Восточно прусская операция 1914 карта егэ

• Взрослым: Skillbox, Хекслет, Eduson, XYZ, GB, Яндекс, Otus, SkillFactory.
• 8-11 класс: Умскул, Лектариум, Годограф, Знанио.
• До 7 класса: Алгоритмика, Кодланд, Реботика.
• Английский: Инглекс, Puzzle, Novakid.

Все карты для ЕГЭ по истории

Здесь представлены все карты, которые использовались на реальных ЕГЭ последних лет, а также те карты, которые чаще всего отрабатываются в различных сборниках для подготовки к сдаче экзамена.

Научиться «читать» карту невозможно без её знания. Необходимо запоминать расположение городов, рек, государств, обращать внимание на стрелочки (направления движения войск), годы (если они указаны) и т.д.

Для наилучшего понимания карты и успешного выполнения заданий по ней нужно сопоставлять её полную версию (как в атласе) и её «пустую» версию — как в ЕГЭ. Так вы быстрее поймете, что чаще всего интересует составителей, и какие города/реки и пр. нужно обязательно запомнить.

Походы Святослава

---

Походы киевских князей

---

Раздробленность на Руси и поход князя Игоря Святославича на половцев (1185)

---

Борьба Руси с иноземными захватчиками в начале XIII века

Нападение крестоносцев на северо-запад Руси

Невская битва (1240)

Ледовое побоище (1242)

---

Борьба Руси с Ордой в середине XIV века

Куликовская битва (1380)

---

Освобождение от монгольского ига

---

Походы Ивана IV на Казань и Астрахань + поход Девлет Гирея на Москву

---

Ливонская война (1558-1583)

---

Поход Ермака в Сибирь (1581-1585)

---

Экономическое развитие России в XVI веке

---

События Смутного времени

---

Восстание Богдана Хмельницкого

---

Русско-польская война (1654-1667)

---

Восстание Степана Разина (1670-1671)

---

Освоение Сибири и Дальнего Востока в XVII веке

---

Азовские походы Петра I (1695, 1696)

---

Северная война (1700-1721)

Сухопутные сражения Северной войны

Битва под Нарвой (1700)

Сражение у деревни Лесная (1708)

Полтавская битва (1709)

Морские сражения Северной войны

Прутский поход (1711)

---

Экономическое развитие России в первой четверти XVIII века

---

Русско-турецкая война (1735-1739)

---

Семилетняя война (1756-1762)

---

Восстание Пугачева (1773-1775)

---

Разделы Речи Посполитой (1772, 1793, 1795)

---

Русско-турецкая война (1768-1774)

---

Русско-турецкая война (1787-1791)

---

Итальянский и швейцарский походы Суворова (1799)

---

Социально-экономическое развитие России в первой половине XIX века

---

Наполеоновские войны

Аустерлицкое сражение и Тильзитский мир

---

Отечественная война 1812 года

Смоленское сражение

Бородинское сражение

Тарутинский марш-маневр

---

Заграничные походы русской армии (1813-1814)

---

Восстание декабристов (1825)

---

Русско-персидская война (1826-1828)

---

Крымская война (1853-1856)

---

Русско-турецкая война (1877-1878)

Действия в Закавказье и взятие Плевны

Берлинский трактат

---

Русско-японская война (1904-1905)

---

Первая мировая война (1914-1918)

Брусиловский прорыв (1916)

---

Гражданская война (1918-1922)

Гражданская война: события 1919 года

Гражданская война: события 1920 года

---

Образование СССР

---

Советско-финская война (1939-1940)

---

Начало Второй мировой войны. Вхождение Прибалтики в состав СССР (1939)

---

Московская битва (1941-1942)

---

Коренной перелом ВОВ (1942-1943)

---

Сталинградская битва (1942-1943)

---

Курская битва (1943)

---

10 сталинских ударов (1944)

Операция «Багратион» (1944)

Восточно-прусская операция (1945)

---

Действия против Японии в период Второй мировой войны

---

Карибский кризис (1962)

Первый период на Восточном направлении начался с желания русской стороны выполнить во что бы то ни стало все обязательства перед французами и оттянуть на себя германские силы, совершенно не учитывая степень готовности армий.

Оборона Восточной Пруссии 

Оборона Восточной Пруссии была возложена на 8-ю германскую армию, в составе 4 армейских корпусов: I, XVII, XX армейских и I резервного (3-й резервной дивизии, 3-й ландверной дивизии фон дер Гольца, 6-й и 70-й ландверных бригад, отряда Гендюка, 1-й кавалерийской дивизии и гарнизонов крепостей, всего 13 пехотных и 1 кавалерийской дивизий или 196 батальонов, 89 эскадронов и 1 044 орудия, из них 39 тяжелых). Общее командование было возложено на генерала Притвица, которому была поставлена задача – обеспечить восточные границы Германии от вторжения русских армий. Директива Мольтке от 6 августа ставила для 8-й армии следующие задачи:

1. выиграть время для переброски войск с французского театра;
2. поддержать австрийское наступление;
3. удерживать в своих руках Вислу как базу.

Для выполнения этих задач Притвиц решил, пользуясь широко развитой и оборудованной сетью железных дорог, действовать по внутренним операционным линиям и, смотря по обстоятельствам, наносить удары в Неманском и Наревском направлениях. Первая угроза для Восточной Пруссии обнаружилась в Неманском направлении со стороны 1-й русской армии.

Получив известие об ожидаемом наступлении русско-неманской армии, Притвиц решил, прикрываясь со стороны Наревского направления, стянуть свои силы к левому флангу и дать русской Неманской армии отпор. При этом германцы предполагали наступление 1-й русской армии на фронт южнее Роминтенской рощи – Августов и поэтому развертывали свою 8-ю армию, якобы в обход правого фланга русских.

По директиве Притвица 14 августа XX корпус сосредоточивался в районе Ортельсбурга с целью прикрытия от русского наступления района южнее озера Спирдинг и имея в виду возможность активных действий в сторону Иоганнисбурга. Прочие части 8-й германской армии по вышеуказанной директиве должны были быть переброшены в Неманском направлении и развернуться на линии Иоганнисбург–Летценский озерный район – р. Ангерап. К 18 августа вся армия могла быть в сборе, и на следующий день начать контрудар.

8-я армия вывела в поле около 13 дивизий, что давало русским полуторное превосходство только при условии совместных действий 1-й и 2-й армий. Одну треть своих войск Притвиц оставил против удаленной 2-й русской армии и две трети против 1-й. Таким образом, численного превосходства при последовавшем столкновении у 1-й русской армии не оказалось, а озера, укрепления и сеть рельсовых путей делали ее операцию без связи со 2-й армией весьма трудной. Вопреки желанию командования армией? командир I германского корпуса Франсуа решил встретить русских на фронте Сталюненен–Гольдан, чтобы замедлить движение русских. Это повело 17 августа к столкновению 1-й русской армии с I германским корпусом на указанной линии.

Против Германии русское командование поставило своей первой задачей – овладение Восточной Пруссией до Нижней Вислы включительно. Эта задача была возложена на Северо-западный фронт, состоявший из 2 армий:

• 1-я Неманская, в составе: III, IV и XX армейских корпусов (5-й стрелковой бригады, 1-й и 2-й гвардейских и 1-й, 2-й и 3-й кавалерийских дивизий и 1-й отд. кавбригады, всего 6,5 пехотных и 5,5 кавалерийских дивизий или 104 батальона, 121 эскадрона и 492 орудия). Командовал армией генерал Ренненкампф;
• 2-я Наревская, в составе I, II, VI, XIII, XV и XXIII армейских корпусов (1-й стрелк. бригады и 4-й, 6-й и 15-й кавалерийских дивизий, всего 12,5 пехотных и 3 кавалерийских дивизии — 200 батальонов, 79 эскадронов и 702 орудия, из них 12 тяжелых). Командовал 2-й армией генерал Самсонов.

