошели и др.) в значительной степени зависели от этой
очень выгодной для них торговли…

В 30-х годах XV в. в связи с победами французской армии возобновился прерванный войной и длительной феодальной усобицей
процесс укрепления центральной королевской власти во Франции, которая в ту пору явилась
выразителем национального единства и государственного суверенитета. Принцы королевского дома, крупные сеньоры южных
областей и особенно герцоги Бретонский и Бургундский, которые были полновластными государями в своих владениях,
пытались протестовать против мероприятий Карла VII, направленных к умалению их прав. При Людовике XI дело дошло
до вооруженной борьбы с королем. Принцы образовали так называемую Лигу общественного блага и
провозгласили демагогическое требование уничтожения налогов с целью использовать недовольство городов и крестьянства
усилением налогового гнета. Главой Лиги был герцог Бургундский Карл Смелый (1467—1477), чьи владения выросли за счет
северных нидерландских провинций и областей по Рейну. Бургундские земли простирались с северо-востока Франции почти до
Лиона и включали чисто французские области — Бургундию, Овернь, Пикардию.

Лигу поддерживала часть среднего и мелкого дворянства, а также верхушка некоторых городов, находившихся на территории
принцев. Большую роль во время войны Лиги сыграл Париж. Основная масса парижан была на стороне короля и не допустила
вступления принцев в столицу, но большая часть духовенства, чиновничества и купечества прислушивалась к обещаниям Лиги
вернуть им права, незадолго до того отобранные королем. Эта позиция верхов столицы заставила Людовика XI подписать в
конце 1465 г. тяжелые условия мира и предоставить членам Лиги значительную свободу в их владениях. Король получил
передышку и воспользовался ею для укрепления союза с городами и разъединения своих врагов. Он натравливал их друг на
друга и затем расправлялся с каждым в отдельности. Но главная политическая задача заключалась в подчинении Карла
Смелого. Она оказалась трудной и потребовала больших расходов и тонкой дипломатии, в которой Людовик XI был очень
искусен.

Потерпев неудачу в военных действиях против Карла Смелого, Людовик XI перешел к политике поддержки его врагов —
лотарингцев и швейцарцев, страдавших от агрессии герцога Бургундского. Король поддерживал также города Фландрии,
восставшие против Карла Смелого. Гибель герцога в 1477 г. в битве при Нанси (в Лотарингии) позволила
Людовику XI воссоединить с Францией Пикардию, Овернь и герцогство Бургундское (т. е. западную
половину Бургундии). Графство Бургундское (Франш-Конте) и Нидерланды остались у дочери Карла Смелого Марии, вышедшей
замуж за Максимилиана Габсбурга, сына германского императора. Эти владения послужили впоследствии основой для
формирования фамильных владений Габсбургов.

В 1481 г. к Франции был присоединен Прованс с крупнейшим средиземноморским портом Марселем,
игравшим большую роль в торговле французских купцов с Левантом, Италией, Испанией и северным побережьем Африки. В итоге
к концу правления Людовика XI объединение страны в единое государство с крепкой центральной властью было в основном
завершено…

К началу XVI в. Франция почти завершила свое территориальное объединение и была сплоченным и
сильным государством. Последнее крупное герцогство — Бретань — соединилось с Францией в результате браков французских
королей Карла VIII, а затем Людовика XII с герцогиней Бретонской; это соединение было окончательно оформлено
торжественным актом в 1532 году.

Немногочисленные теперь крупные феодальные сеньоры вынуждены были поступить на службу к могущественному королю Франции
и вошли в состав придворной знати. Вдали от Парижа, на юге Франции, вельможи, правда, пытались вести себя довольно
самостоятельно. Их местные распри принимали подчас характер феодальных усобиц; они пробовали даже по старому
феодальному обычаю «отъезжать» от своего государя и переходить на службу к другому. Однако, французские короли к тому
времени обладали уже достаточно сильной властью и ресурсами для того, чтобы наказывать непокорных вассалов и
«разъяснять» им непривычное для них понятие государственной измены.

О трудном и медленном пути объединения Франции в начале XVI века напоминало также существование
в ряде окраинных провинций местных сословных учреждений — провинциальных штатов, которые имели право договариваться с
правительством о размерах налога, падавшего на данную провинцию, и распределять налоги между плательщиками (Лангедок,
Прованс, Дофинэ, Бургундия, Бретань, Нормандия)…

Важным событием в истории Франции XVI в. было реформационное движение, которое получило во
Франции своеобразный характер. Во Франции не было условий, столь же благоприятных для Реформации,
как в Германии. Усиление королевской власти, шедшее рука об руку с политической консолидацией страны способствовало
тому, что так называемая галликанская национальная французская церковь, не порывая с Римом, сумела оградить себя
от чрезмерных претензий папы и закрепила эту обособленность в прагматической санкции Карла VII (1438 г.). Было
провозглашено верховенство собора над папой; капитулам аббатств и соборов предоставлялось право выбирать
епископов и аббатов на освободившиеся должности, отменялись папские аннаты, а судебные права курии ограничивались
правом апелляции к папе как к последней инстанции лишь по делам вероучения.

По мере того как королевская власть во Франции превращалась в абсолютную, короли стремились подчинить себе церковь
и превратить ее в свое послушное орудие. Важный шаг в этом направлений был сделан Франциском I, заключившим с
папой в 1516 г. так называемый Болонский конкордат. По этому соглашению к королю отошло право назначать кандидатов
на высшие церковные должности с последующим их утверждением папой, но зато право папы на получение аннатов
частично было восстановлено. Король мог подолгу не замещать вакансий и брать в свою пользу доходы с церковных
бенефициев. Он мог жаловать их своим приближенным. Благодаря этому доходы католической церкви — крупнейшего
землевладельца Франции — в большей степени оказались в распоряжении короля. Назначение на высшие церковные
должности превратилось в королевское пожалование. Епископами и аббатами назначались преимущественно вельможи и
дворяне, которые интересовались больше доходами, чем церковными обязанностями, предоставляя ведать делами паствы
за сравнительно ничтожное вознаграждение своим викариям, т.е. заместителям, людям обычно скромного происхождения.

Церковный галликанизм во Франции превратился в галликанизм королевский, церковь съедалась
государственным учреждением, церковные доходы — средством воздействия во Франции, особенно на севере страны, не
было такого недовольства Римом, какое существовало до Реформации среди немецких князей и дворянства.

Однако и во Франции происходили социально-экономические перемены, которые способствовали распространению
реформационных идей. Один из умеренных французских реформаторов Лефевр д’Этапль еще до Лютера высказывал
идеи, близкие к реформационным.

Лютеранские идеи Реформации стали распространяться во Франции в начале 20-х годов XVI в.
К этому времени относится первое выступление Сорбонны (богословского факультета Парижского университета) против
ереси. Было сожжено несколько упорствующих еретиков. Однако Франциск I, поддерживавший в это время протестантских
князей в Германии против своего врага императора, воздерживался от преследования еретиков…

Основой экономики Франции в XVI веке было сельское хозяйство. Абсолютное большинство ее
населения жило в деревне. Города, за исключением Парижа (в котором насчитывалось в XVI в. свыше 300 тыс. человек),
Лиона, Марселя и Руана, были невелики, их промышленность носила по преимуществу ремесленный характер. Господство
товарно-денежных отношений при медленном проникновении капитализма в сельское хозяйство, отсутствии благоприятных
условий для широкого экспорта хлеба (но вино вывозилось в больших количествах) консервировало мелкое крестьянское
хозяйство. Ни дворянство, ни буржуазия еще не были заинтересованы в создании крупного хозяйства. Французские сеньоры
давно уже забросили собственную запашку и раздали землю крестьянам в держание за денежную ренту.

Развитие товарно-денежных отношений и господство денежной ренты привели к важному последствию. Требование сеньором
уплаты денег в определенные сроки, необходимость денежных займов для расширения и улучшения производства (распашка
нови, осушка болот, покупка инвентаря), несомненно имевших место при общем хозяйственном подъеме в XVI в., и особенно
увеличение бремени государственных налогов влекли за собой рост крестьянской задолженности. В деревню просачивался
ростовщический капитал, и росло влияние буржуазии, а также (хотя и в меньшей мере) разбогатевшей верхушки крестьянства.

