Что сложнее егэ или экзамены в ссср

Тут попалось на глаза интервью с Александром Ивановым, профессором, доктором физматнаук. Тема интервью, которые берут товарищи левой направленности (в данном случае — Константин Сёмин) по поводу образования, неизменна: как оно, образование, разрушается враждебными силами, как низко мы пали по сравнению с образованием в СССР и сколько вреда приносит навязший в зубах ЕГЭ.

Прежде всего, мне до сих пор непонятен момент, почему очень многие люди, причисляющие себя к левым, так ненавидят этот пресловутый Единый экзамен. Почему именно он явился якобы корнем всех бед современного образования.

Вообще идея независимой оценки знаний школьника весьма здравая. Мало того, те же левые часто ужасаются, как это в школах внедряются разные образовательные программы, выбираются разные учебники. Ну вот ЕГЭ как-раз и делает замер единого для всех уровня знаний. Учись по какому хочешь учебнику, но спрашивать тебя всё-равно будут то, что ты, как гражданин России, должен знать. Это раз.

Потом, тема коррупции. Конечно, и при системе ЕГЭ некоторые особо ушлые ухитряются пробить себе место наверху нечестным путём. Вот в интервью есть рассказ про слив заданий по математике и химии накануне экзамена. Возможно, слив и был. Но надо признать, что абсолютное большинство школьников не пользовалось кем-то прорешёнными примерами из этого слива. Большинство школьников готовилось и сдавало экзамен самостоятельно, с тем багажом знаний, которые успели накопить.

Позволю себе привести пример из жизни. Я выпускался из школы в 1999 году. Ни о каком ЕГЭ речи ещё не было. Даже учебники были либо советские, либо новые, но изданные по старым программам. Учителя были в-основном с большим педагогическим стажем, заканчивали педвузы ещё до развала СССР, начали карьеру тогда же. Даже репетирство, такое модное сейчас, было в то время скорее редким случаем. Ну, отдельных детишек натаскивали к вузу, но в целом все учились сами. То есть я определённо могу судить, что было до ЕГЭ, в системе, которая по своей сути ещё была позднесоветская. Та система, которую нам обычно ставят в пример.

Так вот. На что упирают противники ЕГЭ, в том числе из левых. Первое. Система настолько несовершенна, настолько оторвана от реальности, что баллы, полученные на ЕГЭ, мало что значат в плане реальных знаний школьника.

Ну смотрите. У нас был выпускной экзамен по литературе. Совершенно никого не стесняясь, к нескольким девочкам прямо на экзамене, в присутствии других детей, подходили учительницы и, так скажем, помогали получить нужную им пятёрку. Почему? – Девочки “шли на золотые и серебряные медали” (помните, была такая категория – “идущие на медаль”, оформлялась она ещё классе в 9). Школа тащила этих девочек, потому что школе тоже нужно было чем-то хвалиться перед вышестоящими органами, показывать, что она регулярно выпускает медалистов. При всём уважении к погодкам, никто из них потом гениальным профессионалом не стал, золотая медаль являлась скорее показателем вложенного труда, как со стороны ученика, так и со стороны опекающих его учителей. Золотой медалист не означало действительно самый умный и даже самый образованный ученик. Умный, образованный, но не самый. Однако именно его имя красовалось на школьном иконостасе, он без экзаменов уходил в вуз.

Справедливости ради, тянули ещё одного мальчика, моего друга, очень смышлёного, но ленивого парня. Уровень его знаний совершенно точно не соответствовал врученной ему серебряной медали (хотя у него был потенциал получить медаль честно). Мой друг брал обаянием, общей внешкольной эрудицией, а то и просто наглостью и лестью.

Исходя из этого, можем ли мы сказать, что школы старой формации, до ЕГЭ, честно оценивали уровень своих выпускников? – Думаю, вряд ли. И это ладно у нас, в Подмосковье, мелкие шалости. А в национальных республиках? В местах, где клановость и кумовство давно является нормой? – Ответ понятен. При всём несовершенстве Единого экзамена, на уровне идеи он однозначно более объективен.