Главнокомандующий фронтом был генерал Жилинский. Штаб фронта находился в Белостоке.

Директива Жилинского была отдана 13 августа, когда корпуса армий отчасти сосредоточивались еще по железным дорогам, отчасти продвигались к исходным пунктам своего развертывания. Армиям фронта указывалось перейти в решительное наступление с целью разбить противника, отрезать его от Кенигсберга и захватить пути отступления к Висле. Для этого 1-й армии, перейдя границу 17 августа, направляя левофланговый корпус на Ангербург и имея заслон со стороны Летцена, наступать от линии Вержболово–Сувалки на фронт Интерсбург–Ангербург в обход линии Мазурских озер с севера с охватом левого фланга противника. 2-й армии, перейдя границу 19 августа, наступать от линии Августов–Граево–Мышинец–Хоржеле, направляя главные силы от линии Мышинец–Хоржеле на фронт Руджаны–Пассенгейм и далее к северу во фланг и тыл линии озер. Обеим армиям было приказано атаковать противника энергично и с упорной настойчивостью. Разграничительная линия между армиями–Липовка–Поломея–Петцен, все для 2-й армии.

Эта общая для фронта директива дополнялась частными указаниями для армий. Для 1-й детализовали задачи кавалерии, но без определенных реальных указаний, и требовали оставить сильный заслон против Летцена, а для 2-й обращали внимание на прикрытие Гродненского направления и на интенсивную разведку к стороне Аллешптейна, инстинктивно сознавая опасность западного направления.

Также  командующие 1-й и 2-й армиями отдали свои распоряжения. 1-я армия отдала свои распоряжения 15 августа директивой и приказом, при этом директива несколько детализовала и суживала поставленную 1-й армии задачу, определяя ее «возможно глубоким охватом левого фланга неприятеля на р. Ангерап», где предполагались его главные силы.

В этих документах указывались задачи только на 17 августа. Кавалерия должна была перейти границу накануне, причем конному корпусу Хана-Нахичеванского направиться на Инстербург в обход Сталюпенена и Гумбпнена с севера, Гурко обеспечивает левый фланг армии со стороны Маркграбова и потом Летцена, а отдельной бригаде Орановского  достигнуть 17 августа Шиленена. Корпуса должны были 17 августа главными силами овладеть линией Вилюнен–Сталюпенен–Дубенинкен–Ковален.

Командование 2-й армией своей директивой от 16 августа совершенно меняло основную директиву фронта. Жилинский указывал выдвинуть главные силы армии (VI, XIII и XV корпуса) на фронт Мышинец–Хоржеле, после чего круто повернуть на север на фронт Растенбург–Зеебург в обход, примыкая своим флангом к озерам и торопясь войти в связь с 1-й армией и оказать ей ближайшую помощь в первом столкновении с германцами. Самсонов посмотрел на дело несколько шире и направил свои главные силы почти на 50 км западнее, на фронт Ортельсбург–Недйенбург, и придал им вместо северного северо-западное направление с целью скорейшего и более глубокого охвата всех германских сил, находившихся в Восточной Пруссии, и для перехвата путей на Нижнюю Вислу. В этом различии во взглядах коренилась, как увидим ниже, одна из причин последовавшей катастрофы.

В зависимости от своей основной идеи Самсонов решил при подходе к границе стянуть свою разбросанную на фронте свыше 200 км армию на фронт Мышинец–Хоржеле–Млава (около 70 км), оторвавшись от озер и 1-й армии. Для прикрытия образовавшегося здесь разрыва и парирования возможных попыток со стороны Летценского укрепленного района он назначил 11 корпус, который должен был начать наступление от Августова 17 августа, энергично действовать против фронта Арис–Иоганнисбург и прикрывать себя от ударов со стороны Летцена. Обеспечение промежутка между этим корпусом и соседним слева (VI) им было возложено на 4-ю кавалерийскую дивизию. Остальные корпуса должны были выступить с известных уже нам пунктов развертывания 17-18 августа и, делая переход в среднем 20-25 км с не успевшими еще сосредоточиться обозами и транспортами и сильно удаляясь от железных дорог, 20 августа достигнуть границы.

16 августа 1-я армия достигла заказанной исходной линии Владиславов–Сувалки, имея конную группу в 4,5 дивизии на правом фланге и 1 кавалерийскую дивизию на левом. Корпуса развернулись в одну линию, не дождавшись присоединения к ним второочередных дивизий, на широком фронте около 80 км, почти равномерно, имея весьма незначительное уплотнение (XX и III корпуса) по обе стороны железной дороги Ковно–Кенигсберг.

Положение и планы обеих сторон приводили 17 августа к столкновению между обеими дивизиями I германского корпуса, расположенными в районе Сталюпенена (1-я дивизия) – Мелькемен (2-я дивизия), и правым флангом армии Ренненкампфа. Наступление последних представляло собой не планомерный марш-маневр, а ряд самостоятельных продвижений корпусов, разновременно перешедших границу между 8 час. (III корпус) и 14 час. (IV корпус), вследствие чего выдвинувшемуся вперед III корпусу пришлось выдержать на себе всю тяжесть боя.

В результате произошло лобовое столкновение почти равными силами, и германцы в ночь на 18-е отошли к Гумбинену, задержав дальнейшее наступление русских до 14 часов 18 августа. Столкновение у Сталюпенена имею, несмотря на свой авангардный характер, большое стратегическое значение. Не нанеся существенных потерь германцам, оно исправило ошибочное предположение германского командования о направлении правого фланга армии Ренненкампфа на Роминтенскую пущу и окончательно убедило его, что наступление всей 1-й русской армии предшествовало вторжению в Пруссию Наревской армии. Поэтому им и предстояло в развитие общего плана первоначально броситься именно на Неманскую армию. Притвиц решил атаковать армию Ренненкампфа тотчас же, как только закончится переброска XVII корпуса.

Обнаружив движение 2 корпусов в направлении Гумбинен – Инстербург, не выявив еще определенно направления IV русского корпуса, германское командование решило обойти северный фланг этой группы, а у суетливого командира I корпуса Франсуа эта мысль развивалась даже в желании устроить ей Шлиффеновские клещи. Эта предвзятая мысль о русской группировке и идея клещей послужили основным мотивом розыгрыша сражения у Гумбинена.

I германский корпус отошел от Сталюпенена к Гумбинену, но почему то занял позицию около 10 км северо-восточнее его, в то время как XVII и 1 резервные корпуса находились еще далеко на запад. К северу от Гумбинена германцы решили сосредоточить кулак из 1 корпуса, Кенигсбергского гарнизона (11 батальонов, 6 эскадронов и 9 батарей), 2-й ландверной бригады, которая от Тильзита направлялась к Краупишкену, и 1-й кавалерийской дивизии для удара в обход русского правого фланга, который своей 28-й дивизией также грозил охватом левого фланга германцев.

