Астафьев текст про глухаря егэ

В клетке зоопарка токовал глухарь. Днем. Прилюдно. Клетка величиной в два-три письменных стола являла собой и тюрьму, и «тайгу» одновременно. В углу ее было устроено что-то вроде засидки в раскоренье.

Сочинение

В.П. Астафьев – один из писателей, который ощущает личную причастность ко всему происходящему в нашем мире. Его, как и многих других, волнуют проблемы взаимосвязи всего живого на земле, и сегодня, в год экологии, поднимаемая автором проблема является как никогда актуальной. Каковы отношения человека и природы? Этим вопросом задается в своем тексте В.П. Астафьев.

Автор рассуждает о том, что зоопарк – это самое страшное, что мог придумать человек по отношению к природе. Это продукт человеческой лени и жажды потреблять, жажды наживы: всего два гривенника – и можешь ощущать себя королем над стремительно угасающими живыми существами. Виктор Петрович иллюстрирует: в маленьких, похожих на тюрьмы клетках ютятся и пытаются выживать животные, в глазах которых все еще застыл образ обетованной, а люди кидают им в клетки семечки, орехи, «будто уличному певцу в уплату». Писатель наводит нас на мысль о том, что мучение животных, их истребление, оскудение земель – все это лежит на совести человека, использующего природы в своих личных целях.

Мысль, которую доносит до нас В.П. Астафьев, звучит призывом ко всем людям: берегите природу, перестаньте бездумно тратить её ресурсы, цените то, что у нас есть, и наблюдайте за всем со стороны, не вырывая животных из собственной среды – иначе вы уничтожите самих себя.

И я, конечно, не могу не согласиться с мыслью автора. Я тоже считаю, что с каждым годом человек все больше ощущает себя царем всего мира, королем всего живого – и потому без сожаления и задней мысли расходует все природные ресурсы, портит мир вокруг себя, вырубает леса и уничтожает популяции животных. А, на самом деле, все это ничто иное как самоуничтожение, ведь человек зависим от природы, он – её неотъемлемая часть, и вместо того, чтобы быть с природой одним целым, мы рубим сук, на котором сидим.

К счастью, природа не всегда дает себя в обиду, и на факты вопиющей наглости она отвечает местью и преподаёт людям урок. В повести В.П. Астафьева «Царь-рыба» человек изображен наглым и бесчестным потребителем, а природа – справедливым судьей. Игнатьич, главный герой, вместе со своим товарищем занимался браконьерством и в деле своем никогда не знал меры. Однажды природа наказала его за такое отношение: поймав огромного осетра, герой угодил вместе с рыбой в воду и чуть не утонул. Только в тот момент, когда жизнь Игнатьича была подвергнута опасности, он начал раскаиваться во всех своих грехах. Таким образом человек был проучен за свое потребительское отношение к природе. Астафьев на примере своих героев призывает всех людей быть ответственными по отношению к окружающему миру и охранять природу от губительного воздействия цивилизации.

Повесть В.Г. Распутина «Прощание с Матерой» повествует о том, насколько разрушительной может быть для природы деятельность человека. Острову Матера угрожает затопление, потому что он становится жертвой строительства ГЭС. Писатель описывает жизнь на острове как своеобразный символ тесной связи людей с родной землей, современный же человек – убийца, заставляющая все жителей сжигать кладбища бросать родные дома и переселять на чужие, неплодородные земли. Через своих героев В.Г. Распутин доносит до читателя мысль о том, что в наше время человек не живет, а «пристраивается», окончательно теряя естественную связь с землей. Это, как мне кажется, и становится причиной такой хладнокровности и постепенной гибели всего живого на Земле, а, значит, постепенной гибели самого человека.

Человек привык не ценить то, что дается ему без особого труда, и природа не стала исключением. Получив в руки ценные ресурсы, он начинает пользоваться ими так, как ему захочется, бездумно растрачивая все, что имеет, забывая при этом, что без этих самых ресурсов невозможна жизнь его самого. Каждому из нас стоит начать менять свое отношение к окружающему мир, попутно меняя отношение ближнего своего, иначе погибнет все живое на земле, и человек станет первой жертвой.

