Категория времени в литературе сочинение

Основные признаки пространства в литературном произведении:

1.  Не имеет непосредственной чувственной достоверности, материальной плотности, наглядности.
2.  Воспринимается читателем ассоциативно.

Основные признаки времени в литературном произведении:

1.  Большая конкретность, непосредственная достоверность.
2.  Стремление писателя к сближению художественного и реального времени.
3.  Представления о движении и неподвижности.
4.  Соотнесенность прошлого, настоящего и будущего.

Категория художественного времени в литературе

В различных системах знания существуют разнообразные представления о времени: научно-философское, научно-физическое, теологическое, бытовое и др. Множественность подходов к выявлению феномена времени породили неоднозначность его толкования. Материя существует лишь в движении, а движение есть сущность времени, постижение которой во многом детерминировано культурным складом эпохи. Так, исторически в культурном сознании человечества сложилось два представления о времени: циклическом и линейном. Понятие о циклическом времени восходит к античности. Оно воспринималось как последовательность однотипных событий, источником которых были сезонные циклы. Характерными признаками считались завершенность, повторяемость событий, идея возвращения, неразличение начала и конца. С приходом христианства время стало представляться человеческому сознанию в виде прямой линии, вектор движения которой направлен (через отношение к настоящему) от прошлого к будущему. Линейный тип времени характеризуется одномерностью, непрерывностью, необратимостью, упорядоченностью, его движение воспринимается в виде длительности и последовательности процессов и состояний окружающего мира.

Однако наряду с объективным существует и субъективное восприятие времени, как правило, зависимое от ритмичности происходящих событий и от особенностей эмоционального состояния. В связи с этим выделяют объективное время, относящееся к сфере объективно существующего внешнего мира, и перцептуальное — к сфере восприятия реальной действительности отдельным человеком. Так, прошлое кажется более длительным, если оно богато событиями, в то время как в настоящем наоборот: чем содержательнее его заполнение, тем незаметнее протекание. Время ожидания желательного события томительно удлиняется, нежелательного — мучительно сокращается. Таким образом, время, оказывая воздействие на психическое состояние человека, определяет его течение жизни. Это происходит опосредованно, через опыт, благодаря которому в сознании человека устанавливается система единиц измерения временных отрезков (секунда, минута, час, сутки, день, неделя, месяц, год, столетие). В таком случае настоящее выступает в качестве постоянной точки отсчета, которая разделяет течение жизни на прошлое и будущее. Литература по сравнению с другими видами искусств наиболее свободно может обращаться с реальным временем. Так, по воле автора возможно смещение временной перспективы: прошлое выступает как настоящее, будущее — как прошедшее и т.д. Таким образом, подчиняясь творческому замыслу художника, хронологическая последовательность событий может обнаруживать себя не только в типичных, но и, вступая в противоречие с реальным течением времени, в индивидуально-авторских проявлениях. Таким образом, моделирование художественного времени может зависеть от жанрово-видовых особенностей и направлений в литературе. Например, в прозаических произведениях обычно устанавливается условно настоящее время повествователя, которое соотносится с повествованием о прошлом или будущем персонажей, с характеристикой ситуаций в различных временных измерениях. Разнонаправленность, обратимость художественного времени характерна для модернизма, в недрах которого зарождается роман «потока сознания», роман «одного дня», где время становится лишь компонентом психологического бытия человека.

В индивидуально-художественных проявлениях время протекания может быть намеренно замедленно автором сжато, свернуто (актуализация мгновенности) или вовсе остановлено (в изображении портрета, пейзажа, в философских размышлениях автора). Оно может быть многомерным в произведениях с перекрещивающимися или параллельными сюжетными линиями. Художественной литературе, принадлежащей к группе динамических искусств, свойственна временная дискретность, т.е. способность воспроизводить наиболее существенные фрагменты, заполняя образовавшиеся «пустоты» формулами типа: «прошло несколько дней», «прошел год» и т.д. Однако представление о времени обусловлено не только художественным замыслом автора, но и той картиной мира, в рамках которой он творит. Например, в древнерусской литературе, как отмечал Д.С. Лихачев, наблюдается не столь эгоцентричное восприятие времени, как в литературе XVIII — XIX веков. «Прошлое было где-то впереди, в начале событий, ряд которых не соотносился с воспринимающим его субъектом. «Задние» события были событиями настоящего или будущего». Время характеризовалось замкнутостью, однонаправленностью, строгим соблюдением реальной последовательности событий, постоянным обращением к вечному: «Средневековая литература стремится к вневременному, к преодолению времени в изображении высших проявлений бытия — богоустановленности вселенной». Наряду с событийным временем, являющимся имманентным свойством произведения, существует авторское время. «Автор-создатель свободно движется в своем времени: он может начать свой рассказ с конца, с середины и с любого момента изображаемых событий, не разрушая при этом объективного хода времени».