В свою очередь 1-я русская армия продолжала с 18 числа наступление на запад, по-прежнему мало заботясь об уравнении колонн. Два корпуса (XX и III) наступали на обе стороны шоссе на Инстербург, имея сильно выдвинутой вперед правофланговую дивизию (28-ю) и оттянутой назад левофланговую (27-ю). 1,5 дивизии наступали на Гольдан, и 1 дивизия как бы связывала эти 2 группы, наступая на Мелькемен, севернее Роминтенских лесов. Конные массы по-прежнему держались на флангах армии.

Во время марша 19 августа на крайнем правом фланге русской армии произошли два столкновения, оказавшие влияние на последующий бой. Конница Хана-Нахичеванского столкнулась у Каушена с головными частями подходившей и переправившейся у Краупишкена 2-й ландверной бригадой. Атакованная бригада была откинута за реку Иистер и сбежала с поля сражения, не приняв участия в назревавшем бою и потеряв связь с командиром 1 корпуса.

В свою очередь и русский конный корпус отошел на отдых в район Линденталь, где и оставался без движения в течение всего 20 августа, оправдываясь израсходованием артиллерийских патронов. С другой стороны, правофланговая 28-я русская дивизия наткнулась, сильно выдвинувшись вперед, на укрепленную позицию германцев у Накальнишкен-Нибудшен, понеся частичную неудачу. К вечеру 19 августа 1-я армия, не имея кроме этого никаких столкновений на фронте, заняла свое положение, причем фронт всей армии занимал по прямой линии около 45 км, имея на флангах конные массы в расстоянии 10-15 км.

Командование 8-й германской армией решило в связи со всей сложившейся обстановкой атаковать на рассвете 20 августа армию Ренненкампфа, который со своей стороны назначил на этот день дневку. Общий план состоял в том, чтобы утром наброситься силами Франсуа и XVII корпусом на правую группу русских у Гумбинена, прикрывшись со стороны Гольдапа, а потом повернуться против последней. Поэтому XVII корпусу было приказано выступить 19-го вечером от Даркемена в 2 колоннах, развернуться на линии Пликен – Гиркен и атаковать противника, действовавшего против 1 корпуса у Аугступенена в наиболее важном направлении. XVII корпус должен был прибыть своевременно, чтобы оказать решительное влияние на ход боя. Остальные германские силы предназначались для обеспечения фланга ударной группы, 1 резервный корпус должен был обеспечивать со стороны Гольдапа, а 3-й резервной дивизии приказано было продвинуться до Куттена.

На рассвете 20 августа бой начался по инициативе германцев одновременным наступлением I и XVII корпусом. I корпус быстрым натиском своей ударной группы выбил 28-ю дивизию из Мальвишкен, после упорного боя в 10 часов занял Мингштимен, а в 11 часов атакой с фронта — Бракюпенен. В то же время 1-я кавалерийская дивизия, пройдя мимо мощной русской кавалерийской массы, хозяйничала в тылу 1-й армии у Пилькалена. На этом успехи 1 корпуса и ограничились.

Так же удачно было первоначальное наступление XVII корпуса, командир которого решил направить свой удар в северо-восточном направлении, не зная о присутствии на его фланге 27-й и 40-й русских дивизий. И здесь наступление до 11 часов шло успешно, и дивизии корпуса дошли до линии Иодцунен–Виббинен–Будзецен, тесня перед собой охранение русских дивизий.

С полудня успех перешел на сторону Ренненкампфа. В это время Франсуа начал новую атаку центром на Каттенау, но встретил уже контрудар со стороны русской 25-й дивизии, вызвавший панику среди войск корпуса Франсуа. Германские войска в беспорядке отступили к Нибудшену, а русские заняли Бракюпенен и Мингштимен. Франсуа только в 15 часов мог перейти в наступление, но через час прекратил бой, не изменив существенно положения. Макензен вошел с полудня в соприкосновение с главными силами 27-н и 40-й русских дивизии, взявших отчасти его под фланговый огонь. Германцам не удалось обнаружить русской артиллерии, и атака их к 16 часам захлебнулась. Вскоре после этого XVII корпус не выдержал отлично комбинированного огня 27-й дивизии и в полном беспорядке отскочил за реку Ангерап. К дальнейшему наступлению он был не способен, и бой заглох и на этом участке.

Столкновения южного русского крыла с I резервным корпусом севернее Гольдапа носили нерешительный характер, и влияния на ход боя не оказали. Неспособность к дальнейшему наступлению XVII корпуса и известия от XX корпуса о приближении Наревской армии заставили Притвица в ночь на 21 августа отвести армию с поля сражения. Армия Ренненкампфа осталась ночевать на занятых местах, за исключением, ушедшего на 2-3 км на восток XX корпуса и отдельной кавалерийской бригады, которая, обнаружив обход фланга армии, отскочила к Шилленену и потеряла на несколько дней связь с армией. Стоявший в районе Иоганнисбурга XX Германский корпус, будучи атакован авангардами 2-й армии, должен был поспешно отступить внутрь страны, чем открыл доступ к тылу 8-й армии со стороны Нарева. Вечером 20 августа Притвицу казалось, что его армия, собранная в Неманском направлении, находится перед опасностью окружения, и он отдал приказ об отступлении к Нижней Висле.

В день боя под Гумбиненом корпуса 2-й русской армии достигли линии Юха (II корпус) – Пельты (VI) – Хоржеле (XIII) – Кржиновлога (XV) – Млава (I). Только II корпус находился в оперативной связи с левым флангом 1-й армии и был главнокомандующим фронтом переключен в эту армию из 2-й.

Последствия Гумбиненского сражения для русского Северо-западного фронта вылились в предоставление армии Самсонова своей собственной участи. Но это сражение имело весьма важное значение и на весь ход кампании.

Во-первых, оно оказало существенную помощь французам тем, что заставило германцев снять с французского фронта в самую решительную минуту 2 корпуса и кавалерийскую дивизию и срочно отправить их на русский фронт. Корпуса эти были сняты к тому же из ударной группы.

Во-вторых, оно указало германцам на возможность для русских, ведя наступательную операцию против австрийцев, вести такие же операции в больших размерах и против Восточной Пруссии, что вызывало у германцев естественное желание лучше обеспечить их Восточный фронт, почему часть новых формирований и была туда направлена.

И наконец, в-третьих, на Восточный фронт было назначено новое командование (Гинденбург и Людендорф), которое и по своему характеру, и по приобретенному после блестящих побед значению сильно давило на германскую Ставку в смысле перенесения центра тяжести войны с Западного на Восточный фронт. Это условие привело к раздвоению мысли германского верховного командования вплоть до передачи всей власти в руки Гинденбург–Людендорф.

Описание подготовлено по книге А.М. Зайончковского «Мировая война 1914–1918», изд. 1931 г.

Галерея > Карта > Военные > Карты походов

Книга:  Мировая война 1914—1918 гг. Оригинальная:  да Оригинальное название:  №10. Кампания 1914 г. Русский театр. Восточно-прусская операция. Положение на Северо-западном фронте от начала войны до Гумбиненского сражения включительно. Порядковый номер:  84078 Страница:  20 Цветная:  Да Дата 1:  1914 Дата тип:  фикс

Назад

17 августа 1914 года (109 лет назад) началась Восточно-Прусская операция русских войск

Восточно-Прусская операция 1914 год

Восточно-Прусская операция 4 (17) августа — 2 (15) сентября 1914 года — наступательная операция русских войск, перед которыми ставилась задача нанесения поражения 8-й немецкой армии и овладения Восточной Пруссией для развития наступления непосредственно в глубь территории Германии.

«У вас есть план, мистер Фикс?»