В клетке зоопарка токовал глухарь. Днем. Прилюдно. Клетка величиной в два-три письменных стола являла собой и тюрьму, и «тайгу» одновременно. В углу ее было устроено что-то вроде засидки в раскоренье. Над засидкой торчал сучок сосны с пересохшей, неживой хвоей, на клетке разбросана или натыкана трава, несколько кочек изображено и меж ними тоже «лес» — вершинка сосны, веточка вереска, иссохшие былки кустиков, взятые здесь же, в зоопарке, после весенней стрижки.Глухарь в неволе иссох до петушиного роста и веса, перо в неволе у него не обновлялось, только выпадало, и в веером раскинутом хвосте не хватало перьев, светилась дыра, шея и загривок птицы были ровно бы в свалявшейся шерсти. И только брови налились красной яростью, горели воинственно, зоревой дугою охватив глаза, то и дело затягивающиеся непроницаемой, слепой пленкой таежной темнозори, забвением тоскующего самца.
Перепутав время и место, не обращая внимания на скопище любопытных людей, пленный глухарь исполнял назначенное ему природой — песню любви. Неволя не погасила в нем вешней страсти и не истребила стремления к продлению рода своего.
Он неторопливо, с достоинством бойца, мешковато топтался на тряпично-вялой траве меж кочек, задирал голову и, целясь клювом в небесную звезду, взывал к миру и небесам, требовал, чтоб его слышали и слушали. И начавши песню с редких, отчетлив ых щелчков, все набирающих силу и частоту, он входил в такое страстное упоение, в такую забывчивость, что глаза его снова и снова затягивало пленкой, он замирал на месте, и только чрево его раскаленное, горло ли, задохшееся от любовного призыва, еще продолжало перекатывать, крошить камешки на шебаршащие осколки.

В такие мгновения птичий великан глохнет и слепнет, и хитрый человек, зная это, подкрадывается к нему и убивает его. Убивает в момент весеннего пьянящего торжества, не давши закончить песню любви.Не видел, точнее, никого не хотел видеть и замечать этот пленник, он жил, продолжал жить и в неволе назначенной ему природой жизнью, и когда глаза его «слепли», уши «глохли», он памятью своей уносился на дальнее северное болото, в реденькие сосняки и, задирая голову, целился клювом, испачканным сосновою смолою, в ту звезду, что светила тысячи лет его пернатым братьям.

Глядя на невольника-глухаря, я подумал, что когда-то птицы-великаны жили и пели на свету, но люди загнали их в глушь и темень, сделали отшельниками, теперь вот и в клетку посадили. Оттесняет и оттесняет человек все живое в тайге газонефтепроводами, адскими факелами, электротрассами, нахрапистыми вертолетами, беспощадной, бездушной техникой дальше, глубже. Но велика у нас страна, никак до конца не добить природу, хотя и старается человек изо всех сил, да не может свалить под корень все живое и под корень же свести не лучшую ее частицу, стало быть, себя. Обзавелся вот «природой» на дому, приволок ее в город — на потеху и для прихоти своей. Зачем ему в тайгу, в холодную ночь, по колено, а где и по пояс в воде переть на ток. Он здесь получит удовольствие, за два гривенника насмотрится на зверей, наслушается реву, песен и стона.Обойдя огромный зоопарк, я возвращался в подавленном настроении — звери в неволе были болезненно вялы, полуоблезлы, в свалявшейся шерсти и проплешинах. Самые вольные и грозные звери выглядели совсем жалко. Волки смотрели сквозь решетки отстраненными глазами, в которых была такая бездонная тоска, что и не выразить ее человеческими словами. Если только завыть на весь белый свет…
Меня все что-то тянуло и тянуло к клетке глухаря. Он «оттоковал», сложил свой дырявый хвост, без интереса порылся в кормушке, наполненной хвоей, смесью семян, песком и какой-то скорлупой. Зрители и слушатели, большей частью дети, набросали на пол клетки токовика семечек и кедровых шишек да орешков, будто уличному певцу в уплату. Глухарь взял в клюв орешек, подержал его и выронил, не раскусив. Посмотрел на людей без осуждения, или сквозь них, в пустоту, и поковылял в угол, за искусственно сделанную из коряги засидку.
Там сидела и терпеливо ждала его капалуха. Резиновая. Глухарь замешкался возле нее, поглядел, подумал и ткнул клювищем — для порядка — по затылку. Капалуха покорно закивала жениху резиновой, красиво разрисованной головой, кисельно колыхнулась жидким телом. Певец замер на мгновение, ожидая ответного призывного клохтанья, думая: потоптать невесту или не надо? И угадывалось, явно угадывалось — он все еще видел дальним зрением и неугасшей памятью недосягаемую тайну, разгорающееся за лесистым болотом небо, шастающих меж сосен и кочек, осыпанных прошлогодней клюквой, любвеобильных, нарядных невест, раззадоривающих, подбивающих клохтаньем на драку яростных в страсти кавалеров. Клекнул токовник, огляделся, вспомнил, где он, по-стариковски устало опустился на подогнувшиеся лапы, поправил что-то в крыле и задремал, прижавшись теплым боком к телу никуда не улетающей, соперникам не внемлющей, свадебной строптивости не проявляющей подруги жизни.
Она не звала к бою.
Лесной краснобровый боец снисходительно, вроде бы даже нежно тронул глухарку, может, привычно почистил о резину клюв и, как положено благородным защитникам всех времен и лесов, похрустел, выдохнул скорбно и всепрощающе: «Что поделаешь? Надо и с этой бабой бедовать кому-то…»