Авторское время меняется в зависимости от того, принимает ли он участие в изображаемых событиях или нет. В первом случае, время автора движется самостоятельно, имея свою сюжетную линию. Во втором — оно является неподвижным, как бы сосредоточенным в одной точке. Событийное время и время автора могут существенно расходиться. Это происходит тогда, когда автор либо обгоняет ход повествования, либо отстает, т.е. следует за событиями «по пятам». Между временем повествования и временем автора может быть существенный временной разрыв. В этом случае автор пишет либо по воспоминаниям — своим или чужим.

В художественном тексте учитывается как время написания, так и время восприятия. Поэтому время автора неотделимо от читательского времени. Литература как вид словесно-образного искусства предполагает наличие адресата .Обычно читательское время представляет собой фактическую («естественную») длительность. Но иногда читатель может непосредственно включаться в художественную ткань произведения, например, выступая в роли «собеседника повествователя». В данном случае читательское время изображается. «Изображенное читательское время может быть длительным и коротким, последовательным и непоследовательным, быстрым и медленным, прерывистым и непрерывным. Оно по большей части изображается как будущее, но может быть настоящим и даже прошедшим».

Достаточно своеобразна природа исполнительского времени. Оно, как отмечает Лихачев, сливается со временем автора и временем читателя. По существу, это настоящее, т.е. время исполнения того или иного произведения. Таким образом, в литературе одним из проявлений художественного времени выступает грамматическое время. Оно может быть представлено с помощью видовременных форм глагола, лексических единиц с темпоральной семантикой, падежных форм со значением времени, хронологических помет, синтаксических конструкций, создающих определенный временной план (например, номинативные предложения представляют в тексте план настоящего).

Бахтин М.М.: «Приметы времени раскрываются в пространстве, а пространство осмысливается и измеряется временем». Ученый выделяет два типа биографического времени. Первый под влиянием аристотелевского учения об энтелехии (от греч. «завершение», «осуществленность») называет «характерологической инверсией», в основе которой завершенная зрелость характера является подлинным началом развития. Изображение человеческой жизни дается не в рамках аналитических перечислений тех или иных черт и особенностей (добродетелей и пороков), а через раскрытие характера (действия, поступки, речь и другие проявления). Ко второму типу относится аналитический, в котором весь биографический материал распределяется на: общественную и семейную жизнь, поведение на войне, отношение к друзьям, добродетели и пороки, наружность т.п. Жизнеописание героя по данной схеме складывается из разновременных событий и случаев, так как определенная черта или свойство характера подтверждаются наиболее яркими примерами из жизни, совсем не обязательно имеющими хронологическую последовательность. Однако раздробленность временного биографического ряда не исключает целостности характера.

М.М. Бахтин выделяет также народно-мифологическое время, которое представляет собой циклическую структуру, восходящую к идее вечного повторения. Время глубоко локализировано, совершенно не отделимо «от примет родной греческой природы и примет «второй природы», т.е. примет родных областей, городов, государств». Народно-мифологическое время в его основных проявлениях характерно для идиллического хронотопа со строго ограниченным и замкнутым пространством.

Художественное время обусловлено жанровой спецификой произведения, художественным методом, авторскими представлениями, а также тем, в русле какого литературного течения или направления это произведение создано. Поэтому формы художественного времени отличаются изменчивостью и многообразием. «Все изменения художественного времени складываются в определенную общую линию его развития, связанную с общей линией развития словесного искусства в целом» Восприятие времени и пространства определённым образом осмысляется человеком именно с помощью языка.

Категория времени в русской литературе

«Время» – направление ориентировано на широкое осмысление времени как исторической и философской категории, воспринимаемой во взаимодействии сиюминутного и вечного, реального и воображаемого, личного и всеобщего, прошлого и будущего. В центре рассуждения – человек и время, общество и эпоха.

• «Время» – направление ориентировано на широкое осмысление времени как исторической и философской категории, воспринимаемой во взаимодействии сиюминутного и вечного, реального и воображаемого, личного и всеобщего, прошлого и будущего. В центре рассуждения – человек и время, общество и эпоха.

Темы сочинений по направлению «Время»

Проблемы века

• Проблемы века
• Время поиска
• Время рассказать о человеке…
• Человек и время
• Общество и эпоха
• Время мужания
• Время испытаний
• Пора взросления
• Время, вперед!
• Герой(и) нашего времени
• «О времена, о нравы!» (Марк Туллий Цицерон)
• История — ключ к пониманию народа
• Писатель – судья своего времени
• «Время разбрасывать камни и время собирать камни» (Из Библии.)
• «Времена не выбирают, в них живут и умирают» (А.С.Кушнер)
• «В наши подлые времена человеку совесть нужна» (Н.Коржавин)

Пишем сочинение (Вступление и заключение)