Согласно мнению большинства отечественных и зарубежных исследователей истории Первой мировой, планы будущей войны активно разрабатывались генштабами всех стран-участниц задолго до начала боевых действий. Германский генштаб вёл подготовку к новой войне едва ли не с 1870-80-х годов, тогда же озаботились этим вопросом Франция и Бельгия, позднее — в 1910-е годы и Россия. Однако к началу Первой мировой войны никакого единого, согласованного плана ведения боевых действий не было ни у держав Антанты, ни у Германии и её союзников. Каждый готовился к быстрой, молниеносно-наступательной войне, стремясь, прежде всего, реализовать собственные наработки по захвату стратегической инициативы на фронте.

Германский план войны, разработанный начальником немецкого Генерального штаба Альфредом фон Шлиффеном, предписывал быстрый разгром Франции за шесть-восемь недель, а затем перенесение удара на восток и столь же быстрый разгром России. Этот план после отставки Шлиффена был модифицирован новым начальником генштаба Гельмутом фон Мольтке, но суть германского блицкрига оставалась прежней: разбить Францию и оперативно перебросить все силы на Восточный фронт, чтобы расправиться с Россией. При первоначальном развёртывании войск Германия сосредоточила на западе 79% своих сил, а против России 21%.

Франко-русская военная конвенция и протокол совещания начальников генеральных штабов генералов Жоффра и Жилинского в 1913 году ставили задачу избежать разгрома Франции и заставить Германию вести борьбу одновременно на двух театрах военных действий. Для этого Россия обещала начать немедленное наступление против Германии к 15-му дню мобилизации. Русские мобилизационные расписания № 19 и № 20 предписывали Северо-Западному и Юго-Западному фронтам переход в наступление и перенесение войны на территорию Германии и Австро-Венгрии. Направление главного удара против Германии — от Нарева на Алленштейн — было определено ещё в 1912 году на переговорах Жилинского и Жоффра.

Однако в трудах виднейших российских историков Первой мировой войны (Н. Н. Головин, А.М. Зайончковский и др.) прямо говорится о том, что первоначально в планы русского Генерального штаба не входило развитие масштабного наступления против германских войск в более чем укреплённом районе Восточной Пруссии. Россия планировала вести наступательные действия против войск Австро-Венгрии на Юго-Западном фронте, куда и были стянуты основные силы. Против Германии планировались исключительно оборонительные действия в Северо-Западных и западных укреплённых районах, для чего по линии Новогеоргиевск — Ивангород — Варшава — Брест-Литовск с 1910 года создавалась новая линия укреплений, которая к 1914 году находилась лишь на стадии незавершённого строительства.

Французский генштаб, в свою очередь, прекрасно понимал, что пока их могучий союзник Россия будет разбираться с австрийцами на юго-западе, а потом ещё с Османской империей на юге, немцы отличнейшим образом окажутся в Париже. Поэтому французские главнокомандующие Жоффр и Дюбайль на всех совещаниях коалиции откровенно внушали начальнику русского Генерального штаба генералу Я.Г. Жилинскому желательный для них ход операций русских войск, стараясь сохранять в тайне свои реальные планы наступательных операций на Западе. Они уверяли, что нужно сперва провести масштабную наступательную операцию силами русского Северо-Западного фронта, чтобы разбить Германию. Тогда Австро-Венгрия быстро капитулирует, и война в Европе закончится ещё до первого листопада.

На оперативно-стратегической игре, проведённой российским военным министерством и генштабом в апреле 1914 года, отрабатывалось вторжение в Восточную Пруссию силами двух армий Северо-Западного фронта с востока и юга. Предполагалось, что сомкнувшиеся «клещи» приведут к разгрому германской армии, устранив угрозу флангового удара при наступлении на главном направлении через Познань на Берлин из Варшавского выступа.

В августе 1914 года в состав Северо-Западного фронта (командующий — генерал Я.Г. Жилинский) входили 1-я армия (командующий — генерал П.К. фон Ренненкампф), развёрнутая к востоку от Восточной Пруссии (Неманская), и 2-я армия (командующий — генерал А.В. Самсонов). Армия Самсонова дислоцировалась к югу от Восточной Пруссии (район Нарева) и включала в себя 12,5 пехотных и 3 кавалерийских дивизии при 720 орудиях. В 1-ю армию Ренненкампфа входили 6,5 пехотных и 5,5 кавалерийских дивизий при 492 орудиях. Всего в двух армиях было более 250 тысяч бойцов, 1104 орудия, 54 самолёта.

Противостоящая им на данном участке фронта немецкая 8-я армия включала три армейских и один резервный корпус, две резервных дивизии, одну кавалерийскую дивизию, одну ландверную дивизию, три ландверные бригады, две крепостных эрзацбригады, 9,5 эрзацландверных батальонов, всего 14,5 пехотных (4,5 ландверных) и одну кавалерийскую дивизии или 173 тысячи бойцов. По различным данным, число орудий в 8-й армии определяется в 774 (без крепостных) — 1044 (с крепостными).

Численное превосходство над противником, великолепный план операции, обещания союзников — всё это сулило победные перспективы и давало повод к общему шапкозакидательскому настроению в руководстве русской армии. Практически все — от самого монарха до последнего пехотного офицера — были уверены в молниеносном успехе. Тех, кто считал, что война затянется до зимы, в Петербурге называли паникёрами и пораженцами.

В директиве от 13 августа 1914 года Верховный главнокомандующий русской армии великий князь Николай Николаевич поставил перед Северо-Западным фронтом задачу немедленно перейти в наступление и нанести поражение противнику. Соответствующую директиву командующим армиями направил в тот же день генерал Жилинский.

1-й армии (Ренненкампф) предписывалось выступить 14 августа, перейти границу 17 августа, обойти Мазурские озёра с севера и отрезать немцев от Кёнигсберга. 2-я армия (Самсонов) должна была выступить 16 августа, перейти границу 19 августа, обойти Мазурские озёра с запада и не допустить отхода германских войск за Вислу.

Сегодня практически все, как отечественные, так и зарубежные историки в один голос уверяют, что при чётком взаимодействии двух армий, у русской стороны были все шансы осуществить этот план и нанести сокрушительное поражение германцам.

Тем не менее, Восточно-Прусская наступательная операция 1914 года закончилась грандиозным провалом, положившим начало целой цепи военных неудач России в Первой мировой войне. Почему? Попробуем разобраться.

I этап операции: Гумбинен-Гольдапское сражение

Восточно-Прусская операция русских войск началась 4(17) августа наступлением 1-й русской армии (командующий Ренненкампф), в ходе которого 20 августа 1914 года у Гумбиннена было нанесено сокрушительное поражение противнику.

Битва происходила на фронте 50 км от города Гумбиннен до города Гольдап. Соотношение сил перед сражением было не в пользу русской армии, которая имела 6,5 пехотных и 1,5 кавалерийских дивизии. Германские войска располагали 8,5 пехотными и 1 кавалерийской дивизией.

Командующему 1-й армией генералу Ренненкампфу точно было предписано направление его удара и указаны рубежи, которые он должен был занять. Для заполнения фронта в 50 км он располагал недостаточными силами, что вело к распылению сил на широком фронте без резервов и лишало командующего возможности маневрировать, т.е. лично влиять на события.