Большое значение во франции в XVI веке имела сухопутная торговля. Лион с его ярмарками,
поощряемыми французскими королями, превратился в один из центров европейской торговли и в важнейший международный
денежный рынок. Здесь заключались важные финансовые сделки, реализовывались внешние и внутренние государственные
займы, заключаемые европейскими государствами, которые вели в XVI в. почти непрерывные войны и нуждались в кредите…

Генрих IV — король Франции в период 1589 — 1610 г.г. — сумел подобрать себе умных и энергичных министров, таких, как
Сюлли, Лафемма. Сюлли поставил задачу восстановить экономику Франции, в частности сельское
хозяйство. Он считал земледелие основным источником благосостояния страны. «Земледелие — это истинные рудники и
перуанские сокровища Франции». По его настоянию правительство частично снизило налоги с крестьян, освободило от
уплаты недоимок, накопившихся за время гражданских войн, запретило продавать скот и орудия труда крестьян за долги,
что облегчило положение французского крестьянства и способствовало подъему сельского хозяйства.

Правительство Генриха IV в начале XVII века упорядочило сбор налогов, взяв под контроль
деятельность сборщиков, ограничив их возможности наживаться за счет разницы между суммой откупов, предоставленной
государству, и налогами, собираемыми с населения. Сюлли провел ряд других мер: было организовано осушение болот,
поощрялось распространение новых сельскохозяйственных культур, таких, как кукуруза, свекла и т. п. Правительство
поощряло развитие шелководства; во многих местах были посажены тутовые деревья для получения шелка-сырца.

Экономическая политика Генриха IV была направлена также на поддержку промышленности и
торговли. Учитывая рекомендации некоторых экономистов, вышедших из рядов буржуазии (Лафемма), правительство Генриха IV
проводило протекционистскую политику и покровительствовало развитию промышленности. Были созданы крупные
государственные мануфактуры и поощрялись частные предприятия, которым раздавались привилегии и субсидии. Мануфактуры
были рассчитаны на изготовление предметов роскоши — шелковых и бархатных тканей, гобеленов, сафьяна, позолоченной кожи
для обоев, стеклянных и ювелирных изделий, дорогих кружев, мебели, украшений…

В XVI в. во Франции получают распространение гуманистические идеи. Отчасти этому содействовало
соприкосновение Франции с гуманистической культурой Италии во время походов в эту страну. Но решающее значение имел тот
факт, что весь ход социально-экономического развития Франции создавал благоприятные условия для самостоятельного
развития подобных идей и культурных течений, которые приобретали на французской почве самобытный колорит.

Завершение объединения страны, укрепление ее экономического единства, нашедшие свое выражение в развитии внутреннего
рынка и постепенном превращении Парижа в крупнейший экономический центр, сопровождались в XVI — XVII вв.
постепенным формированием национальной французской культуры. Процесс этот шел и углублялся, хотя был очень
сложным, противоречивым, замедленным вследствие потрясавших и разорявших страну гражданских войн.

Большие сдвиги произошли в развитии национального французского языка. Правда, в окраинных
областях и провинциях Северной Франции еще существовало большое число местных диалектов: нормандский, пикардийский,
шампанский и др. Сохранялись еще и диалекты провансальского языка, но все большее значение и распространение
приобретал северофранцузский литературный язык: на нем издавались законы, велось судопроизводство, писали свои
произведения поэты, писатели, хронисты. Развитие внутреннего рынка, рост книгопечатания, централизаторская
политика абсолютизма способствовали постепенному вытеснению местных диалектов, хотя в XVI в. процесс этот был
еще далек от завершения.

Однако Возрождение носило во Франции довольно заметный аристократическо-дворянский отпечаток.
Как и повсюду, оно было связано с возрождением античной науки — философии, литературы — и сказалось прежде всего
в области филологии. Крупным филологом был Бюде, своего рода французский Рейхлин, изучивший греческий язык настолько
хорошо, что говорил и писал на нем, подражая стилю древних. Бюде был не только филологом, но и математиком, юристом
и историком…

В мае 1648 г. правительство Франции объявило новые условия полетты. Пытаясь заручиться
поддержкой парламента, оно продлило для него полетту на прежних основаниях, зато для других
суверенных судов Парижа – Большого совета, Счетной палаты и Палаты косвенных сборов – условия
были ужесточены. Однако расколоть судейскую корпорацию властям не удалось. 13 мая 1648 года
Парижский парламент издал «акт единства», предложив другим суверенным судам прислать свои
делегации для совместного заседания в палате св. Людовика во Дворце правосудия, чтобы обсудить
общее положение дел в государстве.

Так началась Фронда — широкое анти-правительственное движение во Франции 1648–1653 г.г..
С одной стороны, оно представляло собой последнюю попытку аристократии, в том числе
судейской, вооруженным путем вернуть себе доминирующее положение в государстве, все
более утрачиваемое по мере укрепления абсолютной монархии. Преследуя исключительно эгоистические
цели, лидеры крупных аристократических кланов с необыкновенной легкостью меняли свою политическую
позицию и в зависимости от политической конъюнктуры поочередно поддерживали то правительство,
то Фронду.

Однако была у Фронды и другая сторона. В отличие от предшествующих
аристократических мятежей XVII в., в движение оказались вовлечены широкие слои общества.
Значительная часть населения, уставшего от тягот Тридцатилетней войны, приняла за чистую монету
демагогические лозунги аристократической оппозиции и поддержала ее, надеясь добиться ослабления
налогового гнета. Таким образом, при взгляде «снизу» Фронда видится как широкое анти-фискальное
восстание, ставшее прямым продолжением налоговых бунтов 30-40-х годов XVII в.

Внутренняя политика Франции во второй половине XVII века склонялась к укреплению вертикали
центральной власти, серьезно ослабленной за годы смуты. Не решаясь немедленно восстановить институт
интендантов, в период Фронды ликвидированный на большей части территории Франции, первый министр
делал это постепенно, направляя в провинции королевских комиссаров сначала с разовыми поручениями, потом
– на определенный отрезок времени и, уж когда население свыклось с присутствием на местах
представителей правительства, – постоянно. Потребовало времени и «приручение» парламентов, попытавшихся
было вновь занять независимую от короны позицию. Мазарини использовал политику кнута и
пряника: наиболее влиятельные члены суверенных судов просто подкупались, по отношению же к
упорствующим монархия порою прибегала к демонстрации силы.

Так, 20 апреля 1655 г., когда парламент возобновил обсуждение законов, ранее зарегистрированных на
королевском заседании, разгневанный Людовик XIV со своими приближенными ворвался в зал и грубо
отчитал судейских, нарушив в демонстративно оскорбительной форме традиционную процедуру общения короля
с парламентом. Именно тогда в своей жалобе обиженные оффисье и приписали этому монарху фразу,
ставшую позднее крылатой, но, в действительности, совершенно несовместимую с правовыми реалиями
Старого порядка: «Государство – это я».

Пришлось французскому правительству во второй половине XVII века столкнуться и с
оппозицией власти в среде провинциального дворянства. Если во время Фронды его представители собирались
в Париже, требуя созыва Генеральных штатов, то с упрочением королевской власти, подобные собрания
продолжались уже на местах, приняв конспиративный характер. Особенно широкий размах движение приобрело
в Анжу и Нормандии. После того, как король под страхом наказания запретил все несанкционированные
сборища, оппозиционеры в начале 1659 г. взялись за оружие. Однако желающих принять участие в
восстании оказалось немного, и к концу лета оно было подавлено…

Сразу после заключения Рисвикского мира великие державы начали сложные дипломатические
маневры в ожидании скорой кончины тяжело больного и бездетного испанского короля Карла II.
Наследников по мужской линии он не имел, но поскольку законы Испании допускали наследование
короны и по женской линии, наибольшие права на трон имели внук Людовика XIV герцог Филипп
Анжуйский и австрийский эрцгерцог Карл. Чтобы избежать новой войны и мирным путем урегулировать
проблему испанского наследства, Людовик XIV предложил другим державам заранее договориться о его
разделе.

В марте 1700 г. Франция подписала такое соглашение с Англией и Голландией. Однако Карл II, не
желая, чтобы Испанское королевство подверглось после его смерти разделу, завещал корону Филиппу Анжуйскому
и 1 ноября скончался.

После нескольких дней напряженного обсуждения сложившейся ситуации со своими министрами Людовик XIV
заявил о том, что его внук принимает наследство и становится испанским королем Филиппом V,
сохраняя права и на французскую корону. Ведущие державы Европы начали готовиться к войне.
Уже в 1701 г. имперская армия под командованием одного из лучших полководцев того времени
принца Евгения Савойского вторглась без объявления войны в Северную Италию. Началась
война за испанское наследство (1701- 1714 г.г.)…

Несмотря на временные трудности в неурожайные годы, в целом XVIII в. был для Франции временем
устойчивого и довольно быстрого экономического роста. Однако из-за несовершенства налоговой системы, перегруженной
привилегиями, французская монархия представляла собою «бедное государство в богатой стране». Особенно неравномерным
было распределение прямых налогов. Наиболее богатые слои общества – дворянство и духовенство – персональную талью в
силу традиционных привилегий вообще не платили, реальную талью платили лишь с приобретенных ими ротюрных
(непривилегированных) земель и даже от нового налога, капитации, в большинстве своем (а духовенство целиком)
откупились.