ТАК МОЖНО НАЧАТЬ СОЧИНЕНИЕ… или ЗАВЕРШИТЬ

• Время — это мираж, оно сокращается в минуты счастья и растягивается в часы страданий. (Р.Олдингтон)
• Становится новое старым,
• потом промчатся года —
• И старое сменится новью:
• так было, так будет всегда. (Рудаки)
• Если время самая драгоценная вещь, то растрата времени является самым большим мотовством. (Б.Франклин)

ТАК МОЖНО НАЧАТЬ СОЧИНЕНИЕ… или ЗАВЕРШИТЬ

• Время идет медленно, когда за ним следишь… Оно чувствует слежку. Но оно пользуется нашей рассеянностью. Возможно даже, что существует два времени: то, за которым мы следим, и то, которое нас преобразует. (А.Камю)
• Держи время! Стереги его любой час, любую минуту. Без надзора оно ускользнет, словно ящерица. Освещай каждый миг честным, достойным свершением! Дай ему вес, значение, свет. (Т.Манн)

ТАК МОЖНО НАЧАТЬ СОЧИНЕНИЕ… или ЗАВЕРШИТЬ

• Для того чтобы явилось в свет какое-нибудь крупное зло, нужен один день, а чтобы стереть его с лица земли, потребуется несколько столетий. (Л. Бланки)
• Кто не помнит своего прошлого, обречен пережить его снова (Д. Сантаяна, американский философ).
• Самый зловещий из всех земных звуков — тиканье часов. (В.Солоухин)
• Человек, который осмеливается потратить впустую час времени, еще не осознал цену жизни. (Чарльз Дарвин)

ТАК МОЖНО НАЧАТЬ СОЧИНЕНИЕ… или ЗАВЕРШИТЬ

• Время так быстротечно, когда куда-то спешишь, и так медлительно, когда чего-то ждёшь» (Джейсон Стэтэм)
• «Счастливые часов не наблюдают» (А.С.Грибоедов)
• Если настоящее пытается судить прошлое, то оно теряет будущее. (У.Черчилль)
• Даже самый богатый человек не в состоянии откупить свое прошлое. (О.Уайльд)
• Я рекомендую Вам заботиться о минутах: часы сами позаботятся о себе. (Честерфилд, английский писатель и политический деятель)

ТАК МОЖНО НАЧАТЬ СОЧИНЕНИЕ… или ЗАВЕРШИТЬ

• Выбирать время – значит экономить его. (Френсис Бэкон, английский философ-материалист)
• Время лечит все раны. (Русская пословица)
• Будущее приобретается в настоящем. (Сэмюель Джонсон, английский писатель, автор «Словаря английского языка»)
• Счастливые люди считают время минутами, тогда как для несчастных оно тянется месяцами. (Джеймс Фенимор Купер, американский писатель)

ФРАЗЫ, КОТОРЫЕ МОГУТ ПРИГОДИТЬСЯ…

• Мы постоянно теряем время и вряд ли когда-нибудь сможем его отыскать: ни в бюро находок, ни в темном углу под кроватью. Время нельзя вернуть, но его можно наверстать или, по крайней мере, научиться не сожалеть о потере.
• 2) Для каждого найдется большое количество возможностей потратить драгоценные часы на телевидение, компьютерные игры, масс-медиа. Но эти способы уйти от решения важных задач и убить время очень очевидны, как вредные привычки или пустые разговоры.

ФРАЗЫ, КОТОРЫЕ МОГУТ ПРИГОДИТЬСЯ…

• 3) Среди неизвестного в окружающей нас природе самым неизвестным является время, ибо никто не знает, что такое время и как им управлять.
• 4) То, что время или совсем не существует, или едва существует, будучи чем-то неясным, можно предполагать на основании следующего. Одна часть его была и уже не существует, другая — в будущем, и ее еще нет; из этих частей слагается и бесконечное время, и каждый раз выделяемый промежуток времени. А то, что слагается из несуществующего, не может, как кажется, быть причастным существованию.

ФРАЗЫ, КОТОРЫЕ МОГУТ ПРИГОДИТЬСЯ…

• 5) Во времени имеется нечто неделимое, что мы называем «теперь». Во времени ничего нельзя ухватить, помимо «теперь». «Теперь» есть непрерывная связь времени, оно связывает прошедшее время с будущим и вообще является границей времени, будучи началом одного и концом другого. Так как «теперь» есть конец прошедшего и начало будущего, то время всегда начинается и кончается. И оно никогда не прекратится, потому что всегда начинается. (Аристотель)
• 6) Время уносит все; длинный ряд годов умеет менять и имя, и наружность, и характер, и судьбу.
• 7) Ничто не является более тягостным для мудрого человека и ничто не доставляет ему большего беспокойства, чем необходимость тратить на пустяки и бесполезные вещи больше времени, чем они того заслуживают.

Достарыңызбен бөлісу:

Писатели неоднократно в своих произведениях упоминали, что главная ценность в жизни — это секунды, минуты, года, которые многие из нас растрачивают впустую, а потом горько сожалеют о том, что ничего уже нельзя исправить.