Второе: мол, сейчас школа не учит, а только натаскивает на выпускной экзамен. Из-за этого качество образования падает.

Позвольте, но и раньше школа не обязана была учить. Сейчас я в первую очередь говорю о уже постсоветской России, с её проблемами, прежде всего с наличием нищеты в учительской среде, их моральным падением. Тем не менее, безо всякого ЕГЭ одна учительница вкладывала в нас душу, старалась действительно выучить. Другая гадала сканворды во время урока. Одна орала на меня при всех, натурально унижая, используя слова, которые ни при каких обстоятельствах не должны были быть использованы в школе. Другая, видя, что я стараюсь и у меня есть желание выучиться, закрывала глаза на мелкие огрехи и ставила пятёрки.

В школе учительница по информатике сказала мне, что мне с моим недалёким умом (опять унижение перед всем классом) не стоит даже подходить к компьютерам. Во взрослой жизни я работаю программистом уже 9-й год, мне платят хорошую зарплату, меня порой пытаются перекупить. В школе я выдавливал из себя сочинения на заданную тему по 3-4 часа. Жутко мучился, стыдился того, что я написал. Получал свои заслуженные трояки или трудовые, натянутые из последних сил четвёрки. Сейчас я могу сесть и быстро написать сочинение свободного характера на любую тему, у меня этот навык уже стал переходить в автоматические. Конечно, не шедевры, но люди читают и даже иногда понимают, что я хочу донести.

Таким образом, та система, к которой нас часто призывают вернуться – “давайте вернём советскую школу!” – совершенно так же не гарантирует получение настоящих, твёрдых знаний, как и современная система, в которой весь процесс обучения завершает Единый экзамен.

Мои коллеги много писали про настоящую коммунистическую систему образования, по Макаренко, Крупской. Всех интересующихся могу отослать к статьям Сергея Плетнёва. Позднесоветская система совершенно точно не была передовой, лучшей по всем параметрами. Поэтому ностальгирующие по прежним временам профессионалы, мечтая о её возврате, неосознанно предлагают сменить шило на мыло.

Почему неосознанно? В интервью есть интересный момент. Константин, хотя сам и явно симпатизирующий идее возвращения к советской школе (посмотрите его фильм “Последний звонок”), тем не менее, профессионально дожал своего собеседника, который постоянно намекал на какие-то “силы”, которые стоят за “массовым отуплением школьника”. В итоге дедушке пришлось выдавить: олигархи! олигархи заинтересованы, чтобы школьник стал тупой.

Что это, как не банальное конспироложство? Конечно же, правящему классу буржуазии не выгодно, когда массовый школьник, будучи воспитанным, допустим, в коммуне макаренковского типа, вдруг осознает себя, свой классовый интерес, и начнёт задавать олигархам разные неудобные вопросы. Поэтому, собственно, никакого массового воспитания макаренковского типа нет и не предвидится.

Но в рамках тех имеющихся производственных ресурсов, которыми владеют олигархи, им то как-раз нужны относительно неплохо образованные люди! Заслуженный деятель, забывая об основном, ударяется в конспиративные дебри. Основное в системе образования – это система производства, для которой нужно это образование! Именно поэтому российский школьник с малых лет учит языки: ему нужно будет читать иностранную документацию. Именно поэтому первоклашек грузят презентациями и проектами: им нужно будет выгрызать себе место на рынке труда, завоёвывать его в конкурентной борьбе со своими же сверстниками. Поэтому им и прививают навык составления красивых слайдов.

Мне кажется, интервьюируемый заслуженный специалист, как и многие заслуженные специалисты старшего возраста, просто не совсем понимают реальность. От того у них какая-то запредельная фиксация на ЕГЭ (который всего лишь инструмент), но мало слов о самой производственной системе, о производственных отношениях.