Первый удар германцев обрушился на 28-ю пехотную дивизию. Кавалерийские части зашли в тыл русским войскам, погромили обозы, однако углубиться в свои тылы русские им не позволили. Дивизия, неся большие потери, организованно отступила под защиту своей артиллерии. К середине дня на помощь 28-й дивизии подоспела 29-я, русские дивизии нанесли контрудар, и части германского корпуса начали отступать. В ходе сражения русские полностью разгромили 17-й корпус генерала Макензена. Германцы в беспорядке отступали, русские войска захватили 12 брошенных орудий. Под Гольдапом, на южном фланге, германский 1-й резервный корпус генерала Белова также отступил, но результат сражения всё-таки висел на волоске. Немцы могли атаковать на следующий день.

Окружение командующего 8-й армии генерала Притвица советовало ему возобновить сражение и добить русских, в то время как штаб Ренненкампфа, учитывая потери и общую усталость войск, убеждал его в необходимости прервать бой и отойти до прибытия подкреплений.

В конце концов исход боя был решён исключительно «единоборством» генералов. Русский бесповоротно решил держаться, а немец, удрученный бегством своего лучшего 17-гo корпуса и обеспокоенный появлением новой угрозы со стороны генерала Самсонова, признал себя побеждённым и приказал отходить к Висле.

Ренненкампф отдал распоряжение преследовать бегущего противника, но в силу отставания тылов, растянутости коммуникаций и общей усталости войск, этот приказ отменил.

План немцев

Поражение при Гумбиннене создало реальную угрозу разгрома 8-й германской армии. Генерал Притвиц принял решение отступать за Вислу, но Ставка, вопреки плану Шлиффена, который предполагал при неблагоприятном развитии событий на Восточном фронте отступать в глубь Германии, но ни в коем случае не снимать войск с Западного фронта, приняла решение Восточную Пруссию не сдавать. В помощь 8-й армии были переброшены войска с Западного фронта (2 корпуса и конная дивизия). Германским командованием было принято решение, оставив 2,5 дивизии против 1-й русской армии Ренненкампфа, быстро, по рокадной железной дороге через Кёнигсберг, перебросить главные силы 8-й армии против 2-й русской армии Самсонова и попытаться разгромить её, до того как она соединится с частями 1-й армии.

Реализация немецкого плана целиком зависела от действий армии Ренненкампфа, чьё быстрое продвижение на запад сделало бы манёвр немыслимым.

Между тем, командование Северо-Западным фронтом после успеха под Гумбиненом посчитало Восточно-Прусскую операцию уже завершённой. Комфронтом Жилинский изменил стратегическую задачу 1-й армии, приказав Ренненкампфу двигаться не на соединение с армией Самсонова, а идти к Кёнигсбергу, где, по его предположениям, укрылась основная часть 8-й армии противника.

Главком 2-й армии Самсонов, в свою очередь, решил перехватить «отступавших к Висле» немцев и сам настоял перед командованием фронта на перенесении главного удара своей армии с северного направления на северо-западное. Это привело к тому, что русские армии стали наступать по расходящимся направлениям. Между ними образовалась огромная брешь в 125 км, чем не замедлил воспользоваться противник.

Новое командование 8-й армии (Гинденбург и Людендорф) решило нанести опережающие фланговые удары по 2-ой армии, окружить её и уничтожить.

Русская Ставка, в свою очередь, также сочла операцию в Восточной Пруссии в основном законченной и работала над планом наступления в глубь Германии, на Познань, в связи с чем ком. фронта Жилинскому было отказано в усилении 2-й армии Самсонова гвардейским корпусом.

II этап: битва при Танненберге

Гибель армии генерала Самсонова

Как и было запланировано, части 8-й немецкой армии, изобразив организованное отступление, оставили армию Ренненкампфа и уже 26 августа предприняли атаку на правом фланге армии Самсонова. 6-й корпус генерала Благовещенского был отброшен к Ортельсбургу, две дивизии корпуса потеряли более 7, 5 тысяч человек убитыми, и в полном беспорядке отступили. Сам генерал Благовещенский сбежал в тыл, а командарм Самсонов не получил об этом происшествии никакой информации. Поэтому 27 августа он приказал своей армии выполнять ранее поставленную задачу: идти вперёд, преследуя немцев, якобы отступивших к Висле.

27 августа противник предпринял успешную атаку на левом фланге армии Самсонова. Удар был нанесён по 1-му корпусу генерала Артамонова и отбросил его к югу от Сольдау. 23-й корпус генерала Кондратовича понёс потери и отступил на Нейденбург.

Самсонов получил от Артамонова неверную информацию о ситуации, и решил, что ничего страшного не произошло. На 28 августа командарм запланировал удар силами 13-го корпуса генерала Клюева и 15-го корпуса генерала Мартоса во фланг западной германской группировки. Для руководства боем Самсонов с оперативной частью штаба армии утром 28 августа прибыл в штаб 15 корпуса.

Командование Северо-Западным фронтом в этот момент совершенно не представляло себе, где именно находится 2-я армия и сам генерал Самсонов. Приказ штаба фронта об отводе корпусов 2-й армии на линию Ортельсбург-Млава до войск так и не дошёл. Связь со штабом фронта и фланговыми корпусами армии Самсонова была потеряна, а управление армией — дезорганизовано. Ничего не зная о разгроме своих флангов, центральные части 2-ой армии продолжали наступать, попадая тем самым в прекрасно организованный немцами мешок.

Поняв, что дело плохо, штаб фронта приказал 1-й армии двинуть вперёд левофланговые корпуса и кавалерию для оказания помощи 2-й армии, но уже вечером 29 августа наступление было остановлено.

Согласно официальной версии, командующий фронтом Жилинский, ссылаясь на отсутствие связи, решил, что 2-я армия Самсонова, согласно его приказу от 28 августа, уже отошла к границе, и помощь 1-й армии ей не требуется. Войска Ренненкампфа в это время находились в 50-60 км от отступающих дивизий армии Самсонова, которые попали под главный немецкий удар.

29 августа отступление пяти русских дивизий 13-го и 15-го корпусов, занимавших центр фронта проходило под растущим фланговым давлением 1-го корпуса Франсуа и 1-го резервного корпуса Белова. На флангах 2-й армии германские атаки были отбиты, но в центре русское отступление приняло беспорядочный характер. Пять дивизий 13-го и 15-го корпусов (около 30 тысяч человек при 200 орудиях) были окружены в районе Комусинского леса. В ночь на 30 августа генерал Самсонов, находившийся среди окружённых частей, застрелился. Генерал Мартос был взят в плен, генерал Клюев пытался вывести войска из окружения тремя колоннами, но две колонны были разбиты, и Клюев отдал приказ о сдаче в плен.

Общие потери 2-й армии убитыми, ранеными и пленными составили 56 тысяч человек. Были убиты 10 генералов, 13 взяты в плен, захвачено 230 орудий. Немецкие потери (убитыми и ранеными) составили 30 тысяч человек.

2-я армия (1-й, 6-й, 23-й корпуса и остатки попавших в окружение 13-го и 15-го корпусов) отступила за реку Нарев. Попавшие в окружение части продолжали сопротивление до 31 августа. В западной историографии это сражение известно как битва при Танненберге.