Примеры интересных эссе

Время — это то, из чего складывается вся наша жизнь. Она состоит из секунд, прекрасных мгновений, длительных часов ожидания и лет, которые летят с огромной скоростью. Нельзя замедлить или остановить ход жизни, часики идут, и с этим ничего поделать невозможно. Нужно лишь умело расходовать этот ресурс и ценить каждую секунду своего времени, относясь к ней, словно к драгоценному камню.

Время может лечить, убивать, калечить судьбы и души, расставлять все по своим местам. Мы становимся мудрее, старше, рассудительнее, но, увы, это происходит с прожитыми годами. Чаще всего молодость проходит впустую, ничего полезного человек так и не успевает сделать, а когда достигает определенного возраста, к нему приходит понимание, но возможности уже давно упущены.

Время бесконечно. Оно было, есть и будет. Это единица измерения, существующая в нашей Вселенной. И пока вертится Земля, часы неумолимо будут тикать.

Основополагающее понятие

Все живые существа, обитающие на планете Земля, существуют в потоке времени.

Для удобства людей его принято разделять на три части:

• прошлое;
• настоящее (здесь и сейчас);
• будущее.

Человек может лишь изменить два последних временных отрезка, но повлиять на свое прошлое никто не в силах. Это за гранью человеческих возможностей.

Каждый человек должен обрести гармонию не только с самим собой, но и со временем, отведенным ему на этой земле. Но судя по примерам из литературных произведений, сделать это не так уж и просто. Чтобы познать истинное счастье, необходимо помнить уроки из прошлого, однако не стоит зацикливаться на них. Надо двигаться вперед, не застревая в давних проблемах и не оборачиваясь все время назад.

Некоторые личности, как герои чеховской пьесы «Вишневый сад», живут прошлыми воспоминаниями, не желая адаптироваться к произошедшим переменам. Многие, наоборот, думают исключительно о своих проблемах, происходящих здесь и сейчас, ни на секунду не задумываются о будущем и не умеют использовать опыт прожитых лет.

Среди людей иногда встречаются те, кто осознает проблему быстротечности времени и аргументы для них становятся весомым фактором развития, движения вперед и изобретения технологий будущего. Благодаря им, цивилизация не стоит на месте, а развивается с сумасшедшей скоростью. То, что было для старшего поколения фантастикой, для нового уже становится вполне обыденными и привычными вещами.

Никто не может повлиять или остановить время, но в человеческих силах заполнить свою жизнь яркими красками, приятными воспоминаниями и добрыми делами, работать во благо всего человечества и оставить после себя след на этой Земле.

Ценный ресурс

Время летит так, что его невозможно остановить или угнаться за ним. У человека нет власти над этим ресурсом, но зато у времени есть власть над каждым из нас. На все, что бы ни делал русский, американец, француз (национальность неважна), ему нужны секунды, часы, дни, года, десятилетия. Философские рассуждения о времени приводятся в известных источниках.

Автор сказки о потерянном времени Евгений Шварц хотел донести до маленького читателя, что нужно уважать, беречь, ценить, лелеять каждое прожитое мгновение и ни в коем случае не жаловаться, что не хватает времени.

Народная мудрость гласит: «Делу — время, потехе — час». И правда, все определяется этим жизненным ресурсом: сколько спать, играть, работать, есть, отдыхать, заниматься активными видами спорта. С каждым прожитым временным промежутком человек умнеет, растет, набирается опыта. Иногда кажется, что минута длится вечно. Это касается таких ситуаций:

• когда мы чего-то очень сильно хотим и ждем;
• при расставании с любимыми людьми;
• в томительном ожидании подарка или какого-либо сюрприза, обещанного родными или друзьями.

Когда нам очень хорошо, то время летит незаметно. Если возникает чувство, что временное течение слишком быстро, то нужно подумать, а в том ли направлении движется человек, или в его жизни что-то пошло не так и теперь он сожалеет о том, что тратит ценнейший ресурс впустую.

Размышления о времени на кого-то нагоняют тоску, а кому-то дают возможности извлечь из памяти самые яркие воспоминания и с улыбкой на устах вспомнить о прожитых годах и поблагодарить судьбу за полученный опыт.

Как ни парадоксально, время неизменно, но в то же время оно не стоит на месте. Современный темп жизни диктует свои условия. Каждый распоряжается своим временем так, как посчитает нужным. Но для кого-то 60 секунд — это очень мало, а для кого-то это целая минута, за которую можно горы свернуть и достичь многого.

Дети хотят быстрее стать взрослыми, а старшее поколение мечтает повернуть время вспять и оказаться в том временном промежутке, когда не было никаких забот, а все проблемы решались как по мановению волшебной палочки. Это времена беззаботного детства.

Однако, будучи маленьким ребенком, трудно осознать, что именно сейчас — хорошо, а с годами становится тяжелее жить.