В мае 1749 г. правительство Франции отменило десятину – прямой налог, временно введенный для покрытия военных
расходов. Взамен вводился новый постоянный налог – двадцатина. Поступления с него должны были идти в специальную
кассу погашения государственного долга. В преамбуле особо подчеркивалось, что налог носит всесословный характер:
«ничто не может быть более правильным и справедливым, чем распределение налога между всеми французами в зависимости
от их возможностей и размеров доходов». Причем, основная тяжесть двадцатины ложилась на имущие слои населения, так
как обложению подлежал лишь «чистый доход» – от земельной собственности, от торговли и промышленности, от движимого
имущества, от должностей, но не плата наемных работников. Эдикт предусматривал подачу всеми налогоплательщиками
декларации о доходах в течение 15 дней с установленного срока. Для проверки деклараций назначались контролеры, имевшие
право штрафовать уклоняющихся от уплаты…

После смерти Людовика XV трон унаследовал его внук Людовик XVI. Двадцатилетний юноша, очень
набожный и искренне желавший стать для своих подданных отцом-благодетелем, был, однако, слабоволен и слишком подвержен
влиянию окружения, особенно жены Марии-Антуанетты. К тому же он совсем не имел политического опыта, поскольку дед не
посвящал его в государственные дела. Французы, уставшие от долгого царствования Людовика XV, с симпатией отнеслись к
молодому королю, на которого, как нередко бывает при смене власти, они возлагали большие надежды. Введенный в
заблуждение видимостью всеобщего согласия и стремясь отмежеваться от непопулярной политики предшественника, Людовик
XVI восстановил парламенты и другие суверенные суды.

В последнюю четверть XVIII в. Франция вступила, будучи одной из самых богатых и многолюдных
европейских стран. По численности населения (27 млн в 1775 г.) она лишь относительно немного уступала России (30 млн),
находилась в более или менее равном положении с Австрией и значительно превосходила Испанию (чуть более 10 млн),
Англию (около 10 млн) и Пруссию (6 млн).

Продолжавшийся во Франции на протяжении всего столетия демографический подъем в значительной степени был обусловлен
устойчивым экономическим ростом с 20-х по 80-е годы XVIII в. Особенно быстро развивались
сектора экономики, связанные с колониальной торговлей. По ее общему объему, выросшему за этот период в 4 раза, Франция
вышла на второе место в мире после Англии. Причем, разрыв между двумя странами в данной сфере постепенно сокращался,
поскольку французская внешняя торговля росла более высокими темпами.

Сотни французских судов курсировали в «атлантическом треугольнике»: из Франции они везли в Африку ром и ткани, там
наполняли трюмы чернокожими рабами для плантаций Вест-Индии, откуда возвращались в метрополию груженые сахаром-сырцом,
кофе, индиго и хлопком. Колониальное сырье перерабатывалось на многочисленных предприятиях, окружавших морские порты,
после чего готовые продукты частично потреблялись в самой стране, частично продавались за рубеж…

Генеральные штаты собрались в Версале 5 мая 1789 г. Всего было избрано 1165 депутатов:
половина – от третьего сословия, по 1/4 от духовенства и дворянства. Из числа представителей третьего сословия 50 %
составляли оффисье, 26 % близкие к ним по своему статусу и интересам лица свободных профессий, в основном адвокаты.
Среди депутатов от духовенства самой многочисленной категорией были приходские кюре, хорошо знавшие нужды рядовых
прихожан и, как показало развитие событий, достаточно восприимчивые к оппозиционным настроениям. И, наконец, где-то
около трети представителей дворянства составляла либерально настроенная знать, в той или иной степени принадлежавшая
к просвещенной элите.

Вместе с тем, король не препятствовал и действиям той части своего окружения, которая хотела силой положить конец
революции. В начале июля к Парижу было стянуто до 30 тыс. войск. 11 июля Людовик XVI под нажимом королевы и своих
братьев уволил Неккера. Это был неудачный политический шаг, сделанный к тому же в совершенно неподходящий момент.
Отставка Неккера вызвала панику у держателей государственных бумаг (а таковыми были практически все, кто обладал более
или менее значительным достатком), поскольку именно в нем они видели человека, способного предотвратить банкротство
государства. Их возмущение нашло отклик у парижских «низов», крайне раздраженных непомерной дороговизной: накануне
нового урожая цены на хлеб в те дни достигли самых высоких значений за все столетие. Поползли слухи о том, что
правительство хочет уморить народ голодом.

Париж заволновался, начиналась Французская революция, продлившаяся без малого 10 лет. По всему
городу стихийно собирались толпы, перед которыми уличные ораторы произносили подстрекательские речи. К волнениям
присоединились и стоявшие в городе солдаты французской гвардии. 13 июля 1789 года выборщики (те, кто избирал депутатов
в Генеральные штаты) от Парижа создали в Ратуше комитет, который начал формировать национальную гвардию из
состоятельных граждан. 14 июля 1789 г. Толпа захватила склады оружия, после чего направилась к Бастилии. Эта
крепость-тюрьма символизировала в общественном сознании репрессивную мощь государства. Реально же там находилось 7
узников и чуть больше сотни солдат гарнизона, в основном инвалидов.

Окружив Бастилию, повстанцы принялись беспорядочно обстреливать ее из ружей. После нескольких
часов осады комендант сдал крепость при условии сохранения жизни ему и его солдатам. Однако после капитуляции семеро
из них, включая самого коменданта, были растерзаны толпой…

Французская нация, уставшая от гражданских войн и политической нестабильности, сопровождавшей революцию, но не
желавшая реставрации Старого порядка, с готовностью подчинилась диктатуре победоносного вождя.

Ко времени прихода к власти Наполеон имел вполне сложившуюся систему взглядов. Он был противником революции как
политического процесса, сопровождавшегося борьбой внутри гражданского общества. Своей заслугой Наполеон считал
окончательное подавление «анархии» во Франции. Вместе с тем, он был наследником революции в смысле приверженности
многим ее принципам и учреждениям. Наполеон принадлежал к числу людей, обязанных своими успехами лишь себе, а потому
всемерно поддерживал утвержденный революцией принцип гражданского равенства, отмену системы привилегий сословного
общества Старого порядка.

Бонапарт не желал реставрации традиционной династии Бурбонов. Он был приверженцем принципа народного суверенитета,
толкуя его своеобразно: народ сам не может управлять, но вождь, олицетворяющий нацию, должен действовать в интересах
большинства.

Война стала частью политического режима бонапартизма. Необходимость оперативного управления в
условиях чрезвычайной ситуации, которой является война, вела к постоянному ослаблению представительных учреждений. Они
утратили контроль за бюджетом, оказались оттеснены от решения задач, стоявших перед страной. Война сделала
политическую деятельность бесполезной и упрочила торжество эффективной администрации.

Потребностями успешного ведения войны объяснялись ограничения общественных и индивидуальных свобод, нараставший
деспотизм правления. Война содействовала сплочению нации. В глазах большинства французов она продолжала традицию
революционных войн против феодальной и абсолютистской Европы.

Военные успехи и завоевания льстили национальному тщеславию, подтверждали мнение о выдающейся миссии французов,
завоевавших свои права и желавших освободить другие народы от ига их собственных «коронованных тиранов».
Действительно, в странах, на которые распространилась власть Наполеона, проводились общественные и политические
реформы, глубина и последовательность которых зависела от конкретных обстоятельств.

Успешные войны имели результатом приток во Францию колоссальных финансовых средств, что позволяло в течение долгого
времени избегать роста налогообложения. Военная и политическая гегемония в Европе обеспечивала преимущественные
условия для французской торговли…

Людовик XVIII ко времени восшествия на престол своих предков был пожилым и больным человеком, согласным на политические
и социальные компромиссы во имя гражданского мира. Такая позиция находила поддержку не только в либеральных кругах
Франции, но и среди лидеров держав-победительниц, заинтересованных в политической стабильности страны, от которой в
течение 20 лет исходили угрозы безопасности европейским монархиям.

Государственно-правовой формой указанного компромисса стала конституционная Хартия 1814 г. Людовик
XVIII отверг как излишне радикальный проект Конституции, представленный ему от имени наполеоновского Сената. Авторы проекта,
исходя из признания принципа народного суверенитета, полагали, что король призывался свободной нацией занять престол, а
потому он должен был присягнуть на верность Конституции, одобренной «французами». Король предпочёл октроировать
(пожаловать) основной закон для своих подданных. Тем самым, он отказался признать революционный принцип народного
суверенитета, однако, сам факт принятия писаной Конституции свидетельствовал о необратимых переменах, которые произошли
во Франции.