Основными причинами поражения 2-й армии стало совершенно неудовлетворительное командование со стороны штаба Северо-Западного фронта, не сумевшего правильно оценить оперативную ситуацию в период 20-26 августа, а также ошибки командующего армией генерала Самсонова, неоправданно расширившего полосу наступления армии и не сумевшего обеспечить оперативное управление соединениями армии в ходе встречного сражения. Отдельно следует отметить отвратительную работу русской армейской разведки, не сумевшей вскрыть сосредоточение основных сил 8-й германской армии против флангов Самсонова, и полное пренебрежение в штабе 2-й русской армии правилами фронтовой радиосвязи. За день до перехода в наступление, германские связисты перехватили переданное открытым текстом (клером) сообщения штаба 2-й армии в один из корпусов с подробной диспозицией сил армии и указанием ближайших её задач, что тут же отразилось на постановке командующим 8-й немецкой армии Гинденбургом задач наступающим войскам.

Конец операции

Покончив с армией Самсонова, 8-я армия атаковала войска генерала Ренненкампфа с юга, со стороны Мазурских озёр. Поскольку основные силы 1-й армии были сосредоточены на севере, возле Кёнигсберга, немецкое командование планировало прорвать оборону на юге, а тем временем окружить армию, прижав её к Неманским болотам, где полностью уничтожить. 1-я армия имела все шансы повторить судьбу 2-й армии Самсонова, оказавшись в расставленной немцами очередной ловушке. Но генерал Ренненкампф вовремя разгадал обходной манёвр противника. Он оперативно осуществил переброску войск, обеспечив усиление южного фланга. При отчаянных боях фланговых частей основные силы 1-ой армии получили возможность вовремя отойти на восток, соединиться с оставшимися после разгрома корпусами 2-й армии и избежать окружения.

В завершающих боях с немцами обе русские армии (1-я и 2-я) понесли огромные потери — около 100 тыс. людей и более 50 орудий. К 15 сентября наши войска были буквально выдавлены из Восточной Пруссии.

Причины поражения и значение Восточно-Прусской операции

В историографии Первой мировой войны сложилось мнение, что поражение в Восточной Пруссии летом 1914 года было продиктовано целым рядом, как вполне объективных, так и чисто субъективных причин.

Одной из первых причин обычно называют неготовность России к войне. Но разве Россия когда-нибудь к чему-нибудь бывает готова?.. В данном случае речь может идти лишь о неготовности России к наступательным действиям на участке Северо-Западного фронта, ибо все основные силы оказались сосредоточены на Юго-Западе. Но если брать шире, то Россия, как оказалось, в 1914 году была вообще не готова к ведению войны европейской. Напомним, что русская армия не воевала на территориях Западной Европы с 1813-1814 года. С того времени в европейских странах уже была построена сеть железных дорог, увеличилась мобильность войск, значительно выросла скорость поставок боеприпасов, совершенствовались средства связи, координации управления войсками и т.д.

Русское командование по-прежнему считало, что «победа в ногах» русского солдата, а его храбрость и стойкость в бою — полноценная замена современным методам ведения войны.

К августу 1914 года противники России Германия и Австро-Венгрия уже полностью завершили мобилизацию. Немцам удалось выиграть некоторое время, чтобы оперативно перебросить в Восточную Пруссию часть лучших войск с Западного фронта. Тогда как до некоторых территорий обширной Российской империи весть о всеобщей мобилизации и начале войны докатилась лишь в сентябре-октябре.

Отсюда вытекает и вторая, на наш взгляд, наиболее веская причина неудачи Восточно-Прусской кампании. Армии Ренненкампфа и Самсонова, отправленные в поход через две недели после начала мобилизации, не были полностью укомплектованы рядовым и офицерским составом; не были отлажены поставки боеприпасов и продовольствия. В первые же дни с момента перехода границы в обеих армиях начались перебои со снабжением, голод и отчаянное мародёрство, особенно в казачьих частях.

Дивизии 1-й армии Ренненкампфа также не располагали ни конной разведкой, ни какими-либо другими средствами быстрого обнаружения дислокации противника (дирижабли, воздушные шары, аэропланы и т. д.). Штабы корпусов и дивизий, в большинстве случаев, действовали вслепую или опираясь на непроверенные, ставшие уже неактуальными данные: разведка пехотой не поспевала за противником, передвигающимся на поездах, автомобилях и велосипедах.

Малый запас снарядов, боеприпасов, продовольствия, отсутствие транспортных коммуникаций в виде сети железных дорог, отлаженной связи между армиями и командованием, нечёткие действия (а часто и бездействие) фронтовой разведки превратили русские войска в голодного неповоротливого медведя. Он лёг костьми на пути наступающих немцев, преградив им путь к быстрой победе, но выполнить свою стратегическую задачу (развить собственное наступление, окружить и уничтожить мобильную, хорошо вооружённую 8-ю армию) так и не смог.

Восточно-Прусская операция имела для русских тяжелые последствия в тактическом и особенно в моральном плане. Многие современники называли поражение при Танненберге причиной антимилитаристских и антимонархических выступлений, предвестником всех революционных событий в России XX века. Это было первое в истории столь крупное поражение русской армии в битвах с немцами.

Однако выигранная немцами тактически, эта операция стратегически означала для них провал плана молниеносной войны. Для спасения Восточной Пруссии им пришлось перебросить немалые силы с Западного театра военных действий. Это спасло Францию от разгрома и вынудило Германию втянуться в гибельную для нее борьбу на два фронта, отказаться от разработанного Шлиффеном блицкрига, перейти к затяжной позиционной войне.

Из субъективных причин поражения русских войск в Восточной Пруссии, как отечественными, так и зарубежными историками, часто выдвигались версии роковых ошибок командования Северо-Западным фронтом в лице генерала Я.Г. Жилинского.

Вильгельм Гренер — один из лучших германских генералов I Мировой войны — так оценивал причины провала русского наступления:

«Поход в Восточную Пруссию мог бы закончиться для немцев весьма плохо, если бы командующий Северо-Западным фронтом, генерал Жилинский, оказался на высоте задачи — твердой рукой осуществлять единство руководства над вверенными ему армиями в операциях против Восточной Пруссии. Хотя он был уже в мирное время начальником штаба русской армии, но во время войны все же не обнаружил тех способностей, которые необходимы для вождения армий. Также как и младший Мольтке, он полагался на осмотрительность и самостоятельность командующих армиями и потому не проявлял собственной инициативы.»

Современный британский историк Н. Стоун также дает весьма интересную характеристику основной причины катастрофы:

«Главной сложностью было не то, что армии были «не готовы»; а то, что они были готовы так, как это понимал Жилинский — то есть их абсолютно не подготовили к тому, что должно было произойти.»

Ренненкампф и Самсонов: развенчание мифа

В советской историографии Первой мировой войны особенно активно использовалась версия личного конфликта генералов Самсонова и Ренненкампфа, который якобы стал одной из главных причин поражения русских армий в Восточной Пруссии летом 1914 года.

Одни советские историки делали основной упор на общую бездарность русского генералитета, Ставки и командования Северо-Западным фронтом, другие возлагали всю вину исключительно на генерала Ренненкампфа, предательски оставившего армию Самсонова погибать в Комусинском лесу.

Начало легендарного конфликта между командующими 1-й и 2-й русских армий обычно связывают с полумифической ссорой генералов на вокзале в Мукдене в 1904 году. Согласно весьма распространённой в литературе версии, войска генерала Ренненкампфа во время сражения под Ляояном не поддержали наступление казаков Самсонова на Ентайские угольные шахты, что привело к многочисленным жертвам и оставлению Самсоновым занятых позиций. После сражения Самсонов якобы догнал Ренненкампфа на Мукденском вокзале и залепил ему увесистую пощёчину (в некоторых версиях — избил нагайкой прямо на перроне).