Неизбежная череда событий

В некоторых художественных произведениях ценность времени преподносится с помощью различных ярких образов и сравнений. Влияние этого ресурса неоспоримо. Не стоит забывать об этом.

Время — неизбежная череда происшествий, событий и определенных действий. Оно может больно ранить, может убить или исцелить искалеченные души. Все зависит от отношения человека к прожитым годам, дням и мгновениям. Поэтому одни живут насыщенной и яркой жизнью, наслаждаясь каждой секундой, а другие не знают цену времени и проводят его за бесполезными занятиями.

Сегодня в мире есть масса книг, производящих сильное впечатление, в текстах которых описывается самое желанное изобретение человечества — машина времени. Кинематограф также неустанно удивляет зрителей фантастическими сюжетами, обещая, что скоро появится приспособление для перемещения во временном пространстве. Человек и время — сложная, но в то же время очень интересная тема для размышлений.

Главные свойства

Главное свойство времени заключается в том, что его течение беспрерывно. Оно безостановочно течет, а жизнь меняется. Специалисты из области астрономии и физики пытаются остановить его, запечатлеть на мониторе радиотелескопа. Без пометки времени вступление астрономических наблюдений и любой результат был бы не более, чем обычным рисунком на листе бумаги, не имея никакой научной ценности.

Время делится на три огромных жизненных этапа: это то, что было в прошлом, то, что происходит здесь и сейчас и то, что будет происходить через несколько месяцев, лет, десятилетий и даже столетий.

Если пространство можно оградить, то время, увы, не получится. На старое место нельзя попасть дважды — оно уже будет не тем, да и человек с каждым прожитым днем меняется. Ученик каждый день заходит в класс, но ему лишь кажется, что все остается на прежних местах. На самом деле происходят определенные изменения, которые не всегда видны человеческому глазу.

Мы можем попасть в будущее с помощью космических кораблей и со скоростью человеческой жизни, но в прошлое переместиться никому не суждено. Вход туда закрыт. Если бы человек имел легкий доступ к этому временному промежутку, то в настоящем времени происходили бы абсурдные вещи, не поддающиеся никакому логическому объяснению.

Время необратимо. И с этим нужно смириться. Научить ценить его, уважать и беречь, как зеницу ока.

1. М.А. Булгаков «Мастер и Маргарита»

Автор романа акцентирует внимание на времени, сравнивая эпоху Христа и современную ему Москву конца двадцатых годов двадцатого столетия. Несмотря на прошедшие две тысячи лет люди по-прежнему остаются такими же алчными, корыстными, жаждущими славы прелюбодеями. Время не изменило природу человека. Он так же подвержен всем грехам, словно в начале времён. Но время ушло, и пора бы стать лучше. Однако все москвичи жаждут того же, что Иуда, страдают от страха потерять свой пост, как Пилат, лгут и наживаются, как Лиходеев. Время категория бесполезная, если человек не меняется… Увы!

2. А.П. Чехов «Вишнёвый сад»

Время в пьесе размыто, словно люди замерли в своём развитии и не собираются двигаться вперёд. В комедии представлено три поколения: прошлое в лице Фирса, Раневской и Гаева, настоящее – Лопахин, и будущее – Аня Раневская. Именно Аня, а не Петя Трофимов. Прошлое – это то, что отжило, ушло в небытие, Фирс, живущий эпохой до отмены крепостного права, Гаев, рассуждающий о действиях, но почти как Обломов, не умеющий и не желающий ничего делать, чтобы изменить мир и собственную жизнь. Раневская, отдающая «золотой» нищему, когда в доме есть нечего ни прислуге, ни домочадцам. Все они живут миром грёз, прошлыми воспоминаниями о крепостном царстве. Настоящее хозяина жизни Лопахина слишком эфемерно: его годы сочтены, накопленное, пусть трудом, будет объявлено народным достоянием, но сегодня он победитель. Лишь Аня – семнадцатилетняя девушка готова к переменам. Она знает, что будущность зависит от её трудоспособности, возможности заработать и сделать этот мир другим. «Учитель» Петя Трофимов воспитал гражданку двадцатого века – века перемен.

3. А.Т. Твардовский «По праву памяти»

В своей поэме автор пытался представить образ, наверное, самого жестокого времени, в которое выпала участь жить лирическому герою. Вспоминая собственную судьбу и судьбу своего отца, автор пишет о коварстве «отца народов», который за словами прятал страх и ненависть к инакомыслящим гражданам своего отечества.

Давно отцами стали дети,
Но за всеобщего отца
Мы оказались все в ответе,
И длится суд десятилетий,
И не видать ещё конца.

Суд времени – самый жестокий и одновременно справедливый суд. Только на расстоянии видится истинное лицо времени.

И даром думают, что память
Не дорожит сама собой,
Что ряской времени затянет
Любую быль,
Любую боль.
Нет, все былые недомолвки
Домолвить ныне долг велит.

