Вербицкая это егэ

Марина Калинина: Ну, давайте начнем, как говорится, сначала. Какие языки сейчас официально можно сдавать?

Мария Вербицкая: У нас в едином государственном экзамене сейчас четыре иностранных языка, традиционно изучаемых в школах России. Это английский, немецкий, французский и испанский языки.

Марина Калинина: Ну а самый трудный какой язык, на ваш взгляд, вот по результатам именно сдачи?

Мария Вербицкая: Вы знаете, самый трудный язык я боюсь вам сказать. Самый трудный язык тот, который вы пока еще не выучили. Вот я думаю, это самый трудный язык. А если говорить об экзамене, о наших контрольно-измерительных материалах, то все экзаменационные работы по любому из этих четырех языков имеют одинаковую структуру, они имеют одинаковое число заданий, одинаковый объем. Более того — даже тексты, которые используются для заданий, имеют одинаковый уровень трудности. Поэтому здесь лучше сдавать… Если изучает ребенок два языка, он может выбрать и сдавать тот, который он хочет.

Марина Калинина: Нет, а по результатам все-таки какой язык?

Мария Вербицкая: Вы знаете, результаты очень близки. И их даже не вполне корректно сравнивать, потому что 95% детей сдают английский язык, а на остальные три языка остается всего 5%. «Испанцев» у нас не больше 200 человек сдают ЕГЭ.

Марина Калинина: А вообще сколько сдают, выбирают этот экзамен?

Мария Вербицкая: А вообще это примерно 10% выпускников — ну, где-то 70 тысяч в последние два года. Чуть побольше детей заканчивать школу стало, и где-то 70 тысяч.

Константин Чуриков: Мария Валерьевна, экзамен-то по выбору, но тем не менее в одной школе английский преподают, условно говоря, со второго класса, а в другой школе английский преподают (поправьте, если я неправ) с пятого.

Мария Вербицкая: Нет, давайте расставим точки над «i». У нас, согласно просто уже закону, преподавание иностранного языка должно начинаться во втором классе везде, в любой школе. Другое дело, что может быть разное количество часов.

Константин Чуриков: Вот! Хорошо, с точки зрения разного количества часов. Соответственно, одни ребята, которые учат английский или любой другой язык более углубленно, — они более подготовлены к этому экзамену (ну, по формальным признакам). А другие, которые, в общем, учат час в неделю, условно говоря…

Мария Вербицкая: Нет, часа в неделю нет нигде. В начальной школе обязательные два часа в неделю — с третьего класса по четвертый. А дальше обязательные три часа. А уже школа за счет школьного компонента может несколько увеличивать. Но я понимаю смысл вашего вопроса: как это так — мы усадим всех подряд за одни и те же парты и раздадим одинаковые КИМы?

Константин Чуриков: Конечно.

Мария Вербицкая: Вопрос совершенно понятен. Но ответ как раз объясняется тем, что это экзамен по выбору. И его выбирают те, кто хочет связать будущую профессию с иностранным языком, кому нужен будет иностранный язык, кто поступает в те вузы, где иностранный язык необходим для успешного дальнейшего обучения, и поэтому у родителей и у ребенка есть выбор. Они могут в старших классах перейти в профильный класс, перейти в профильную школу. Сейчас же есть профилизация обучения. Кроме того, вы знаете, сам выпускник, в общем, может «добрать», что называется, язык. Сейчас столько возможностей для изучения иностранного языка: хорошие учебники, хорошие пособия, много аудиоматериалов. Смотри фильмы, выполняй задания, готовься.

Марина Калинина: Ну, давайте тогда к сути. В чем состоит собственно задание?