Образование, как и всё теперь в России, прочно встало на капиталистические рельсы. Замена ЕГЭ на устные экзамены ничего не решит. Сам характер отношений действует так, что дети более богатых родителей будут получать более хорошее образование. Массовая система образования будет деградировать настолько, чтобы обеспечить минимально достаточный уровень воспроизведения знаний для существующих в экономике технологий. Размер её государственной поддержки, финансирования, всегда будет колебаться у этой точки равновесия. Для прорывных секторов экономики, там, где не теперь не требуется большое количество специалистов, будут готовиться эти самые специалисты с углублённым изучением отдельных предметов. Школьникам приоткрываются дверки, чтобы попасть в эти сектора. Конечно, первыми в очереди туда снова детишки богачей.

Но в любом случае, в этой системе производства массового высококачественного образования не нужно в принципе! Ни с ЕГЭ, ни без него. Заказчику это не нужно, он не будет оплачивать ваши хотелки. Вернёте “советскую школу” – это будет плохая, хроническая недофинансированная советская школа со всеми её изъянами, плюс ещё привнесёнными из экономики конкурентными отношениями.

В интервью профессор говорит про кадетские школы (тоже ещё один пример конспиративного мышления: мол, Шойгу таки пробил “для своих” хорошее образование, а то в армии будет коллапс). Не знаю, как у других, а у меня есть знакомая семья, которая отдала сына в кадетскую школу в подмосковном Монино. Там готовят ребят для поступления в учебные заведения ВВС: будущие лётчики, командиры, специалисты. Так вот, парня забрали оттуда на первом же году обучения и отдали в обычную гражданскую школу. Потому что уровень преподавания в школе низкий. Муштра – да. Дисциплина – да. Образование – так себе.

Кадетские учебные заведения прежде всего готовят будущих военных: людей, привыкших жить по расписанию, по команде, по уставу. Их выучат там до того уровня, чтобы они смогли управлять танком или сесть за пульт системы ПВО. Таким образом, система закрытых училищ, “заведения офицерской преемственности” тоже не являются никаким оплотом “настоящего”, “советского” образования, не надо тешить себя иллюзиями.

Размышления о системе образования в отрыве от размышлений об устройстве общества в целом приносят мало пользы. Система образования нужна обществу, чтобы воспроизводить требуемый ему на данном этапе уровень знаний. Сначала ставится цель, потом под неё верстаются необходимые ресурсы. Никакая “советская” школа не вернёт страну в “счастливое” советское время. Мало того, она только дезориентирует современных учеников, породит иллюзии относительно своего места в мире. И то, если сможет остаться советской внутри несоветской страны, а не банально подстроиться под текущий буржуазный курс. Социальные революции не начинаются со школьных парт. Товарищам взрослым и на этот раз придётся всё сделать самим.

Поэтому, моё мнение: такие вот старые заслуженные товарищи от образования только утверждают большинство народа в мнении, что современный ЕГЭ всё-таки лучше, чем школа, в которой правят мало адекватные люди. Может быть, имеющие заслуги в какой-то предметной области, но уже давно ударившиеся в конспирологию и кликушество.

Оригинал статьи на сайте Коммунистического Движения имени «Антипартийной группы 1957 года»: http://1957anti.ru/publications/item/732-maoizm-i-nashe-dvizhenie

«А вот другой Дон-Кишот просвещенья: завел школы! Ну что, например, полезнее человеку, как знанье грамоты? А ведь как распорядился? Ведь ко мне приходят мужики из его деревни. «Что это, говорят, батюшка, такое? Сыновья наши совсем от рук отбились, помогать в работах не хотят, все в писари хотят, а ведь писарь нужен один». Ведь вот что вышло!» (Н.В. Гоголь «Мёртвые души»).

Говорил ли?..

Пожалуй, в настоящее время над реформами российской системы образования вообще и над ЕГЭ в частности не издевался только ленивый. Особенно в этом занятии преуспевают сторонники той точки зрения, что в СССР было лучшее образование в мире, и даже сам Кеннеди якобы сказал о нём следующее: «Советское образование — лучшее в мире. Мы должны многое из него взять. СССР выиграл космическую гонку за школьной партой».