4. А.И. Солженицын «Один день Ивана Денисовича»

Категория времени в рассказе имеет очень важное композиционное значение. На времени основан весь сюжет рассказа. Один день, в котором совместились и мгновение, решающее не только момент, но и всю жизнь. Начиная с подъёма Ивана Денисовича за полчаса до всеобщей побудки, заканчивая моментом засыпания и отсчёта прожитых дней в заключении. Но время ещё категория управляемая, власть перенесла подъём на час раньше, тем самым создавая иллюзию управления временем. На самом деле всё решает не время, а воля и дисциплина человека, который способен в минуту вложить весь смысл жизни, получить свободу, находясь в заключении.

Условность
художественного времени по сравнению
с реальным временем очевидна уже из
самых очевидных, простых сопоставлений.
Например, из сопоставления длительности
времени, изображенного
в произведении, и длительности времени,
необходимого для восприятия
произведения при его прочтении. Скажем,
в лирике выражение мгновенного,
мимолетного переживания (допустим, во
многих произведениях Фета), длительность
которого в реальности даже нельзя
зафиксировать, требует одного, двух,
нескольких четверостиший, чтение и
восприятие которых занимает вполне
определенное время, несравнимое по
длительности с изображенным мгновением.
В эпосе событие, длящееся в реальности
дни, недели, годы, десятилетия и т.д.,
укладывается в текст, прочтение которого
требует достаточно определенного и
несравненно более короткого периода
времени, чем время изображенное.
Художественное изображение целой
человеческой жизни (ср. «Жизнь Клима
Самгина», «Обломов», «Ионыч») или
исторической эпохи в произведениях
разного жанра может быть выражено в
совершенно разном текстовом объеме,
прочтение которого (даже горьковского
четырехтомного романа, даже десятитомного
«Красного колеса» Солженицына) требует
неизмеримо более краткого периода
времени, чем изображенное в произведении.
И, напротив, описание одних суток – 24
часов жизни Леопольда Блума в «Улиссе»
Джойса – вряд ли хоть один читатель
сможет прочесть за те же 24 часа; для
этого потребуется значительно бóльшее
время чтения. Стало быть, художественное
время по сравнению с реальным может
«протекать» неравномерно, может
сжиматься или, наоборот, растягиваться,
и это художники (а еще раньше создатели
мифов и произведений фольклора)
проделывали сплошь и рядом задолго до
открытий Эйнштейна и описания временных
парадоксов, связанных со скоростью
движения, близкой к скорости света.
Причем в литературе все это имеет место
даже в самом реалистическом изображении
обычного мира, а не только картин
фантастических, мистических и т.п. А
отсюда множество специальных способов
«замедления» и «ускорения» времени в
искусстве слова, изображения его
движения вперед и назад, форм ретроспекции
и проспекции, т.е. временных приемов
художественной условности, связанных
с созданием словесного художественного
образа.

Потебня
связывал эти условности с временнóй
природой
словесного искусства, в отличие от
искусств пространственных,
таких, как живопись, архитектура,
скульптура.

Пространственные
виды искусства с точки зрения временной
протяженности «изображают один
момент,
заключающий в себе разнообразие
восприятий» [289]. Как показал в свое
время в «Лаокооне» Лессинг, не временнáя
протяженность, а только некий намек
на предшествующий
изображенному и последующий
за ним момент времени может быть выражен
в скульптуре или живописи, причем, –
добавляет Потебня, – «лишь таким
образом, что художник изображает такой
момент действия, который заставляет
зрителя угадывать
моменты, предшествующие данному и
следующие за ним» [289].

Можно
ли расширить временнýю протяженность
изображения в пространственных образах
живописи и скульптуры? По-видимому,
нельзя. Вот что по этому поводу говорит
Потебня: «Как
расширяет живопись доступное ей
изображение момента? Когда живописец
[далее следует цитата из «Лаокоона»
Лессинга – С.С.] «на одной картине
изображает два необходимо удаленные
друг от друга момента времени, например,
Маццуоли – похищение сабинянок и
примирение их мужей с их родственниками
или как Тициан – целую историю блудного
сына: его развратную жизнь, бедственное
положение и раскаяние», то он вторгается
в «чуждую ему область поэзии»¹,
притом тщетно, – комментирует Потебня,
– потому что здесь столько картин,
сколько моментов» [290].

В
отличие от этого поэзия как искусство
временнóе выражает впечатления,
растянутые и распределенные во времени,
пусть даже весьма кратком, и в ней эти
впечатления «составляют ряд, цепь,
звенья которой отодвигаются в прошедшее,
оставаясь лишь в воспоминании по мере
появления следующих» [289]. Это самое
общее, простое и очевидное определение
специфики поэзии как временнóго
искусства. Правда, «очевидное и простое»
при внимательном рассмотрении оказывается
не столь уж очевидным и весьма непростым.