В предложенном тексте Виктор Петрович Астафьев, русский писатель, классик
отечественной литературы, поднимает проблему насилия над природой в
современном мире. 

Автор показывает читателям на примере глухаря, запертого в неволе, что происходит
с животными, лишенными свободы. Птица иссохла, перья перестали обновляться, шея
и загривок были словно в свалявшейся шерсти, но внешней страсти он не потерял.
Глухарь смотрел на людей без интереса или же сквозь них, вероятно, вспоминая
время, которое он провел на воле. 

Далее автор пишет, что когда-то птицы-великаны жили и пели на свету, но потом
люди стали загонять их в клетки. “Оттесняет человек” все живое газонефтепроводами
и электротрассами, убивая своими действиями природу, а в зоопарках даже самые
вольные и грозные звери выглядят жалко. 

Оба примера, дополняя друг друга показывают, что насилие над природой
проявляется в деятельности человека, например, в создании зоопарков и разрушении
природной среды. 

По мнению автора, человек тащит природу в город на потеху и для прихоти своей.
После посещения зоопарка, автор возвращается в подавленном настроении и
вспоминает глаза животных “в которых была такая бездонная тоска, что и не выразить
ее человеческими словами”. 

Не могу не согласиться с позицией автора. Известный поэт Иосиф Бродский,
рассуждая на эту тему, говорил: “Сущность человека заключается в том, что он
стремится уничтожить все живое вокруг себя”. 

Таким образом, из всего вышесказанного можно сделать вывод: руководствуясь
собственными желаниями, человек разрушает природу и мучает животных. Являясь
частью одной системы люди должны хранить и уважать природу, а не уничтожать ее.

Сочинение ЕГЭ по тексту Астафьева В.П. «В клетке зоопарка тосковал глухарь…» Проблема вмешательства человека в мир природы

Сочинение ЕГЭ по тексту Астафьева В.П. «В клетке зоопарка тосковал глухарь…» Проблема вмешательства человека в мир природы

В тексте В.П.Астафьева затронута проблема вмешательства человека в мир природы. Автор описывает жизнь глухаря-самца в зоопарке. Птице в клетке очень тоскливо, выглядит она неважно. Живя в неволе, глухарь стал худым и лысым. Он не живет, он просто существует, и в этом виноваты люди. Ради своего удобства человек оттесняет мир животных, тем самым сокращая природные территории, где когда-то, по мнению автора, жили птицы-великаны. Человеку стало удобнее не ходить в лес, в холодную тайгу, а создать рядом с собой природный уголок. Для этого придумали зоопарки, где все могут любоваться животными. Только мало кто думает о том, как чувствуют себя невольники природы. На взгляд писателя, звери в зоопарке выглядят жалобно и тоскливо.
В глазах животных невыразимая тоска. Они все равно помнят о жизни в лесу. Заводя свою любовную песню глухарь, вспоминает о самке, о продлении своего рода. Многим людям, наверно, думается, что животные глупы и бесчувственны. Они не понимают разницы между свободной жизнью в природе и жизнью в тесных клетках. Бытует мнение, что, забирая животное в зоопарк, человек спасает ему жизнь. Ведь там его кормят и поят, обеспечивают крышу над головой. Но это жестокое заблуждение. Ведь ничто не заменит живому существу тех благ, которыми его одаривает природа. В неволе животные лишены всех радостей жизни, они служат людям для веселья и развлечения.