Внутренняя двойственность Хартии, объяснявшаяся поиском компромисса между сторонниками Старого порядка и новой
Франции, делала неизбежным различное толкование конституционного закона противоборствовавшими политическими
силами. В 1814–1816 гг. политическая инициатива оказалась в руках бывших эмигрантов, признанным лидером которых являлся
брат короля – граф д’Артуа. К этому принцу, а также герцогине Ангулемской, дочери казненного Людовика XVI, в полной мере
относится характеристика, данная Талейраном Бурбонам: «Они ничего не забыли и ничему не научились».

Крайней степени непримиримости агитация ультрароялистов достигла после их повторного возвращения из эмиграции, вызванной
эпопеей «100 дней» Наполеона. Начались массовые расправы над участниками революции и бонапартистами. Чрезвычайные
трибуналы вынесли более 10 тыс. обвинительных приговоров за политическую деятельность. В департаментах, в особенности
на юге Франции, происходили массовые погромы и убийства противников Бурбонов и протестантов. Католицизм становился
идеологией реставрации старого порядка. В страну вернулись члены ордена иезуитов. Велась тщательная «чистка» администрации,
кадрового состава армии и преподавательского корпуса от инакомыслящих…

В период правления Луи-Филиппа Франция оставалась конституционной монархией. 14 августа 1830 г.
была опубликована обновленная Хартия. Сохранялась преемственность государственных учреждений Реставрации, однако,
предусматривались дополнительные гарантии индивидуальных и общественных свобод.

Луи-Филипп принес торжественную присягу верности Хартии. Этот символический акт означал, что правление отныне
осуществлялось не в силу династического права, освященного божественной санкцией, а на основе принципа народного
верховенства. Указанный принцип, правда, не был четко сформулирован в Хартии 1830 г., авторы ограничились расплывчатыми
определениями об «общем и настоятельном интересе французского народа».

К началу 40-х годов XIX в. политическая система Июльской монархии стабилизировалась. В парламенте
абсолютно преобладали сторонники «партии сопротивления». Среди них, однако, сложилось две фракции, во главе с
выдающимися историками и политическими деятелями А. Тьером и Ф. Гизо. Являясь сторонниками конституционной монархии
Англии, они стремились перенести во Францию соответственно вигскую и торийскую модели государства.

Политические противники, однако, были вынуждены объединиться, когда Луи-Филипп попытался поставить под сомнение сам
принцип парламентского министерства. В 1836 г. король назначил главой кабинета лично преданного ему графа Моле.
С целью свержения «министерства двора» была создана широкая парламентская коалиция. Многолетний политический кризис
заставил все же Луи-Филиппа отказаться от претензий на «личное правление» и вернуться к практике назначения кабинета,
пользовавшегося доверием большинства в палате депутатов.

Впрочем, парламентаризм периода Июльской монархии оставался незрелым. В 1840–1848 гг. фактический
глава кабинета Ф. Гизо в согласии с Луи-Филиппом создавал послушное большинство в парламенте путем прямого или
косвенного подкупа депутатов. В результате избирательной реформы 1831 г. из-за высокого имущественного ценза лишь
57 тыс. граждан 35-миллионной Франции получили право баллотироваться в палату депутатов. Узким был и круг
избирателей: один француз из 170 обладал правом избирать депутатов. Из числа последних немногие реально
занимались политической деятельностью.

Среди либеральных экономистов Июльской монархии господствовали теории (например, Ж.Б. Сэя),
оправдывавшие временную социальную деградацию части населения во имя технического прогресса и создания индустриального
общества.

Оказавшиеся на грани выживания, рабочие отвечали акциями социального протеста. Значительный размах получило восстание
лионских ткачей в 1831 г. Рабочие-надомники требовали повышения заработной платы сначала мирным путем – посредством
создания согласительных комиссий, в которых их представители встречались с предпринимателями. Срыв достигнутых
договоренностей рядом мануфактуристов привел к массовой демонстрации работников 21 ноября 1831 г…

Первые десять недель после победы Февральской революции Временное правительство во франции
выполняло функции главы государства, органа исполнительной и законодательной власти. Главной задачей правительства
считалась подготовка выборов в Учредительное собрание, которому предстояло окончательно утвердить республиканскую
форму правления и сформировать законные органы власти.

Выборы были назначены на 9 апреля 1848 г., участвовать в них могли граждане Франции с 21 года, вне зависимости от
материального состояния и дохода, проживавшие в избирательном округе в течение 6 месяцев. Благодаря отмене
имущественного ценза число избирателей увеличилось с 240 тыс. до 9 млн. Оплата труда депутатов (25 франков за день)
во время парламентских сессий предоставляла возможность политической деятельности даже обездоленным гражданам.
Демократический характер выборов обеспечивался свободой печати, собраний и ассоциаций. В течение нескольких дней после
победы февральского восстания в Париже стали выходить 274 газеты. В марте в столице действовало 250 политических
клубов, позднее их численность достигла 450. Политизация населения происходила и в провинции, в особенности в
крупных городах Франции.

Выборы в Учредительное собрание 1848 г. принесли победу умеренным республиканцам. Среди 880
депутатов их представителей было около 500. Все члены Временного правительства были избраны от департамента Сена, в
состав которого входил Париж.

Провинция, как обычно, последовала политическому выбору столицы, отдав голоса проправительственным кандидатам. 300
мест в Учредительном собрании заняли более консервативно настроенные кандидаты. Это были «нотабли» – выходцы из семей
землевладельцев, предпринимателей, юристов, врачей и др., пользовавшихся авторитетом среди традиционных слоев
населения, в особенности среди крестьянства.

Выборы президента Франции состоялись 10 декабря 1848 г. Наряду с кандидатами от разных фракций
республиканцев – Л. Кавеньяком, А. Ламартином, А. Ледрю-Ролленом – в них принял участие принц Луи-Наполеон
Бонапарт, на дополнительных выборах в сентябре 1848 г. ставший депутатом Учредительного собрания. Лично
неизвестный подавляющему большинству населения, лишь незадолго до выборов приехавший во Францию из Лондона, этот
кандидат в президенты одержал сенсационную победу…

Правительство Наполеона III воспользовалось оживлением мировой конъюнктуры, вызванном
открытием золотоносных рудников в Австралии и Калифорнии. В период Империи во Франции сложилась сеть современных
банков, осуществлявших инвестиции в производственную сферу и сельское хозяйство. Среди них объемами инвестиций
выделялись Общество движимого кредита (основано в 1852), Общество поземельного кредита (1852), Национальная учетная
контора (1854), Лионский кредит (1863), Марсельское общество промышленного кредита и сбережений (1864), Общество
развития торговли и промышленности во Франции (1864).

Правительство сняло ограничения на деятельность акционерного капитала, что привело к расцвету биржевых операций.
Франция стала вторым после Англии центром финансовых операций в мире. Значительная часть финансовых ресурсов
инвестировалась в железнодорожное строительство, вследствие чего сеть железных дорог Франции выросла с 3,5 до 18 тыс.
км за время Империи. Париж был связан железнодорожным сообщением со всеми крупными городами Франции.

Государственную поддержку получили пароходные кампании. Пароходное сообщение было установлено со странами Востока,
Африки, Южной Америки. Французские порты были расширены и модернизированы. Французская акционерная кампания Суэцкого
канала, возглавляемая Ф. Лессепсом и пользовавшаяся поддержкой императорской семьи, в 1869 г. открыла сообщения между
Средиземным морем и Персидским заливом. За годы Империи качественно улучшилась организация связи и средств сообщения,
в значительной степени благодаря прокладке телеграфных линий.

Будучи сторонником авторитаризма в области государственного управления, Наполеон III
придерживался либеральных экономических воззрений. В 1860 г. он заключил договор с правительством Англии, согласно
которому резко снижались таможенные пошлины во взаимной торговле этих государств. Правительство стимулировало
предпринимателей бороться за конкурентоспособность своих товаров на мировых рынках. В 1855 и 1867 гг. в Париже
проходили Всемирные выставки, которые содействовали росту деловой активности и демонстрировали успехи французской
экономики.

Темпы экономического роста во Франции в 50-60-е годы XIX века составляли 5–7% в год, и это
был самый высокий показатель в XIX в. Ускоренными темпами развивалось машиностроение, новые технологии обеспечили
устойчивый рост в текстильной, горной, металлургической и химической отраслях промышленности. В указанный период
вдвое вырос объем промышленной продукции и внутренней торговли, втрое – внешней торговли…

«Седанская катастрофа» и блокирование в Меце второй французской армии под командованием
маршала Базена позволили германскому командованию направить основные силы против Парижа. Министр иностранных дел
правительства национальной обороны Ж. Фавр на встрече с министром-президентом Пруссии О. фон Бисмарком предложил
перемирие. Однако, Бисмарк потребовал от французского правительства значительных территориальных уступок в Эльзасе и
Лотарингии. Подобное соглашение в условиях патриотического подъема, охватившего население Франции, в особенности
сильного в Париже, могло быть расценено как измена.