Все авторы, упоминающие данный эпизод, связывают возникновение легенды с фигурой офицера германского генштаба Макса Хоффмана, который стал свидетелем ссоры и безобразной драки между Ренненкампфом и Самсоновым. За сто с лишним лет история о «мукденской пощёчине» обросла массой фантастических подробностей, найдя своё отражение как в литературных произведениях, так и в трудах некоторых весьма уважаемых историков Первой мировой войны.

На самом деле, во время Русско-японской войны 1904-1905 годов Макс Хоффман находился в качестве прикомандированного иностранного наблюдателя не в русском, а в японском генштабе. Стать непосредственным очевидцем конфликта между русскими генералами в Мукдене он никак не мог, что, собственно, и подтверждается его воспоминаниями:

«Я слышал со слов свидетелей (!) о резком столкновении между обоими командирами после Ляоянского сражения на Мукденском вокзале. Вспоминаю, что еще во время сражения под Танненбергом мы говорили с генералом Людендорфом о конфликте между обоими неприятельскими генералами».

Получается, иностранный наблюдатель просто где-то что-то от кого-то услышал, а потом, с немецкой педантичностью, доложил своему начальству (вдруг информация пригодится в будущей войне?). И эти слухи легли в основу целой массы домыслов и мистификаций как советских, так и зарубежных авторов, а после яркого художественного воплощения В. Пикулем в одной из его исторических миниатюр, обрели в общественном сознании статус непреложной истины.

В современных исследованиях, специально посвящённых изучению биографии генерала П.К. Ренненкампфа, обстоятельно доказано, что никакого явного, тем более публичного конфликта между генералами в Мукдене не было и быть не могло. В битве при Ляояне (август 1904 года), при сражении у деревни Фанцзяпуцзы, генерал Ренненкампф получил серьёзное ранение в ногу. Вплоть до октября 1904 года он находился на излечении в госпитале города Харбина, о чём существуют неоспоримые документальные свидетельства. Пересечься с Самсоновым на Мукденском вокзале, а тем более попасть ему под горячую руку, генерал физически не мог. Кроме того, после Ляояна у Самсонова не было никаких причин бросаться на Ренненкампфа с нагайкой, предъявляя ему столь серьёзные претензии.

Теоретически ссора двух генералов могла произойти после неудачи на реке Шахэ в октябре 1904 года. Тогда, действительно, успешное наступление захлебнулось исключительно из-за несогласованности действий русских войск, и оба военачальника имели все основания для взаимных обвинений. Вот только непосредственные участники тех событий (в их числе барон П.Н. Врангель) в своих воспоминаниях утверждают, что ничего подобного не происходило. После сражения генералы Самсонов и Ренненкампф мирно посовещались и разъехались по своим войскам.

Версия конфликта Ренненкампф-Самсонов, безусловно, родилась гораздо позже, и не в военных, а в либерально-демократических общественных кругах. Революционно настроенная общественность не смогла простить генералу Ренненкампфу его жёстких и решительных действий в период революции 1905-1907 гг., его верной службы царю и Отечеству, его право-монархических взглядов.

В 1914 году русскому немцу Ренненкампфу не простили ни его немецкой фамилии, ни (самое главное) поражения под Танненбергом, в котором его войска, к слову сказать, даже не участвовали.

В среде давних недоброжелателей и завистников Ренненкампфа, желающих во что бы то ни стало найти виновного, моментально родилась идея «бездействия» генерала в решающий момент битвы. «Бездействие» и «безынициативность» командующего 1-й армией объяснялись самыми фантастическими причинами: от сведения личных счётов вплоть до прямого предательства и сговора с врагом.

Вот что писал находившийся в то время в Ставке адмирал Бубнов:

«Бездействие генерала Ренненкампфа общественное мнение назвало преступным и усмотрело в нем даже признаки измены, ибо, главным образом, благодаря этому бездействию, немцам удалось нанести столь тяжелое поражение армии Самсонова. Доля вины падавшая на ген. Жилинского не освобождала однако ген. Ренненкампфа от ответственности за непроявление инициативы, пассивность, неумение оценить обстановку и недостаточное стремление к установлению оперативной связи с Самсоновым».

В чем же заключалось это «бездействие»?

Некоторые «писатели» утверждают, что Ренненкампф оставался на поле сражения, в полном бездействии три дня (с 20 по 23 августа), а есть и западные историки, уверяющие нас что он вообще больше не двигался, ожидая гибели Самсонова, его якобы личного врага.

На самом деле остановка 1-й русской армии после сражения под Гумбинненом длилась по одним данным 48, а по другим — лишь 36 часов.

Непосредственный начальник Ренненкампфа — комфронтом Жилинский — чётко обозначил направление наступления 1-й армии на Кёнигсберг, а не на соединение с Самсоновым. О Самсонове Ренненкампф вообще ничего не знал. т. к. прямой связи между 1 и 2 армиями не было: они могли связаться только через штаб фронта. В телеграммах Жилинского за 20-28 августа, отправленных Ренненкампфу, нет ни слова о Самсонове и его армии. Ренненкампф, как и всякий военный, обязан был выполнять приказы вышестоящего начальства, т. е. преследовать отступающего противника.

С 21 по 23 августа армия Ренненкампфа по сути не стояла на месте, как это пытаются представить его обвинители. Она всё время находилась в тесном соприкосновении с немецкими войсками, которые прикрывали отход основной части 8-й армии сильными заслонами.

При отсутствии армейской конной разведки Ренненкампф не мог даже предположить, что немцы водят его за нос, изображая отступление на данном участке, а сами готовятся атаковать фланги армии Самсонова на северо-западе.

Знать об этом должен был комфронтом Жилинский, но он тоже ничего не знал и на 23 августа назначил начало наступления 1-й армии на Кёнигсберг.

Действительное положение дел вскрылось лишь после работы назначенной Государем особой Правительственной комиссии, проводившей расследование причин гибели 2-й армии генерала Самсонова. В её выводах нет ни одного слова упрека по адресу генерала Ренненкампфа.

Тщательно исследовавший в эмиграции эту операцию, известный военный историк профессор генерал Н.Н. Головин писал :

«В действиях 1-й армии нельзя найти причин неудачи постигшей нашу 1-ю операцию в Восточной Пруссии. И войска, и сам командующий армией, с полным напряжением сил исполняли все, что от них требовал Главнокомандующий Северо-Западным фронтом».

Между тем, выводы Правительственной комиссии не убедили ни общественное мнение, ни военное руководство в невиновности генерала Ренненкампфа.

Военачальники Жилинский и Самсонов, куда более виновные в стратегической ошибке, повлекшей за собой гибель 2-й армии, никогда не подвергались столь резким нападкам со стороны общественного мнения, как П.К Ренненкампф.

Я.Г. Жилинский был смещён с поста командующего фронтом и должности варшавского генерал-губернатора. В 1915-1916 годах он представлял русское командование в Союзном совете во Франции. В 1917 году уволен в отставку с мундиром и пенсией. После октябрьского переворота пытался выехать за границу, но был схвачен чекистами и расстрелян.

Генерал Самсонов добровольно ушёл из жизни. Актом самоубийства он словно бы искупил свою вину, а впоследствии приобрёл трагический ореол мученика и жертвы предательства.

Генералу Ренненкампфу, не допустившему окружения и возможной гибели своей 1-й армии под Кёнигсбергом и успешно завершившему операцию по выводу русских войск из Восточной Пруссии, досталась роль предателя и изгоя.