На самом-то деле ничего подобного Кеннеди не говорил: в «Специальном послании Конгрессу об образовании» 1963 года он упомянул её достижения исключительно в части ликвидации неграмотности населения и увеличения доли граждан с более чем 7-летним образованием в 23 раза по сравнению с началом века, выпуск советскими вузами в 3 раза больше инженеров и в 4 раза больше врачей, чем в США, и ежегодный приток научно-технических кадров, более чем в 2 раза превышающий таковой в Соединённых Штатах. На этом основании Кеннеди сделал вывод о том, что увлечение советских людей образованием, безусловно, достаточно, чтобы превзойти достижения любой другой нации или системы:

«The necessity of this program does not rest on the course of the cold war. Improvement in education is essential to our nation’s development without respect to what others are doing. Nevertheless, it is worthwhile noting that the Soviet Union recognizes that educational effort in the 1960’s will have a major effect on a nation’s power, progress and status in the 1970’s and 1980’s. According to a recent report prepared for the National Science Foundation, Soviet institutions of higher education are graduating 3 times as many engineers and 4 times as many physicians as the United States. While trailing behind this country in aggregate annual numbers of higher education graduates, the Soviets are maintaining an annual flow of scientific and technical professional manpower more than twice as large as our own. At the same time, they have virtually eliminated illiteracy, with a 23-fold increase since the turn of the century in the proportion of persons with an education beyond the 7th grade. This nation’s devotion to education is surely sufficient to excel the achievements of any other nation or system».

John F. Kennedy, Special Message to the Congress on Education, 29.01.1963

Кстати, почему Кеннеди говорил о 7-летнем образовании?

Всеобщим, обязательным и бесплатным в раннем СССР было только неполное среднее образование — это было закреплено в статье 121 Конституции СССР 1936 года. А вот полное среднее и высшее образование было платным, исключения существовали только для некоторых категорий граждан.

Плата за полное среднее и высшее образование была отменена постановлением Совмина СССР от 06.06.1956 г., а месяц спустя это право граждан было закреплено в новой редакции статьи 121 Конституции, принятой законом СССР от 14.07.1956:

«Статья 121. Граждане СССР имеют право на образование.

Это право обеспечивается всеобще-обязательным семилетним образованием, широким развитием среднего образования, бесплатностью всех видов образования, как среднего, так и высшего, системой государственных стипендий отличившимся учащимся в высшей школе, обучением в школах на родном языке, организацией на заводах, в совхозах, машинно-тракторных станциях и колхозах бесплатного производственного, технического и агрономического обучения трудящихся» (Конституция (Основной закон) Союза Советских Социалистических Республик).

Тем не менее сторонников возвращения к советской системе образования сейчас выше крыши, а противников системы ЕГЭ ещё больше.

Но так ли она плоха, как её преподносят?

Давайте-ка для начала перенесёмся в прошлое — скажем, лет на 50.

50 лет тому назад…

Школьные классы в то время были не такими малочисленными, как сейчас: в школах Куйбышева нормой было 32—36 учеников на один класс, именно по этой причине было принято проветривать помещение после каждого урока.

Отличников было не меньше половины в первых классах, а к восьмому их оставалось всего 1—3 человека: большинство подростков продолжали обучение в учреждениях профессионально-технического образования, поскольку спрос на рабочих всегда был высоким, и трудоустройство было гарантировано, а заработная плата, скажем, высококвалифицированного токаря нередко превышала заработную плату директора завода.

К тому же попасть в институт рабочему было намного проще, чем «белому воротничку»: советское государство всячески поддерживало получение высшего образования без отрыва от производства.

О средствах визуализации в учебном процессе в то время особенно никто не задумывался, а пользоваться на уроках теми же калькуляторами — например, мощнейшим «Электроника МК 36» — преподаватели запрещали, хотя уже тогда все понимали: архаичные счёты, вычисления на листке бумаги и логарифмическая линейка — это уже прошлое.

Учебная нагрузка была не запредельной, поскольку не было таких потребностей в информации, как сейчас. Для получения образования ученикам было вполне достаточно школьных учебников и дополнительных знаний, даваемых учителями на уроках, а для расширения кругозора — школьной библиотеки, посещение которой раз в неделю было обязательным.