О бесчувственности людей рассказывается в повести М. Валеевой «Чужая». В зоопарке живет семейная пара волков. Каждую весну волчица приносит потомство. Люди каждый раз безжалостно забирают волчат. Волчица мечтает о том, чтобы ей оставили малышей, тоскует по ним и всю нерастраченную ласку отдает волку-самцу. Автор повести заостряет внимание на одном случае, когда щенки остались с волчицей, потому что люди забыли забрать их. Счастье матери волчицы было безмерно, она хотя бы одну ночь могла покормить и поласкать их. У Сергея Кучеренко есть цикл рассказов о животных. В них прослеживается важная мысль: в природе все создано для того, чтобы животные могли существовать в родной стихии. В рассказе «Важен ли косуле лес?» С. Кучеренко говорит о том, что в настоящее время сокращается численность косуль на Дальнем Востоке. Косули не переносят глубокого снега и вынуждены на зимовку кочевать в те места, где меньше снега и больше корма. Теперь косулям все сложнее и сложнее зимовать и численность их резко сокращается. Автор говорит о причинах сокращения численности: браконьерство, развитие сельского хозяйства и промышленности, прокладка магистралей. Деятельность человека вынуждает животных покидать родные места.
Задумываемся ли мы, как тяжело животным в неволе и как им выживать в таких условиях, какие создают им люди? Выбор за каждым человеком, кем бы он ни был. И выбор должен быть в пользу животного и растительного мира, который даёт жизнь самому человеку.
 

Здравствуйте, Любовь Михайловна. Буду очень признательна, если Вы проверите мое сочинение.

Текст

В клетке зоопарка токовал глухарь. Днем. Прилюдно. Клетка величиной в два-три письменных стола являла собой и тюрьму, и «тайгу» одновременно. В углу ее было устроено что-то вроде засидки в раскоренье. Над засидкой торчал сучок сосны с пересохшей, неживой хвоей, на клетке разбросана или натыкана трава, несколько кочек изображено и меж ними тоже «лес» — вершинка сосны, веточка вереска, иссохшие былки кустиков, взятые здесь же, в зоопарке, после весенней стрижки.

Глухарь в неволе иссох до петушиного роста и веса, перо в неволе у него не обновлялось, только выпадало, и в веером раскинутом хвосте не хватало перьев, светилась дыра, шея и загривок птицы были ровно бы в свалявшейся шерсти. И только брови налились красной яростью, горели воинственно, зоревой дугою охватив глаза, то и дело затягивающиеся непроницаемой, слепой пленкой таежной темнозори, забвением тоскующего самца.

Перепутав время и место, не обращая внимания на скопище любопытных людей, пленный глухарь исполнял назначенное ему природой — песню любви. Неволя не погасила в нем вешней страсти и не истребила стремления к продлению рода своего.

Он неторопливо, с достоинством бойца, мешковато топтался на тряпично-вялой траве меж кочек, задирал голову и, целясь клювом в небесную звезду, взывал к миру и небесам, требовал, чтоб его слышали и слушали. И начавши песню с редких, отчетливых щелчков, все набирающих силу и частоту, он входил в такое страстное упоение, в такую забывчивость, что глаза его снова и снова затягивало пленкой, он замирал на месте, и только чрево его раскаленное, горло ли, задохшееся от любовного призыва, еще продолжало перекатывать, крошить камешки на шебаршащие осколки.

В такие мгновения птичий великан глохнет и слепнет, и хитрый человек, зная это, подкрадывается к нему и убивает его. Убивает в момент весеннего пьянящего торжества, не давши закончить песню любви.

Не видел, точнее, никого не хотел видеть и замечать этот пленник, он жил, продолжал жить и в неволе назначенной ему природой жизнью, и когда глаза его «слепли», уши «глохли», он памятью своей уносился на дальнее северное болото, в реденькие сосняки и, задирая голову, целился клювом, испачканным сосновою смолою, в ту звезду, что светила тысячи лет его пернатым братьям.