Правительство национальной обороны приняло решение продолжать войну. 19 сентября германские войска начали осаду
Парижа. Столица еще в 40-е годы XIX в. была укреплена рвом, валом и целым рядом фортов. 65-тысячная группировка
французских войск была значительно усилена 300 тыс. национальных гвардейцев – жителей Парижа. Двухмиллионное население
столицы мужественно переживало тяготы блокады. Осажденные периодически проводили вылазки в надежде обеспечить подвоз
продовольствия в столицу и соединиться с другими французскими воинскими частями.

Перед началом осады Парижа в Туре была сформирована «правительственная делегация», в задачу которой входила
организация национальной обороны всей территории Франции, формирование новых армий. В начале октября 1870 г.
«делегацию» возглавил военный министр Л. Гамбетта, выбравшийся из осажденного Парижа на воздушном шаре.

Известный прежде как талантливый адвокат и политический оратор Л. Гамбетта сумел организовать
всеобщую мобилизацию и в короткие сроки организовал 4 армии общей численностью 600 тыс. человек. Однако, попытки
прорваться к столице и снять блокаду успехом не увенчались. Германские войска разбили плохо обученных ополченцев.
Крайне ухудшила военное положение Франции капитуляция 27 октября 1870 г. осажденной в Меце армии под командованием
маршала Базена. В январе 1871 г. все французские армии, кроме парижской группировки, были разгромлены.

Положение окруженной столицы стало безнадежным. Несмотря на введение карточной системы распределения, закончились
запасы продовольствия и топлива. С 5 января германская тяжелая артиллерия систематически обстреливала кварталы Парижа.
После неудачи очередной попытки прорыва блокады, предпринятой 19 января 1871 г., правительство национальной обороны
приняло решение о капитуляции…

Индустриальное развитие Франции в конце XIX века, демографические процессы, вызванные
урбанизацией, ставили перед обществом проблемы, которые не находили разрешения в политике умеренных республиканцев. В
70-е годы XIX в. рабочее движение, деморализованное разгромом Парижской коммуны, имело подчеркнуто аполитический
характер. На I Конгрессе рабочих организаций в 1876 г. ставились задачи профсоюзной деятельности и организации
производственных кооперативов. Однако, в последующие годы настроения в рабочей среде стали меняться под воздействием
политической борьбы за республиканскую форму правления и пропаганды социалистических идей, которая стала возможна
благодаря отмене цензуры.

На конгрессе 1879 г. победу одержали приверженцы марксизма, сплотившиеся вокруг газеты «Эгалите», которую
редактировали Ж. Гед и П. Лафарг. Свою задачу они видели в организации массовой политической партии для ведения
классовой борьбы пролетариата с целью завоевания власти и установления коллективной собственности на средства
производства. Приверженцы этого направления в социалистическом движении Франции получили название коллективистов.
На состоявшемся в Гавре в 1880 г. конгрессе была создана Рабочая партия. Вводную теоретическую часть ее программы
написали К. Маркс и Ф. Энгельс.

Присущая политической системе Франции XIX века многопартийность в полной мере проявилась в
социалистическом движении этой страны. Вернувшиеся из мест заключения и из изгнания по амнистии бланкисты в 1881 г.
восстановили свою организацию – «Центральный революционный комитет». Солидаризируясь с марксистами по вопросу о
конечных целях социальных преобразований, они отдавали предпочтение тактике тайных обществ, которые готовили заговоры
с целью захвата власти. «Независимыми социалистами» называли себя близкие левым радикалам интеллектуалы – писатели,
журналисты, политики, убежденные в необходимости проведения глубоких социальных преобразований. Они пропагандировали
идеи социальной справедливости и в качестве депутатов Национального собрания настаивали на разработке и принятии
«рабочих законов».

Политический кризис во франции конца 80-х годов XIX в. поставил под угрозу режим
парламентской республики. Источником кризиса стал рост националистических настроений в стране. Национальное
самосознание французов было оскорблено военным поражением 1870 г., отторжения Германией стратегически и экономически
важных территорий. Победившая в войне сторона получила 5 млрд. франков контрибуции и переживала промышленный бум,
тогда как темпы экономического развития Франции существенно замедлились. Германское правительство предприняло усилия
с целью оставить Францию в международной изоляции и угрожало новыми актами агрессии…

К началу XX столетия Франция по-прежнему оставалась одной из наиболее мощных по экономическому
потенциалу держав мира. Интенсивно проходила модернизация французской индустрии, в том числе формирование новых
отраслей — алюминиевой, химической, цветных металлов. По объему продукции тяжелой индустрии Франция занимала тогда
второе место в мире, по производству автомобилей — первое. Чрезвычайно бурно в эти годы развивалось металлургическое
производство. Началось все более широкое производственное использование электрической энергии. Франция оставалась
лидером Европы по использованию водной энергии. Возросли грузопассажирские перевозки на железнодорожном транспорте,
увеличилась общая длина железных дорог в стране. Их протяженность в начале века составила уже более 50 тыс. км
(Фракция занимала четвертое место в мире после США, России и Германии). Французский торговый флот насчитывал почти
полторы тысячи судов общим тоннажем 2 млн. тонн (пятое место в мире). Всемирная выставка в Париже в 1900 г.
продемонстрировала высокий уровень французской научно-технической мысли.

Несмотря на общий рост промышленного производства, в начале XX в. в сельском хозяйстве во Франции
было занято более 40 % населения. Аграрный сектор переживал затяжной кризис, начавшийся еще в 80-е годы XIX столетия.
Парцеллярный характер крестьянского землевладения препятствовал формированию экономически эффективных, рентабельных
хозяйств. В 1908 г. 38 % крестьянских семей владели земельными наделами менее 1 га. Мелкие хозяйства не давали
возможность крестьянам сосредоточить инвестиционные средства, достаточные для технической модернизации производства.
Стоимость продукции оказывалась слишком высокой (например, французская пшеница стоила в 20 раз дороже, чем американская).
Низкая рентабельность сельскохозяйственного производства стала причиной сокращения площадей виноградников и посевов
зерновых культур. Рост животноводства, производства фруктов и овощей не мог компенсировать общие потери аграрного сектора.

Непосредственным следствием наращивания экспорта капитала стало и возобновление французской колониальной экспансии. Ее
основными сферами были Африка и Индокитай. В 80—90-е гг. XIX в. в Северной Африке к Алжиру были присоединены пограничные
с Марокко земли, а также установлен протекторат над Тунисом. Окончательно сложились контуры Французской Западной
Африки, включившей Сенегал, Французскую Гвинею, Мавританию, Дагомею, Слоновый берег, Верхнюю Вольту, впоследствии —
Нигер. В 1895 г. совершилась аннексия Мадагаскара. Договор 1889 г. разделил сферы влияния Франции и Великобритании в
Северо-восточной Африке. Уже в конце 80-х гг. на основе французских колоний в Юго-Восточной Азии — Тонкина, Аннама и
Кохинхины — окончательно сложился Индокитайский союз, в состав которого в 1893 г. вошла и Камбоджа. Сохранила
Франция и свои островные владения в Индийском океане.

К 1913 г. французская колониальная империя охватывала уже 10,6 млн. кв. км. с населением
53,4 млн. человек. Однако французские колонии играли значительно меньшую роль в развитии экономики метрополии по
сравнению с ролью колониальных владений в Великобритании. К 1913 г. на колонии приходилось лишь 13 % французского
товарного экспорта и менее 10 % импорта. Причина такого положения заключалась в особенностях структуры внешней
торговли и капиталовложений Франции — колонии не являлись сферой экспорта предметов роскоши и централизованных
ссудных финансовых операций…

К моменту первых решительных операций в ходе Первой мировой войны в противоборствующих лагерях
были мобилизованы армии огромной численности: Антантой — 6179 тыс. человек, германской коалицией — 3568 тыс. человек.
Артиллерия Антанты насчитывала 12134 легких и 1013 тяжелых орудий, германская коалиция имела 11232 легких и 2244
тяжелых орудия (не считая крепостной артиллерии). В ходе войны противники продолжали увеличивать свои вооруженные
силы.

На западноевропейском театре военных действий германские войска (семь армий и четыре
кавалерийских корпуса) занимали фронт около 400 км от голландской границы до швейцарской. Номинальным
главнокомандующим германскими армиями был император Вильгельм II, фактическое руководство ими осуществлял начальник
генерального штаба генерал Мольтке-младший.