Мария Вербицкая: Задания. Это пакет заданий, это пакет. Причем это секьюрпак (вот нерусское слово), такой вот пакет, который обезопасен от всего, который выпускник открывает. И в этом пакете заданий, в письменной части… А у нас ведь две части в экзамене — письменная часть и устная часть. В письменной части четыре раздела: «Аудирование», «Чтение», «Грамматика и лексика» и «Письмо». А потом наступает устная часть, где есть свои задания и где выпускник, или участник экзамена (корректнее говорить так, потому что могут прийти выпускники других лет) общается уже с компьютером. Устно общаются с компьютером, все очень современно. Но вот в письменной части… Понимаете, каждый этот раздел строится еще таким образом: первое задание — самое простое, затем более сложное и самое сложное.

Константин Чуриков: Мария Валерьевна, я не забуду (в английской школе учился) вот эту фразу: «Listen and repeat». Как вы проверяете говорение и произношение? Вот тут как?

Мария Вербицкая: Как? Очень легко. Нет, машина на экзамене общается с ребенком и дает цифровую запись, которую затем проверяют, анализируют эксперты. Два независимых эксперта, действительно независимых. Они не сидят рядом, не слушают вместе, не советуются. Каждый из них отдельно оценивает все ответы ребенка и выставляет определенные баллы по критериям единым. Потом эти баллы сравниваются. И если два эксперта разошлись, сильно разошлись, то назначается третий эксперт. Это очень серьезные процедуры, все абсолютно прозрачно. И так по каждому заданию. И точно так же процедура проверки происходит в письменной части, где ребята дают развернутые ответы. Они должны написать личное письмо, ну, как бы письмо зарубежному другу по переписке. И они пишут развернутое высказывание на проблемную тему. Например, мы даем такую тему: «В школе надо запретить пользоваться мобильниками. Согласен/не согласен? Твои доводы «за» и «против». Твое мнение на эту тему. Докажи свою точку зрения».

Константин Чуриков: Мария Валерьевна, вообще в иностранном языке и в английском тоже, несмотря на кажущуюся его простоту, там есть еще вопросы… Вернее, трудности могут возникать со знаками препинания, потому что они там совершенно особенным образом живут.

Мария Вербицкая: Мне очень приятно, что вы об этом говорите, потому что, в общем, это как-то не широко известные истины. Но ведь мы проверяем то, чему должны обучить в школе, поэтому мы проверяем, чтобы понимали, где знак вопросительный, а где восклицательный, где ставится точка. Наверное, если «my opinion» или «firstly», какие-то вводные слова надо поставить, однородные члены предложения. Что касается тонкостей английской пунктуации, то давайте оставим это вузам языковым.

Марина Калинина: А вообще сейчас, по вашей практике, уровень преподавания иностранных языков упал, вырос, остался на уровне времен до ЕГЭ?

Мария Вербицкая: Ха! Спасибо за этот вопрос, потому что он дает мне возможность сказать, как ЕГЭ положительно влияет на преподавание в школе. У нас очень мало было аудирования. Аудирование — понимание текста звучащего — было только в спецшколе, в простой школе никому в голову не приходило. И когда в эксперименте по ЕГЭ еще в 2003, 2004 и 2005 году (был же сначала эксперимент) мы вводили аудирование, учителя стонали: «Нет магнитофонов! — никто, конечно, о компьютерах и MP3-плеерах не говорил. — Нет магнитофонов, нет кассет».

Совершенно изменилась ситуация! У нас аудирование прекрасно выполняется (сначала были проблемы), везде появилась нужная техника, и все УМК стали выходить со звуковыми приложениями. И сейчас, вы знаете, с устной частью происходит то же самое. То есть устной частью мало занимались, говорением, потому что была только письменная до 2015 года, в 2015-м мы ввели устную. Ввели устную часть — слава богу, в школах заговорили.

Марина Калинина: По вашей практике, самая трудная часть из этих заданий, какая?

Мария Вербицкая: Ну, в грамматике и лексике все немножечко попроще, но 3-е задание тоже сложнее, чем два предыдущих. И конечно, задание 40 — это последнее задание в работе, оно называется Развернутое высказывание с элементами аргументации. «Мое мнение…» Вот как раз то, что я говорила: «В школе надо запретить мобильники? Ваше мнение по этому вопросу». Или например: «Школьная форма обязательная? Ваше мнение по этому вопросу». Или: «Лучшие праздники — те, у которых есть давняя традиция?» Они очень разные, но они все на школьную тематику, на то, что в школе обязаны изучить.