Глядя на невольника-глухаря, я подумал, что когда-то птицы-великаны жили и пели на свету, но люди загнали их в глушь и темень, сделали отшельниками, теперь вот и в клетку посадили. Оттесняет и оттесняет человек все живое в тайге газонефтепроводами, адскими факелами, электротрассами, нахрапистыми вертолетами, беспощадной, бездушной техникой дальше, глубже. Но велика у нас страна, никак до конца не добить природу, хотя и старается человек изо всех сил, да не может свалить под корень все живое и под корень же свести не лучшую ее частицу, стало быть, себя. Обзавелся вот «природой» на дому, приволок ее в город — на потеху и для прихоти своей. Зачем ему в тайгу, в холодную ночь, по колено, а где и по пояс в воде переть на ток. Он здесь получит удовольствие, за два гривенника насмотрится на зверей, наслушается реву, песен и стона.

Обойдя огромный зоопарк, я возвращался в подавленном настроении — звери в неволе были болезненно вялы, полуоблезлы, в свалявшейся шерсти и проплешинах. Самые вольные и грозные звери выглядели совсем жалко. Волки смотрели сквозь решетки отстраненными глазами, в которых была такая бездонная тоска, что и не выразить ее человеческими словами. Если только завыть на весь белый свет…

Меня все что-то тянуло и тянуло к клетке глухаря. Он «оттоковал», сложил свой дырявый хвост, без интереса порылся в кормушке, наполненной хвоей, смесью семян, песком и какой-то скорлупой. Зрители и слушатели, большей частью дети, набросали на пол клетки токовика семечек и кедровых шишек да орешков, будто уличному певцу в уплату. (В. П. Астафьева)

Сочинение

Общество неразрывно связано с природой. Роль человека в природе очень велика. Но, к сожалению, люди часто забывают, что природа – их родной дом, который требует бережного отношения к себе. В своем тексте В. П. Астафьев поднимает проблему разрушения человеком окружающего природного мира.
Эта экологическая проблема является очень актуальной в наши дни, ведь большинство людей пользуются тем, что им нужно, не задумываясь, к каким последствиям это может привести. Чтобы привлечь внимание читателей к данной проблеме, автор рассказывает о глухаре, которого заперли в клетке в зоопарке, лишив свободы. «Глухарь в неволе иссох…, перо в неволе у него не обновлялось…», эти слова говорят о том, что птица не могла жить запертой в клетке, что ей нужна свобода, но люди поймали глухаря для потехи, для своего удовольствия. Человек не только ловит, но и убивает глухарей в самые важные для них мгновения – мгновения, когда эти «птичьи великаны» исполняют свою песню любви. В такие моменты глухари «глохнут и слепнут» и люди, зная об этом, подкрадываются к птице и беспощадно убивают ее.
Позиция автора данного текста довольно ясна. Философ считает, что человек все больше и больше оттесняет все живое промышленностью, трассами, различной техникой. Но природа все равно пытается противостоять всему этому, пробивается там, где, казалось бы, пробиться невозможно.
Я полностью согласна с писателем в том, что удовлетворение многих человеческих потребностей влечет за собой огромный ущерб окружающей среде. Люди опустошают недра земли, которые не успевают восстанавливаться, вырубают леса, оставляя лишь пни, истребляют редкие виды животных, загрязняют мировой океан. В доказательство всего вышесказанного приведу следующий литературный пример. Так, в повести «Не стреляйте белых лебедей» Б. Васильева Егор Полушкин и его сын Колька противопоставлены браконьерам, людям, бездушно уничтожающим природу. Егор Полушкин озабочен последствиями отдыха приезжающих туристов, а также тем, что из-за браконьеров озеро стало безжизненным. Автор повести призывает нас к ответственности в сохранении природы, ведь только от нас зависит ее состояние.
Еще одним примером может послужить стихотворение Д. Самойлова «Жить так: без жалоб и обид…» Поэт в своем произведении рассуждает о разрушительном воздействии человека на природу, об уничтожении живого на нашей планете. Стоит только вспомнить строки из стихотворения:
За что нас мир любить обязан?
Что дал ему наш жадный разум?
Мы отбираем, не чинясь,
Съедаем море, реки, лес,
Вонючий воздух выдыхаем,
Съедаем синеву небес…
Становится ясно, что Д. Самойлов осуждает людей, которые уничтожают дарованные нам чудеса природы.
Таким образом, все вышесказанное позволяет сделать вывод: человечество всегда будет зависеть от природы и ее состояния. Нам следует пересмотреть свое небрежное отношение к окружающему миру и перестать изо дня в день разрушать свой единственный дом под общим названием – природа.