Роль учителя в образовательном процессе тогда была очень важной, поскольку уроки не были тупым пересказыванием учебников: они хотя и содержали необходимый минимум знаний, но заменить преподавателя не могли.

Именно по этой причине уже недельный пропуск школьником занятий из-за банальной простуды оборачивался необходимостью «догонять класс».

Всё стало стремительно меняться в лихие 90-е.

Школьное образование в 90-е

Бардак в постсоветском государстве не замедлил отразиться на системе образования, и в первую очередь на учебной нагрузке школьников, которая стала расти не по дням, а по часам: иногда обоснованно в соответствии с требованиями времени, но нередко просто из-за моды.

Например, в тот период к обязательным предметам добавилось повальное увлечение родителей факультативными занятиями, в результате чего школьники приходили на учёбу к 8 утра, а уходили только вечером, что плохо сказывалось на успеваемости.

Придя в школу преподавателем в 1992 году, автор этих строк с удивлением обнаружил, что его ученики и ученицы на редкость апатичны из-за хронической усталости, для преодоления которой преподавателям приходилось прикладывать недюжинные усилия.

Что, впрочем, было делом почти бессмысленным: в отличие от времён СССР, когда знания вколачивались в синапсы школьников весьма прочно, в российские 90-е содержание учебных программ приобрело тенденцию испаряться из голов учащихся почти немедленно после сдачи экзамена.

Тогда же произошла утрата престижа рабочих профессий, поэтому в те же ПТУ стало уходило всё меньше и меньше школьников: теперь они досиживали «десятилетку» и всеми правдами и неправдами поступали в институты. Обычной практикой тогда стала подача документов сразу в несколько ВУЗов, причём самыми престижными оказались специальности, связанные со сферой экономики и финансов.

По той же причине родители прикладывали массу усилий, чтобы их чада получили школьный аттестат без «троек», а заветной мечтой многих была «золотая медаль»: таким выпускникам было несравненно проще поступить в институт.

И здесь хочешь — не хочешь, а без поддержки преподавателей, завуча и директора школы стать «медалистом» шансов почти не было. Естественно, в 90-е в школах пышным цветом расцвела система взяток.

…и в 2000-е

Компьютеризация и появление широкого доступа в Интернет поначалу не вызвало особых опасений у преподавателей старой закалки, которые в массе своей просто не понимали, как это изменит образовательный процесс.

Вспомните, как мы готовили те же рефераты, не говоря уже о курсовых и дипломных работах: пять-восемь часов изучения литературы в областной научной библиотеке, и хорошо ещё, если найдёшь несколько подходящих цитат.

С появлением Интернета множество литературных источников и научных работ оказалось в свободном доступе, и процесс подготовки чернового варианта работы сократился с недель до нескольких дней и даже часов.

Мало того: семимильными шагами стала развиваться услуга написания любых работ — от рефератов до диссертаций «на заказ»; в системе образования СССР она тоже была, но скорее в виде редкого исключения и только на подпольном положении.

И вот тут-то преподаватели впервые ощутили беспокойство, поскольку они почти перестали быть необходимыми для учеников — как потеряли смысл и списки рекомендуемой литературы, которые учителя создавали по своим предметам годами.

Появление того же Скайпа ударило и по репетиторству в традиционном его понимании: теперь тот же иностранный язык можно было осваивать непосредственно с носителем языка, находящемся в другом месте планеты, и стоимость обучения очень заметного снизилась.

Параллельно с этим выросла учебная нагрузка, и оценивать знания школьников традиционными методами стало проблематично. Отсюда и появилась в 2001-м году система ЕГЭ — сначала а виде эксперимента, проведённого в Чувашии, Марий Эл, Якутии, Ростовской и Самарской областях, а учебный процесс был перекроен до такой степени, что противники ЕГЭ и сторонники старой школы преподавания стали заявлять о воспитании с его помощью поколения, которое совершенно не умеет думать головой.

И вот тут-то уместно понять, чем современное образование коренным образом отличается от образования в СССР.