Французские армии стояли между швейцарской границей и рекой Самброй на фронте около 370 км. Французское командование
образовало пять армий, несколько групп резервных дивизий; стратегическая конница была объединена в два корпуса и
несколько отдельных дивизий. Главнокомандующим французскими армиями был назначен генерал Жоффр. Бельгийская армия под
командованием короля Альберта развернулась на реках Жет и Диль. Английский экспедиционный корпус в составе четырех
пехотных и полутора кавалерийских дивизий под командованием генерала Френча к 20 августа сосредоточился в районе
Мобежа.

Пройдя Бельгию, германские войска в соответствии с планом Шлиффена вторглись своим правым крылом в северные
департаменты Франции и начали стремительное продвижение в сторону Парижа. Однако французские войска,
отступая, оказывали упорное сопротивление и подготовляли контрманевр. Намечавшаяся по германскому плану максимальная
концентрация сил на этом ударном участке фронта оказалась невозможной. Семь дивизий были взяты для осады и охраны
Антверпена, Живе и Мобежа, а 26 августа, в разгар наступления, пришлось перебросить на восточноевропейский театр
военных действий два корпуса и одну кавалерийскую дивизию, так как верховное русское командование, даже не закончив
сосредоточения своих сил, предприняло по настоятельному требованию французского правительства наступательные
операции в Восточной Пруссии….

Окончание войны вызвало существенную перестройку политической системы Франции. Палата
депутатов, избранная в 1914 г., должна была быть переизбрана в соответствии с положениями Конституции весной 1918 г.
Однако ее полномочия были продлены до ноября 1919 г., и в течение этого времени парламент провел радикальную
реформу избирательной системы. Основной целью реформ было обеспечение большей гибкости
избирательного права, максимальный учет настроений и предпочтений избирателей. В результате была введена сложная
смешанная пропорционально-мажоритарная система.

В преддверии парламентских выборов 1919 г. во Франции произошла существенная перестройка всего
партийно-политического спектра. Чрезвычайную активность проявляли левые. СФИО к этому времени превратилась в
крупнейшую партию, насчитывавшую 180 тыс. членов. Более тесными стали контакты социалистов с профсоюзами, в том числе
с ВКТ, в рядах которой было более 2,4,млн. человек. В 1918—1919 гг. Франция была охвачена широким забастовочным
движением, участники которого все чаще выдвигали по¬литические требования.

Главной проблемой, с которой предстояло справиться правительственным кабинетам «Национального блока», был
послевоенный экономический кризис. Пик его пришелся на 1921 г., когда падение производства
составило 55 % по сравнению с уровнем 1913 г. (в сельском хозяйстве — до 77 %). Цены на продовольствие и товары
широкого потребления возросли в 5—7 раз, тогда как номинальная заработная плата — лишь в 2—2,5 раза. Страна была
охвачена мощным забастовочным движением, активно поддержанным СФИО и ФКП. Партия радикалов в свою очередь ратовала
за осуществление широкой государственной программы экономических преобразований, в том числе ввода прогрессивного
налогообложения, национализации важнейших предприятий, транспорта, предоставления широкого кредита крестьянам. Однако
правительства «Национального блока» (в период его правления сменилось четыре кабинета — А.
Мильерана, Ж. Лейга, А. Бриана и Р. Пуанкаре) избрали иную стратегию антикризисной политики.

Опасаясь подорвать рентабельность восстанавливающейся промышленности, правительство «Национального блока»
крайне неохотно шли на удовлетворение социальных требований трудящихся. Лишь под сильнейшим давлением левых партий
и забастовочного движения был введен 8-часовой рабочий день в фабрично-заводской промышленности, уравнены права
на производстве мужчин и женщин, легализована практика коллективных трудовых договоров. Однако «ахиллесовой пятой»
правительственных программ оставалась финансовая проблема. Только в 1919 г. дефицит бюджета составил 27 млрд. франков…

В 1929 г. капиталистический мир вступил в период самого глубокого экономического кризиса за всю свою историю. Однако
Франция, в отличие от США, Великобритании, Германии, втягивалась в кризис постепенно, фактически лишь с 1930 г. Пик же
падения производства (на 44 %) пришелся только на 1932г.. Причинами такой необычной динамики было использование
немецких репарационных выплат для стимулирования производства, сохранение большого количества рабочих мест в
северо-восточных департаментах, восстанавливаемых после мировой войны, повышение экспорта после девальвации франка и,
наконец, развертывание широкой программы милитаризации экономики. Эта мера была вызвана сугубо политическим причинами —
провалом попыток форсировать европейский интеграционный процесс и создать на его основе систему коллективной безопасности
в Европе. В итоге именно накануне мирового экономического кризиса Франция начало осуществление крупной
инвестиционной программы по созданию оборонительной линии на границе с Германией, увеличению и перевооружению
армии. Этот проект на несколько лет обеспечил устойчивое положение французской металлургической,
машиностроительной, военной промышленности.

Медленное вхождение французской экономики в полосу кризиса продолжалось несколько лет. Существенное снижение
производства в 1932 г. сменилось недолгим оживлением экономической конъюнктуры в последующие полтора года.
С 1934 г. французская экономика окончательно оказалась с состоянии устойчивой депрессии.
Структурный кризис был осложнен рядом дополнительных факторов — зависимостью французской индустрии от импорта сырья,
устаревшей энергетической базой экономики, сильным влиянием финансово-банковских кругов, не заинтересованными в
производственных инвестициях, устойчивым отставанием в темпах развития и низким уровнем механизации французского
сельского хозяйства. Образовался перекос в отраслевой структуре в результате экономического рывка конца 1920-х гг. —
преобладание тяжелой индустрии, нуждавшейся в мощной инвестиционной базе, и отставание производства средств
потребления, опиравшегося на более гибкий, естественный рынок.

«Бегство капиталов», спровоцированное в середине 30-х гг. перипетиями внутриполитической борьбы сократило золотой
запас страны до 36,8 млрд. франков. Недостаток инвестиций практически остановил модернизацию производства. В конце
1930-х гг. средний возраст оборудования на французских предприятиях составлял 25 лет, тогда как в Германии — 3—4 года,
в США — 5—7 лет, в Великобритании — 7—8 лет. Франция стремительно теряла свои позиции на мировом рынке — за десять лет
ее доля в мировой торговле сократилась с 7,7 % до 5 %. Причем по суммарным показателям объем французской внешней
торговли в конце 30-х гг. оказался на 20—30 % меньше, чем в 1912 г…

Следуя союзническим обязательствам перед Польшей, Франция объявила 3 сентября 1939 г. о вступлении в войну
против Германии. Однако правительство Даладье было не способно организовать отпор агрессору. Бездействие
своей армии и союзных английских частей в эти месяцы французские журналисты назвали «странной войной». Одновременно,
не имея прочной опоры внутри страны, Даладье приступил к ликвидации конституционных свобод и вводу чрезвычайного
положения. Была запрещена коммунистическая пропаганда, началось судебное преследование противников правительственного
курса. В марте 1940 г. было распущено 620 профсоюзных организаций левой ориентации из ВКТ, лишены своих мандатов 2778
коммунистов, являвшихся депутатами парламента, генеральных и муниципальных советов. И все же Даладье не удалось
удержаться у власти. Его фигура не устраивала те политические круги, которые склонялись к примирению с Германией.

Смена правительства произошла в апреле 1940 г. Новый кабинет возглавил Поль Рейно, а основную роль в нем играли маршал
Ф. Петен, генерал М. Вейган, адмирал Ж. Дарлан, П. Лаваль, К. Шотан. Это не остановило нападение Германии 10 мая
1940 г., но предопределило быстрый военный крах режима Третьей республики. Имеющая силы
защищаться, но руководимая безвольными политиками, Франция стала новой жертвой нацизма.

10 мая группа армий «A» Германии начала своё движение через Арденны и к 12 мая дошла до Мааса, в то время как основные
силы союзников в эти два дня двигались в Бельгию, тем самым попав в капкан. В авангарде шла танковая группа (5
бронетанковых и 3 моторизованных дивизий) Эвальда фон Клейста. Севернее двигался танковый корпус Германа Гота,
состоящий из двух бронетанковых дивизий. 13-14 мая немецкие войска, пройдя южную часть Бельгии, вышли на франко-бельгийскую границу.

13 мая танковый корпус Райнхардта, находившийся в составе танковой группы фон Клейста и наступавший севернее танкового
корпуса Гудериана, форсировал реку Маас близ Монтерме. Таким образом, уже 14 мая семь танковых дивизий переправились
через Маас. У Динана, Монтерме и Седана ещё пять моторизованных дивизий находились на подходе. Кроме того, ещё две
танковые дивизии, снятые с фронта 6-й армии, должны были через несколько дней прибыть в зону действий 4-й армии.
Момент внезапности удалось полностью использовать, все трудности местности и технического осуществления операции были
успешно преодолены немецкой армией.