Так,
уже в книге «Мысль и язык» Потебня
попытался по крайней мере поставить
вопрос о серьезных сложностях и
противоречиях психологического
механизма создания и восприятия
временнóго
образа. Напомним, что для него «исходная
точка языка и сознательной мысли есть
сравнение» [209] и в основе создания
поэтического образа любого типа и
масштаба — от слова до произведения в
целом – лежит мыслительная операция
сравнения
вновь познаваемого (х)
с прежде познанным (А),
в результате которой и возникает образ
(а).
Кроме того, пределы
сознания по сравнению с пределами
воспринимаемого им мира ограничены:
Потебня, как известно, сравнивал его с
маленькой сценой, на которую последовательно
«восходят» и с которой «сходят» мысли.

Так
вот, вопрос заключается в следующем:
одновременно
или последовательно по времени
возникают в сознании элементы восприятия
при
сравнении
хотя бы двух из них и выражении их
отношений в мысли, т.е. в слове, безразлично,
внутреннем или произнесенном? К примеру,
когда мы сравниваем: «Облако, как гора»,
– то одновременно
возникают в нашем сознании представления
облака и горы или последовательно
– сначала образ облака, а потом горы?
(Если даже временной интервал такой
последовательности ничтожно, исчезающе
мал). На картине или в реальности мы
можем видеть
облако и гору одновременно.
А если этой картины перед глазами нет?
Если мы только думаем
об облаке и горе? И выражаем свою мысль
в слове (про себя или вслух)? Тут ведь
«измерить» ничего нельзя, никакой
прибор этого не зафиксирует.

В
«Мысли и языке» Потебня излагает точку
зрения на этот предмет немецкого
исследователя Лотце¹,
которая сводится к следующему. Пределы
сознания таковы, что оно, по-видимому,
«представляет разнообразное не
одновременным, а только последовательным
во времени». Лотце полагает, что «хотя
было бы очень трудно решить непосредственным
наблюдением, точно ли могут несколько
представлений в одно и то же время
находиться в сознании, или же это только
призрак, происходящий от быстроты их
смены;
но факт, что вообще мы можем сравнивать,
заставляет принять нас возможность
одновременности.
Кто сравнивает, тот не переходит только
от мысли об одном из членов сравнения
к мысли о другом; чтобы совершить
сравнение, он должен совместить
в одном неделимом сознании оба эти
члена и вместе – форму своего перехода
от одного к другому. Когда хотим сообщить
другому известное сравнение, то
свойствами языка мы принуждены
произносить одно
за другим
имена двух членов сравнения и обозначение
отношения между ними. В этом причина
заблуждения, будто и в самом сообщаемом
сравнении есть такая последовательность»
[133].
Таким образом, Лотце предполагает
наличие сравнения (т.е. мысли) до языка
и в этой мысли – одновременность
представления сравниваемых объектов.
Так что это язык, по его мнению, нарушает
одновременность
впечатлений, т.е. искажает
мысль, по существу вводит в заблуждение.

Но
заблуждение ли это? Если бы речь шла
только о мысли без языка, не выраженной
во внутренней или произносимой речи,
то с этим, может быть (причем только
«может быть», а не наверняка) можно было
бы согласиться. Но в словесном выражении
(в том числе во внутренней речи) даже
ряд одновременных
впечатлений превращается в их
последовательный
по времени
появления на «сцене» сознания ряд.
Поэтому Потебня считает точку зрения
Лотце по крайней мере односторонней,
поскольку в явлении сравнения, о котором
идет речь, этих сторон как минимум две,
причем «по-видимому, исключающих друг
друга» [135].

Кстати,
это касается не только сравнения, но
вообще восприятия словесного временнόго
образа любого типа. «Чтобы
понимать конец книги, в которой
последующее вытекает из предыдущего,
мы должны совместить в сознании все
предшествующее; а между тем нетрудно
заметить, что по мере того как при чтении
мы продвигаемся вперед, все прочтенное
ускользает из нашего сознания». «В ту
минуту, когда мы произносим последнее
слово предложения, мы мыслим непосредственно
содержание только этого слова; однако
это содержание указывает нам на то, к
чему оно относится, из чего оно вытекло,
т.е. прежде всего на другие, предшествующие
слова того же предложения, потом на
смысл периода, главы, книги» [135].

Так
и в сравнении (как мыслительной операции)
– то же самое противоречие: с одной
стороны, «хотя
сознание и не совмещает в себе одновременно
не только многих, но даже двух членов
сравнения», но, с другой стороны, «член
сравнения, находящийся вне его пределов,
обнаруживает заметное влияние на тот,
который в сознании» [135].