Тексты Астафьева узнаваемы, он никогда не обходит стороной природу и любит рассуждать о предназначении человека в этом мире. Ноги писали в своих сочинениях о свободе, но это далеко не единственная проблема, которую можно выделить в тексте.

(1)В клетке зоопарка токовал глухарь. (2)Днем.(3) Прилюдно. (4)Клетка величиной в два-три письменных стола являла собой и тюрьму, и «тайгу» одновременно.
(5)Глухарь в неволе иссох до петушиного роста и веса, перо в неволе у него не обновлялось, только выпадало, и в веером раскинутом хвосте не хватало перьев, светилась дыра, шея и загривок птицы были словно в свалявшейся шерсти. (6)И только брови налились красной яростью, горели воинственно, зоревой дугою охватив глаза, то и дело затягивающиеся непроницаемой, слепой пленкой. (7)Перепутав время и место, не обращая внимания на скопище любопытных людей, пленный глухарь исполнял назначенное ему природой — песню любви. (8)Неволя не погасила в нем вешней страсти и не истребила стремления к продлению рода своего. (9)Он неторопливо, с достоинством бойца, мешковато топтался на тряпично-вялой траве меж кочек, задирал голову и, целясь клювом в небесную звезду, взывал к миру и небесам, требовал, чтоб его слышали и слушали. (10) И начавши песню с редких, отчетливых щелчков, все набирающих силу и частоту, он входил в такое страстное упоение, в такую забывчивость, что глаза его снова и снова затягивало пленкой, он замирал на месте, и горло его, раскаленное ещё, продолжало перекатывать, крошить камешки на осколки.
(11)В такие мгновения птичий великан глохнет и слепнет, и хитрый человек, зная это, подкрадывается к нему и убивает его. (12) Убивает в момент весеннего пьянящего торжества, не давши закончить песню любви.
(13)Глядя на невольника-глухаря, я подумал, что когда-то птицы-великаны жили и пели на свету, но люди загнали их в глушь и темень, сделали отшельниками, теперь вот и в клетку посадили. (14)Оттесняет и оттесняет человек все живое в тайге газонефтепроводами, электротрассами, нахрапистыми вертолетами, беспощадной, бездушной техникой дальше, глубже. (15)Но велика у нас страна, никак до конца не добить природу, хотя и старается человек изо всех сил, да не может свалить под корень все живое и под корень же свести не лучшую ее частицу, стало быть, себя. (16)Обзавелся вот «природой» на дому, приволок ее в город — на потеху и для прихоти своей. (17)Зачем ему в тайгу, в холодную ночь, по колено, а где и по пояс в воде переть на ток. (18)Он здесь получит удовольствие, за два гривенника насмотрится на зверей, наслушается рёву, песен и стона.
(19)Обойдя огромный зоопарк, я возвращался в подавленном настроении — звери в неволе были болезненно вялы, полуоблезлы, в свалявшейся шерсти и проплешинах. (20)Самые вольные и грозные звери выглядели совсем жалко. (21)Волки смотрели сквозь решетки отстраненными глазами, в которых была такая бездонная тоска, что и не выразить ее человеческими словами…
(22)А меня всё что-то тянуло и тянуло к клетке глухаря. (23)Он «оттоковал», сложил свой дырявый хвост, без интереса порылся в кормушке, наполненной хвоей, смесью семян, песком и какой-то скорлупой. (24)Зрители и слушатели, большей частью дети, набросали на пол клетки уличному певцу е и кедровых шишек да орешков, будто в уплату. (25) Глухарь взял в клюв орешек, подержал его и выронил, не раскусив. (26) Посмотрел на людей без осуждения или сквозь них, в пустоту, и поковылял в угол, за искусственно сделанную из коряги засидку…
(27)И угадывалось, явно угадывалось — он все еще видел дальним зрением и неугасшей памятью недосягаемую тайну, разгорающееся за лесистым болотом небо, нарядных невест, шатающих меж сосен и кочек, осыпанных прошлогодней клюквой. (28)Клёкнул токовник, огляделся, вспомнил, где он, по-стариковски устало опустился на подогнувшиеся лапы, поправил что-то в крыле и задремал…