В устном говорении у нас тоже три задания базового уровня, которые посильны должны быть любому школьнику: прочитать коротенький текст вслух, затем посмотреть на фотографию, прочитать установку, представить себе. Вот ты видишь какое-то рекламное объявление, и ты хочешь уточнить информацию. И тебе надо узнать, я не знаю, часы, когда магазин открыт, можно ли расплатиться картой, продают ли они именно такие, не знаю, ноутбуки, пирожные. Разные картиночки.

3-е задание — это описание фотографии, кто что делает, но тоже в коммуникативной ситуации. Это фотография из твоего альбома, и ты хочешь показать ее другу. Это реальная жизненная ситуация. Вы рассказываете: «Вот я был на отдыхе в Сочи. Вот здесь мы жили», — и так далее, и так далее.

А вот 4-е задание — оно более сложное. Там даны две фотографии, и надо их сравнить, надо найти общее и различное. Это задание мы считаем высокого уровня сложности, потому что и с точки зрения, так сказать, вот такой логической, аналитической, когнитивной оно сложнее. И конечно, другой репертуар требуется лексических и грамматических средств.

Марина Калинина: А может ли быть так, что экзамен по английскому (ну, я имею в виду — и по любому другому языку) будет обязательным рано или поздно?

Мария Вербицкая: Вообще ФГОС нового поколения задал эту планку: должен быть обязательным.

Константин Чуриков: Страна, встречающая Чемпионат мира по футболу в 2018 году, наверное, должна знать английский.

Мария Вербицкая: Ну, вообще пора уже заговорить. Понимаете, здесь спрашивали про учителей. Есть учителя, которые очень хорошо работают. И далеко не обязательно это Москва, Санкт-Петербург. Это может быть даже и очень отдаленный регион. А есть учителя, которые в Москве все еще в этой старой парадигме: прочитали, перевели, пересказали, а речи, говорения и реальной коммуникации нет. Так что здесь все по-разному.

Марина Калинина: Какие-то изменения будут в этом году по сравнению с прошлым?

Мария Вербицкая: В этом году никаких изменений нет. Мы еще в августе на сайте ФИПИ вывесили демоверсию, кодификатор, спецификацию, все показали. Два месяца было всенародное обсуждение — и школьники, и родители, и учителя могли написать. И писали. Мы принимали это все во внимание. В ноябре документы были утверждены, они и являются уже законом для 2017 года. Мы уточнили формулировку заданий как раз про описание фотографий немножко так, чтобы детям там легче было, понятнее как бы, легче, понятнее, но никаких изменений нет.

Марина Калинина: Как подготовиться правильно?

Мария Вербицкая: Подготовиться? Прежде всего — хорошо заниматься, хорошо, увлеченно заниматься языком. Ходить на уроки, выполнять задания и немножко что-то для себя читать (пусть и адаптированную литературу), смотреть фильмы, музыку слушать, песни на английском языке. Как только вы начнете это понимать, вы почувствуете, насколько вам легче задания по аудированию даются.

Вы знаете, боязнь ошибок… Ведь в современной коммуникативно-когнитивной методике ошибки-то не на первом месте стоят, а на первом место стоит — может ли человек общаться или нет. И в наших критериях, у нас же нигде не написано: «Ни единой ошибки нельзя, чтобы получить высокий балл». У нас везде есть некоторый допуск, потому что все-таки самое главное — это коммуникация непосредственная или опосредованная через аудирование, через слушание, через чтение. Все-таки вот это вот. Не надо учителям создавать барьеры, понимаете. 

Фрагмент интервью Марии Вербицкой телеканалу ОТР. Ведущие программы «О ЕГЭ предметно» — Марина Калинина и Константин Чуриков. Смотреть интервью полностью

Смотрите также

Популярные отзывы

Вербицкая

Показана страница 1 из 35