Главное отличие современного образования от образования в СССР

Заключается оно в следующем: если в СССР главной задачей ученика было использование своей головы именно для процесса учёбы, то сейчас на первом месте стоит поиск готовых ответов в интернете и их зазубривание.

Именно свободный доступ к океану знаний из-за их перевода в цифровую форму является основной причиной потери прежнего статуса преподавательской профессии: сейчас учителя практически не могут сказать ничего нового своим ученикам уже в начальных классах, поскольку те сами находят всю нужную информацию на просторах интернета.

И если во времена СССР над решением той же математической задачи нужно было потрудиться самостоятельно или хотя бы списать у одноклассника, хорошо разбирающегося в предмете, то теперь в этом нет никакого смысла, ибо по одному её условию сразу выгугливается готовое подробное решение.

По схожей причине современному поколению неинтересно запоминать ту же таблицу умножения: ведь встроенный калькулятор есть в любом компьютере и смартфоне.

Учить правила орфографии и пунктуации? А зачем, если в любом офисном текстовом приложении есть встроенный модуль проверки, а для особо продвинутых существуют такие специализированные программы как ОРФО.

Самому писать реферат? Чего ради, если за 200 рублей уже через 4-5 часов ученик получит через Интернет готовый реферат, причём с требуемым процентом уникальности текста и гарантией прохождения проверки сервисом «Антиплагиат»?

Учить неорганическую химию — ту же валентность, свойства кислот, оснований, и пр.? Какой в этом смысл, если школьник не собирается связывать своё будущее место работы с данной специальностью?

Да та же таблица Менделеева, которая до 50-х годов прошлого века считалась незыблемой, а затем стала дополняться трансактиноидными элементами, получаемыми на ускорителях тяжелых ионов: запоминать число элементов периодической системы теперь просто незачем, ибо эта информация приобрела справочный характер, причём регулярно обновляемый в сторону увеличения.

Тут вы можете возразить: надо воспитывать всесторонне образованную личность.

Задам встречный вопрос: а зачем?

К чему, например, школьнику учить наизусть стихи Осипа Мандельштама, если при необходимости он в любой момент выведет их в монитор компьютера или в экран смартфона? Для развития памяти? Но сейчас развитая память далеко не так уж необходима, как 50 лет тому назад.

В той же юриспруденции память чаще создаёт больше проблем, чем приносит пользы: изменения в законодательство вносятся настолько часто, что опытный юрист, отягощённый грузом устаревших правовых норм в памяти, постоянно рискует принять неправильное решение.

В этой связи весьма интересное предложение сделал такой люто ненавидимый народом персонаж как Анатолий Борисович Чубайс.

Предложение Чубайса

Год назад, выступая в Екатеринбурге на конференции «Россия-2050», Чубайс отметил, что сейчас в стране молодёжь имеет слишком много «развращающих» возможностей учиться бесплатно, и высказал предложение ограничить бесплатное образование тремя классами, мотивируя это тем, что подсчитать свои налоги люди смогут и с таким уровнем образования.

Предложение, естественно, вызвало бурю негодования в преподавательской среде, что и понятно: не бывает пчёлок против мёда, и реализация подобной инициативы в первую очередь повлекла бы за собой массовые сокращения преподавателей.

Впрочем, предложение и впрямь выглядит провокационно-крутовато: местный автор, например, категорически не понимает, куда по замыслу Чубайса должен пойти 10-летний ребёнок по завершении 3-х классов, если его родители не в состоянии оплатить 9 классов основного среднего образования.

Мысли местного автора

Несмотря на спорность предложения Чубайса, в нём — предложении — есть своё рациональное зерно.

Возвращение системы платного полного среднего и высшего образования, как это было в СССР до 1956 года, имеет смысл: сейчас по окончании девятилетки молодые люди уже вполне осознанно могут сделать выбор относительно своей дальнейшей судьбы: или продолжить обучение дальше и поступить в ВУЗ, или бесплатно получить хорошо оплачиваемую рабочую профессию в системе профтехобразования, либо заняться бизнесом или неквалифицированным трудом.