Так
что речь идет о сложном взаимодействии
в процессе мышления того, что находится
в «светлом поле сознания», с тем, что
существует за его «порогом», т.е. в
области подсознательного или в памяти.
И что на самом деле наличествует в этом
взаимодействии: одновременность или
временная последовательность, пусть
и с неуловимо краткими интервалами, –
для Потебни остается, в принципе, под
вопросом (т.е. пока что не имеет решения).
Но когда он пишет: «Примем ли мы вместе
с Лотце, что сознание обнимает ряд
мыслей как нечто одновременное, подобно
глазу, который разом видит множество
цветных точек, или же – что сознание
только переходит от одной мысли к
другой, но непонятным
образом
видоизменяет эту последнюю и совмещает
с ней все предшествующее» [136], – то,
несомненно, склоняется к второй
позиции, особенно если речь идет не о
«мысли до слова» или мысли, выраженной,
допустим, живописно, сочетанием красок,
а о мысли, выраженной словесно,
т.е. во временной последовательности
и длительности, связанной с произнесением
слова (неважно, про себя или вслух). Для
словесного искусства как временнóго
это несомненный факт, а то, к чему Потебня
относит свои слова «непонятным образом»
– это вопрос, который должна решать не
филология, а психология.

В
словесном искусстве компоненты
поэтического образа любого объема при
создании и восприятии всегда проходят
в сознании один за другим, последовательно
во времени (не могут быть восприняты
одновременно, как в живописной картине,
которую взор охватывает разом).
Поэтический образ составляет ряд, цепь
впечатлений и мыслей, звенья которой
непрерывно отодвигаются в прошедшее
и, вместе с тем, как говорит Потебня,
«непонятным образом» [т.е. не объясненным
в его, да и в наше время наукой психологией],
присутствуют в настоящем. Поэтому в
литературном произведении невозможно
изобразить два события, в
реальности
происходящие одновременно, непосредственно
одновременными и
в восприятии читателя,
который в тексте читает их описания
как следующие (по времени восприятия)
одно за другим, так что писатель должен
читателю на эту одновременность
специально указать («а в это время», «а
в другом месте в тот же самый момент»
и т.п.).

Сама
проблема художественного и реального
времени была осознана Потебней как
проблема ПОЭТИКИ, как проблема специфики
словесного
искусства. И он считал, что возможности
соотношений художественного и реального
времени могут быть очень широки и
многообразны. Здесь важно чувство меры,
а не соображения примитивно понимаемого
«правдоподобия» – «так бывает» или
«так не бывает». Это напрямую касается
не только произведений фантастических,
гротескных или мистических, но и сугубо
реалистических. Но, с другой стороны,
в произведениях с реалистической
основой необходима особая мера, чтобы
течение времени в них не ощущалось как
несоразмерное, неестественное по
отношению к времени повествования.
Так, например, говоря о применении
развернутых сравнений и метафор в
произведениях Гоголя (фраки – как мухи
на рафинаде, собачий лай – церковный
хор, Ноздрев – поручик во время приступа
и т.п.), в «Евгении Онегине» у Пушкина
(«Татьяна – ландыш потаенный…», «аи –
любовнице подобен…» и др.), Потебня
указывает на то, что главная задача
таких приемов – изобразительная.
Но у них, считает он, есть и другая
функция: в таких описаниях «избыточностью»
подробностей течение
художественного времени замедляется,
и в какой-то мере уравнивается
с реальным. «Уравнивание» художественного
и реального времени посредством
замедления повествования – также один
из важных принципов фольклорной поэтики
(повторы в былинах, исторических песнях
и т.д., «излишества» в передаче подробностей
одевания, седлания коня, трапезы и
т.п.). И хотя «современный поэт, – писал
Потебня, – самою быстротою течения
своей мысли поставлен в несколько
другие условия, но есть требования
поэтической изобразительности и вместе
сбережения сил читателя, обязательные
для него в той же мере, в какой они были
для древнего поэта» [293].

Художественное
время – это всегда «перцептивное»
время сознания автора.
Но в литературном произведении, как
уже говорилось, есть и другая
«перцептивность», другого субъекта –
героя
произведения, его восприятия времени¹.

Тенденция
развития временных приемов словесного
искусства связана, по мнению Потебни,
с увеличением доли, меры условности,
особенно в творчестве писателей,
склонных к фантастике и мистике, таких,
как Гофман или В.Ф.Одоевский, и их приемы
он считал вполне оправданными.

Таким
образом, РЕАЛЬНОЕ время (универсальное,
одномерное, непрерывное, однонаправленное,
линейно-упорядоченное
в движении от прошлого к будущему) в
процессе творческого преображения
(через субъективность автора, а также
благодаря отбору и концентрации
признаков и применению разных приемов
условности) превращается во время
ХУДОЖЕСТВЕННОЕ, которое может быть и
неравномерным
(ускоряться или замедляться), и не
одномерным
(представления о его длительности
зависят от психологических состояний
субъекта), прерывным,
дискретным
(можно остановить время, прервать его
течение, начать сначала), разнонаправленным,
нелинейным (оно
может двигаться вперед и назад, забегать
вперед или возвращаться в прошлое,
благодаря приемам ретроспекции и
проспекции).

Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]

• #
• #
• #
• #
• #
• #
• #
• #
• #
• #
• #