На стокилометровом фронте между Седаном и Намюром располагались почти исключительно французские резервные дивизии
первой и второй очереди. Они были не в состоянии отразить натиск немецких войск. Противотанкового оружия эти дивизии
почти не имели. Против ударов с воздуха они были беспомощны. Уже 15 мая 9-я (генерал Андре Жорж Корап) французская
армия, находившаяся между Седаном и Намюром, была полностью разбита и откатилась на запад. Соединения 2-й (генерал
Шарль Юнцер) французской армии, которые находились южнее Седана, контратаками пытались остановить прорыв немецких
войск. Когда 15 мая французское верховное командование осознало всю глубину опасности, нависшей в результате прорыва
немецкими войсками обороны на Маасе не только над местными силами, но и над армиями, действовавшими в Бельгии, оно
сделало все возможное, чтобы предотвратить надвигающуюся катастрофу…

Формирование органов власти в освобожденной Франции находилось под контролем двух крупнейших
организаций Сопротивления – деголлевского французского комитета национального освобождения (ФКНО) и Национального
совета сопротивления. Уже 2 июня 1944 г. ФКНО объявил себя Временным правительством. Под его эгидой в Алжире начала
действовать Консультативная ассамблея, Объединившая представителей большинства групп Сопротивления. На территории
самой Франции по мере завершения военных действий власть переходила к департаментским комитетам национального
освобождения. Поддерживаемые отрядами ФНС (Французских внутренних сил) они ликвидировали фашистскую администрацию,
создавали народные трибуналы и милицию.

После освобождения Парижа де Голль начал консолидировать государственную власть. В соответствии с
ордонансом Временного правительства от 21 августа 1944 г. назначенные в департаменты префекты
приступили к восстановлению генеральных и муниципальных советов. В крупных городах представителями Временного
правительства стали «комиссары республики». 28 августа де Голль издал приказ о ликвидации ФНС. 15 сентября были
распущены народные трибуналы, 28 октября – милиция. В октябре 1944 г. в Авиньоне были созваны Генеральные штаты –
съезд комитетов национального освобождения. Его делегаты признали верховную власть Временного правительства при
условии вхождения в его состав представителей групп «внутреннего Сопротивления», включая коммунистов.

Восстановление хозяйственного комплекса Франции стало одним из важнейших направлений
деятельности Временного правительства. Основу восстановительных мероприятий составила широкомасштабная национализация
предприятий угольной, газовой, авиационной, автомобильной отраслей. Всего в 1945–1947 гг. в государственную
собственность перешло 20 % французской промышленности. Под контроль государства также перешли пять крупнейших
банков (включая центральное эмиссионное учреждение – Французский банк), сберегательные кассы, часть страховых
компаний. Национализация проводилась преимущественно на компенсационной основе, за исключением собственников,
обвиненных в коллаборационизме. На национализированных предприятиях создались административные советы с участием
работников, централизованно решались вопросы увеличения заработной платы, заключения трудовых договоров, обеспечения
жильем. Государственное инвестирование позволило резко увеличить долю промышленности в общей сумме производственных
капиталовложений. В 1946–1950 гг. этот показатель вырос с 27 % до 50 %.

Структурные преобразования в экономике требовали стабилизации финансовой системы Франции.
По предложению министра финансов Р. Плевена, был выпущен крупный внутренний заем и аккумулированы в бюджете
накопившиеся в годы войны финансовые средства корпораций. Несмотря на политические разногласия во Временном
правительстве, уже к весне 1947 г. стабилизационная программа принесла заметные результаты. Был достигнут довоенный
уровень промышленного производства (в сельском хозяйстве – в 1950 г.). В 1949 г. был превышен довоенный уровень ВВП,
отменена карточная система потребления. Тем не менее, находившаяся у власти левоцентристская коалиция не отказалась
от активных методов государственного регулирования…

Придя к власти после долгих лет «принципиальной оппозиции», де Голль не повторил своих прошлых ошибок. Он опирался на
массовую, хорошо организованную партию – в 1958 г. все сторонники голлистов объединились в Союз за Новую Республику
(ЮНР). Личный авторитет подкреплялся емкой идеологической концепцией.

Обновленный голлизм представлял собой целостную политическую философию, чрезвычайно специфическую и, одновременно,
соответствующую национальным политическим традициям Франции. В единой доктрине сочетались дарственный практицизм и
радикальный идеологический пафос, принципы этатизма и идеи народного суверенитета, консерватизм и социальный
реформизм. Де Голль попытался предложить «третий путь», преодолевающий крайности коммунистической тоталитарной модели
и англосаксонского варианта либеральной демократии. Ключевой идеей голлизма, объединяющей все
векторы политики – от государственного строительства до экономического регулирования, стало «национальное величие»
Франции.

1 июня 1958 г. Национальное собрание предоставило де Голлю пост главы правительства. Оппозицию голлизму составили
коммунисты, ЮДСР под руководством Ф. Миттерана, левые радикалы, часть социалистов во главе с К. Пино и А. Газье. 3
июня парламент принял конституционный закон, согласно которому правительству на шесть месяцев предоставлялась вся
полнота власти, за исключением законодательной деятельности в области публичных прав и свобод. Правительство
наделялось полномочиями по пересмотру Конституции Франции. Но закон от 3 июня определял пять конституционных
принципов, не подлежащих пересмотру: всеобщее избирательное право как единственный источник власти, разделение
законодательной и исполнительной властей, ответственность правительства перед парламентом, независимость судебной
власти, формирование новых отношений между Францией и зависимыми от нее народами. С роспуском парламента
режим Четвертой республики перестал существовать.

Проект конституции Пятой республики разрабатывался рабочей группой под руководством Мишеля
Дебре с участием консультативной комиссии, составленной из представителей обеих палат парламента и правительства. 28
сентября 1958 г. он был вынесен на референдум и одобрен 79,2 % голосовавших (при очень высоком уровне участия – 83,8 %
зарегистрированных избирателей). Конституция Франции 1958 г. сформировала смешанный
президентско-парламентский режим.

С точки зрения социального содержания Конституция Франции 1958 г. сохраняла значительную
преемственность с предыдущей. В ее состав без изменений вошли «Декларация прав человека и гражданина» и Преамбула
Конституции 1946 г. Тем самым новая конституция подтвердила гарантии широкого круга экономических, политических,
социальных и культурных прав граждан. Франция по-прежнему конституировалась как «неделимая, светская, демократическая
и социальная республика». На смену Французскому Союзу учреждалось Французское Сообщество, включающее суверенные
государства. Но в составе «территориальных коллективов» самой Франции выделялись категории заморских департаментов
и заморских территорий. Эти образования, сформированные на основе бывших колоний, получили широкую автономию в
области внутренней политики и административного устройства при сохранении за метрополией полномочий в области обороны
и внешней политики…

Уход де Голля выявил глубокие разногласия в руководстве голлистского движения. Старшее поколение партии, старые
соратники генерала по движению Сопротивления были расколоты на три группировки. За «наследство де Голля» боролись
лидер «доктринеров» Мишель Дебре и Жак Шабан-Дельмас, представляющий сторонников сохранения деголлевского
политического курса. Левые голлисты во главе с Рене Капитаном и Луи Баллоном держались в партии особняком.

Противоборством этих группировок воспользовался Жорж Помпиду. Несмотря на многолетнее тесное сотрудничество с де
Голлем, он не принадлежал к старшему поколению. Накануне референдума 1969 г. Помпиду открыто заявил о несогласии с
политикой президента и о своей готовности возглавить партию. Этот «мятеж» вызвал негодование многих голлистов, но на
предстоящих выборах его кандидатура оказалась наиболее эффективна для ЮДСР. Помпиду выдвинул программу
«преемственности и диалога», подразумевая необходимость сохранения конституционного строя Пятой республики и
существенных корректив экономической и социальной политики.

Став президентом Франции, Помпиду был вынужден сохранить тактический союз с влиятельными
голлистскими группировками. Премьер-министром стал Ж. Шабан-Дельмас. Дебре занял пост министра обороны. Но в состав
правительства были введены и представители «независимых республиканцев» В. Жискар д’Эстен.