Во всяком случае, такая система хотя бы частично помогла бы решить проблему тупоголовых выпускников современных ВУЗов, которые изначально поступали туда исключительно с целью «откосить от армии» и (или) получить заветные «корочки» о высшем образовании и затем осесть где-нибудь в виде офисного планктона.

Возможно, вы удивитесь, но сейчас найти того же крановщика или экскаваторщика — проблема из проблем, несмотря на то, что предлагаемая работодателями зарплата раза в 3-4 превышает зарплату офисного работника.

Но для этого необходимо целенаправленно проводить работу по популяризации и повышению престижа рабочих профессий, а в современной России делать это в принципе разучились.

Хорошо, спросите вы, а почему только 9 классов, а не все 11?

Строго говоря, всё обучение в 10 и 11 классах нацелено на подготовку школьников к поступлению в высшие учебные заведения, в частности, особый упор делается на предметы, которые необходимы для поступления в конкретные ВУЗы — вплоть до организации профильных классов.

А опыт показывает, что процесс целенаправленного обучения рабочим специальностям идёт легче и успешнее в 15-16 лет, а не в 19 — после того, как к рабочей специальности вынужденно приходит несостоявшийся студент, «провалившийся» на вступительных экзаменах в институт или отчисленный из ВУЗа за неуспеваемость.

Тут два года имеют значение — тем более, что получивший рабочую специальность, рабочее место и достойную зарплату человек вполне в состоянии самостоятельно оплатить своё обучение в высшем учебном заведении — например, если высшее образование необходимо ему для продвижения по карьерной лестнице.

Именно такой подход всячески пропагандировался во времена СССР, и к высшему образованию люди подходили осознанно и именно для карьеры: стать тем же мастером цеха или начальником железнодорожной станции было гораздо проще человеку с высшим образованием, вышедшим из рабочей среды. Кроме того, начальника «из своих» рабочие уважали гораздо больше, чем, скажем, инженеров, не поднимавших ничего тяжелее авторучки.

С учётом представленных доводов, автор этих строк спокойно относится к системе ЕГЭ, и совершенно не поддерживает старческое брюзжание и ностальгию по советскому образованию: для того времени оно было органичным и целесообразным, но сейчас его подходы малоприменимы.

Зато вполне актуальным стало мнение, высказанное главным героем цикла рассказов Артура Конан Дойла — мистером Шерлоком Холмсом:

Кстати, это высказывание вполне согласуется с данными, полученными наукой ещё в прошлом веке: от знаний, которые не используются человеком ежедневно более одного месяца, ещё через два остаётся не более 4 процентов. Именно по этой причине, например, писатель Чернышевский (1828 — 1889), владевший 16 языками, каждый день уделял языковой практике почти 5 часов.

Выводы

В современном обществе неуклонно приближается время максимально узкой специализации, и не за горами то время, когда часть школьных предметов перейдёт в категорию, аналогичную специалитету в высших учебных заведениях — то есть только для интересующихся.

Во всяком случае, детские психологи в последние 20-25 лет отмечают постоянный рост статистики психических расстройств у школьников, которым всё тяжелее удаётся осваивать школьную учебную программу.

И это несмотря на то, что всё больше информации даётся им в аудиовизуальной форме: получасовую лекцию по многим вопросам с успехом заменяет буквально двухминутное видео, презентации PowerPoint, цифровые платформы для обучения основным школьным предметам и электронные учебники, которые намного удобнее и информативнее привычным нам учебников бумажных.

Во всяком случае, на личном опыте автор этих строк убедился: те знания, которые ему дала советская общеобразовательная школа, а затем и его первый университет в массе своей ему абсолютно не пригодились, и впоследствии были успешно им забыты за ненадобностью.

По той же причине сейчас вассерманы и подобные ему «знатоки» из «Что? Где? Когда» уже далеко не так популярны, как это было в Советском Союзе: Интернет свёл роль образования и необходимость развития памяти если не к нулю, то очень близко к этой лаконичной циферке — примерно как в этом номере от «Уральских пельменей»:

Ваше мнение по этому вопросу?