Ж. Помпиду внес существенные коррективы во внешнеполитический курс Франции. Безусловным приоритетом
для него стало участие страны в западноевропейском интеграционном процессе. В отличие от де Голля Помпиду не стремился
использовать этот процесс для усиления международных позиций Франции. Европейское строительство постепенно превращалось
в фактор внутренней политики стран «шестерки», мощное средство трансформации социально-экономической и политико-правовой
системы общества. Именно Помпиду выступил в 1969 г. с инициативой «завершения, углубления и расширения» интеграционного
процесса. В развитие этих идей в 1973 г. главами государств ЕЭС был принят программный документ «Об облике Европы»,
намечающий дальнейшие этапы политической и экономической интеграции. К 1980 г. планировалось создание Европейского союза,
основанного на конфедеративном принципе. Помпиду отказался от деголлевской политики по блокированию вступления Великобритании в ЕЭС…

Прямые президентские выборы 1981 г. во Франции совпали по времени с масштабной перестройкой
идеологического пространства и политического истеблишмента во всех ведущих странах Запада. Экономический кризис
вызвал «неконсервативную революцию» в массовом сознании и смену основных ориентиров государственной политики.
Радикальная перестройка французской партийной системы, проходившая во второй половине
1970-х гг., привела к иным результатам.

Первый тур президентских выборов, состоявшийся 26 апреля 1981 г., выявил перевес кандидатов
от «Правой Франции». Жискар д’Эстен получил 28 % голосов, Ширак – 18 %, Дебре – 1,6 %, Гаро – 1,3 %. За Миттерана
проголосовали 25,8 % избирателей, за Марше – 15,3 %. При этом значительная часть голлистского электората уже в первом
туре отдала свои голоса Жискар д’Эстену в порядке «полезного голосования», не веря в победу Ширака и стремясь укрепить
позиции наиболее сильного кандидата от правых партий.

Второй тур, состоявшийся 10 мая, принес победу Миттерану (51,7 % против 48,3 % у Жискар д’Эстена). Подобный результат
выглядел совершенно необычным на фоне успехов неоконсервативных сил в других странах Запада, но вполне логичным в
контексте развития политической ситуации во Франции в предыдущие годы.

Стремясь закрепить успех, Миттеран воспользовался правом роспуска парламента и проведения досрочных выборов.
Дезорганизованные правые партии не смогли организовать мощную избирательную кампанию. Важную роль сыграло проведение
новым правительством накануне выборов ряда популярных мер, в том числе повышения минимальной зарплаты, увеличения
пособий по безработице, семейных пособий и других социальных выплат. Выборы принесли левым партиям устойчивое
парламентское большинство. Фракцию ФСП составил 271 депутат, ФКП – 44, левых радикалов – 14. Им противостояли 83
депутата из ОПР и 71 из СФД. Правительство, в состав которого вошли представители всех трех левых партий, возглавил
Пьер Моруа. Миттеран получил всю полноту власти и возможность для осуществления «левого эксперимента» –
полномасштабной реализации своей программы…

На рубеже 80–90-х гг. французская дипломатия столкнулась с рядом новых проблем. Развал
социалистического содружества и кризисные процессы вызвали неоднозначную реакцию в Париже. Поддерживая процессы
демократизации, Миттеран принципиально выступал против любых проявлений сепаратизма и национализма. Именно поэтому
французская дипломатия упорно поддерживала горбачевское руководство в СССР и «не замечала» растущее влияние
российского президента Б. Ельцина. В 1992 г. Ельцин совершил официальный визит во Францию. В ходе переговоров обе
стороны подтвердили стремление развивать «отношения согласия, основанные на доверии, солидарности и сотрудничестве».
Но настороженность Парижа по отношению к новому российскому режиму сохранилась. Это было продемонстрировано в период
политического кризиса в Москве в 1993 г.

Схожую позицию официальный Париж занял и в период дезинтеграции Югославии. Французская дипломатия сохраняла достаточно
позитивное отношение к Сербии даже после начала вооруженных конфликтов на территории бывшего союзного государства. Во
время войны в Боснии Миттеран решительно настаивал на действии миротворческих сил строго в рамках их мандата и
недопущении втягивания их в военные действия. Невзирая на опасность, Миттеран даже лично посетил осажденный Сараево.

Распад СССР и Югославии заставил существенно скорректировать внешнеполитическую стратегию Франции.
Требовали осмысления и другие тенденции развития системы международных отношений. Продолжалось быстрое падение
значимости в мировой политике ядерного фактора – важного аргумента французской дипломатии последних десятилетий.
Все более неопределенными становились отношения в системе «Север – Юг». Франция пыталась сохранить свое влияние
в африканском регионе, направляя сюда более 60 % всей помощи, оказываемой развивающимся странам, и не отказываясь
от военного присутствия. В Чаде Париж активно поддержал смещение X. Хабре в 1990 г. и по просьбе нового президента
Идрисса Деби даже увеличил численность своего миротворческого контингента. Но эти усилия уже не имели прежнего
эффекта с точки зрения глобальной политики. Африка притягивала все меньший интерес мирового сообщества.

Миттерану пришлось определять место Франции в новой системе международных отношений, характеризующейся быстрым ростом
влияния США и НАТО, нарастанием угрозы локальных конфликтов. Уже война в Персидском заливе наглядно продемонстрировала
выросшую степень зависимости внешней политики европейских держав от действия Вашингтона. Франция была вынуждена
участвовать во всех действиях антииракского альянса, хотя традиционно была связана с Ираком прочными экономическими
и военно-политическими отношениями. Уже в ходе кампании Франции пришлось отказаться под жестким давлением со стороны
американского правительства от своего плана участия в военных действиях, ограниченного лишь освобождением территории Кувейта.

В последующие годы Миттеран попытался занять более независимую позицию. В отношениях с США началось заметное охлаждение…

В последние месяцы перед президентскими выборами весной 2002 года общественное мнение Франции
было в растущей степени обеспокоено проблемами «внутренней безопасности» и борьбы с преступностью. Хотя реальная
статистика демонстрировала, что существенного роста преступности в стране не происходит, пресса и многие общественные
деятели требовали принятия более решительных мер в этой области. Еще в январе 1999 г. правительство приняло программу
действий по борьбе с молодежной преступностью, в которой предлагались не только социальные меры (создание рабочих и
учебных мест для молодежи), но и усиление преследования и наказания виновных. В 2001 году был одобрен закон О
повседневной безопасности. Реакция в обществе на вопросы «безопасности» зачастую принимала неадекватный характер. Этим
воспользовались правые партии — их кандидат Ширак в борьбе за переизбрание строил на этом свою избирательную кампанию.
Подогревание страстей вынудило представителей левых (Шевенмана, а затем и Жоспена) доказывать, что и они озабочены
данной проблемой. Такой поворот в избирательной кампании в сочетании с растущим недовольством неэффективностью
политики правительства Жоспена привел к неожиданным результатам президентских выборов 2002 г.

Первый тур выборов 21 апреля 2002 года стал настоящим политическим шоком. Кандидат социалистов Жоспен потерпел
сокрушительное поражение: набрав всего 16,2% голосов, он оказался на третьем месте, после чего объявил о своей
отставке с поста лидера социалистической партии. Во второй тур выборов вышли кандидат ОПР, действующий президент Жак
Ширак (19,9% голосов) и лидер ультраправого НФ Жан-Мари Ле-Пен (16,9%). Катастрофическое поражение потерпели другие
кандидаты от правящей левой коалиции: лидер «Республиканского полюса» Шевенман (5,3%), представитель «зеленых» Ноэль
Мамер (5,2%) и особенно кандидат коммунистической партии Робер Ю (3,4%). Напротив, три троцкистских кандидата (Арлетт
Лагийе от «Рабочей борьбы», Оливье Безансено от «Революционной коммунистической лиги» и Даниэль Глюкштейн от Партии
трудящихся) собрали в общей сложности рекордное число голосов – 10,4%. Почти 30% избирателей (преимущественно
разочарованных сторонников левых) вообще не пришли к избирательным урнам.

В первую очередь правительство Раффарена приняло меры в области «внутренней безопасности». Законы, принятые в
2002–2004 г.г. по инициативе министра внутренних дел Николя Саркози и министра юстиции Пербена предусматривают
увеличение числа полицейских на 15 тыс., усиление наказаний и штрафов за мелкие преступления, нарушение «общественного
порядка» и несанкционированные протесты, расширение полномочий полиции и прокуратуры, восстановление детских тюрем и
т.д. Результатом стал значительный рост количества заключенных во Франции: с 56 тыс. в августе 2002 г. до 63 тыс. в
мае 2004 (при наличии всего 49 тыс. мест в тюрьмах).

Первыми объектами для приватизации правое правительство назвало государственную газовую и электрическую компанию
«ГДФ-ЭДФ», авиакомпанию «Эр Франс» и телекоммуникационную фирму «Франс телеком». В начале 2003 года последовало
заявление о намерении, в соответствии с установками ЕС, допустить частный капитал в сферу железнодорожных перевозок
и почтовой связи…