После Лодзинской операции (ноябрь 1914 года) Ренненкампф был уволен из армии без всякого объяснения причин. Сам генерал объяснял своё увольнение исключительно интригами военного министра Сухомлинова и его окружения.

Сохранились воспоминания одного из бывших подчинённых Ренненкампфа В. Н. Фон Дрейера, который встретил своего отставленного начальника в Петрограде в 1915 году:

Гибель генерала Ренненкампфа

Не удивительно, что в первые же дни Февральской революции генерал П.К. Ренненкампф попал в число «врагов народа», арестованных новой властью. Ему припомнили 1905 год, и отставной военачальник провёл несколько месяцев в Петропавловской крепости. Однако доказательств в пользу его обвинения собрано не было, и после октября 1917 года Ренненкампф был освобождён.

Он уехал к родственникам своей жены в Таганрог, где жил под фамилией мещанина Смоковникова. При захвате города большевиками скрылся под именем греческого подданного Мандусакиса. Весной 1918 года Ренненкампф был выслежен чекистами и арестован.

Согласно акту Особой комиссии по расследованию злодеяний большевиков, состоявшей при главнокомандующем ВСЮР А.И. Деникине, генерал от кавалерии Павел Карлович Ренненкампф с 3 марта по 1 апреля 1918 года находился в качестве арестованного при штабе таганрогского военного комиссара Родионова.

По данным Особой комиссии, генералу трижды предлагали служить в Красной Армии, но Ренненкампф резко отверг все предложения.

В конце марта в Таганрог прибыл командующий Южным фронтом Антонов-Овсеенко. Узнав, что генерал Ренненкампф всё ещё жив, он приказал его немедленно расстрелять.

В ночь на 1 апреля 1918 года генерал Ренненкампф был отвезен на автомобиле за город и там расстрелян у Балтийской железнодорожной ветки, в двух верстах от Балтийского завода.

Впоследствии был перезахоронен семьёй на старом кладбище Таганрога.

Елена Широкова

Использованы материалы:

Айрапетов О. К вопросу о причинах поражения в Восточной Пруссии

Андоленко С. К биографии Ренненкампфа

Бахурин Ю. «Вокзал для двоих» к вопросу о мукденской пощёчине

Существует мнение, что Восточно-Прусская операция – череда неудач русских войск, а Гумбинненское сражение – едва ли не единственная победа русского оружия. Так ли это?

Целью русских армий была ликвидация кенигсбергского выступа и обеспечение правого фланга войск в Польше. Германские войска в Восточной Пруссии должны были быть окружены и уничтожены — 1-я армия, оперируя севернее Мазурских озер, должна была охватить левый фланг противника, а 2-я армия, наступая в обход озер с запада — воспрепятствовать отходу немцев за Вислу.

Цель действий 8-й армии заключалась в сковывании русских войск на период проведения решительной операции во Франции. Армия также должна была выиграть время для переброски немецких войск с Запада после разгрома Франции. Представлялось необходимым сохранить восточно-прусский плацдарм, нависающий над флангом «польского балкона», как базу для перспективных операций.

Мазурские озера, разрывавшие строй Северо-Западного фронта на 2 части, препятствовали согласованным действиям значительных войсковых масс. И в силу объективных и субъективных факторов — специфики ТВД, отсутствия координации в действиях командармов, а главное – при ненадлежащем руководстве операцией со стороны командующего фронтом – де-факто проводилась не фронтовая, а две армейские операции. Со всеми вытекающими последствиями.

Фронт 1-й армии.
4 августа произошло столкновение под Сталлупененом — встречный бой между германским 1-м и русским 3-м армейскими корпусами с подходом других войск. Русская 27-я пехотная дивизия вступила в противоборство с германскими 1-й и 2-й пехотными дивизиями. Начавшись для русских неблагоприятно, бой закончился отходом немцев к Гумбиннену. Особое значение имел удар 29-й пд русского 20-го АК у дер. Бильдервейчен (трофеями стали 6 орудий). Комбриг Н. Евсеев отмечал поражение германского 1-го АК: его 1-я пд, потеряв часть артиллерии, оказалась серьезно потрепана, а 2-я пд была опрокинута и отброшена [Евсеев Н. Указ. соч. С. 38].

Командир 1 АК генерал-лейтенант (с 6 (19) 08. генерал пехоты) Г. фон Франсуа

Командир 3 АК генерал от инфантерии Н. А. Епанчин

Бой под Сталлупененом. Сборник документов

6 августа состоялся бой русской кавалерии с пехотой 2-й и 6-й ландверных бригад, поддержанных артиллерией, — у Каушена. Атака спешенной гвардейской кавалерии успеха не имела, но перелом произвела конная атака 3-го эскадрона Конной Гвардии ротмистра барона П. Н. Врангеля — несмотря на плотный артиллерийско-стрелковый огонь и выход из строя офицеров, германские орудия на ключевой позиции были захвачены.

Трофеи Каушена. Ротмистр Врангель, полковник князь Эристов и др. офицеры у захваченной в каушенском бою германской пушки

7 августа произошел апогей начавшего разворачиваться накануне знаменитого Гумбинненского (Гумбиннен – Гольдапского) сражения – динамичного и кровопролитного встречного боя с попыткой немцев охватить 20-й армейский корпус. Соотношение сил [Радус – Зенкович Л. Очерк встречного боя по опыту Гумбиненской операции в августе 1914 г. М., 1920. С. 92]: 74400 штыков, 224 пулемета и 452 орудия (из них 44 тяжелых) у немцев против 63800 штыков, 252 пулеметов и 408 орудий у русских.

Ударная и лучшая часть немецкой 8-й армии — 1-й и 17-й армейские корпуса — наносила главный удар. Спецификой было то, что в сложной обстановке встречного боя в полевых условиях скрестили оружие кадровые дивизии и корпуса — с кадровым командным составом. Бой выявил многие особенности сильнейших армий Европы – русской и немецкой.

Командир 17 АК генерал кавалерии А. фон Макензен

20-й армейский корпус 1-й армии, несмотря на тяжелую обстановку, выдержал вражеский удар и контратаковал. Контрудар привел к панике в 1-м корпусе противника. Его правый фланг стал в беспорядке откатываться назад, и лишь к 15 часам Г. фон Франсуа удалось взять в свои руки управление деморализованным соединением.

Командир 20 АК генерал от инфантерии В. В. Смирнов

Потерпел поражение и 17-й корпус А. фон Макензена. Русский 3-й корпус поймал его в огневой мешок: немецкий корпус угодил под жесточайший артиллерийский и винтовочно-пулеметный огонь, понес огромные потери, и, частично в панике, отступил с поля боя. Германские источники отметили, что великолепно обученные войска при первом же столкновении с врагом потеряли выдержку. Соединение тяжко пострадало, потеряв только в пехоте 8000 человек (треть состава), причем было убито и ранено 200 офицеров [Сборник документов. С. 15].

Как вспоминал русский фронтовик, на 3-й корпус генерала Епанчина, наступал корпус знаменитого Макензена, чуть ли не лучший в немецкой армии. В центре армейского боевого порядка оборонявшиеся русские были в 1,5 раза слабее противника, и макензеновская пехота, поддержанная мощнейшим огнем развернувшейся артиллерии, проявив выдающийся наступательный порыв, имела все шансы на успех. Но немцы угодили в организованный русским военным искусством огневой мешок – он простреливался артиллерией насквозь. Расстреливаемые сосредоточенным и метким огнем, к 16 часам немцы дрогнули и хлынули назад — причем паника одолела германскую дисциплину [Андреев В. Указ. соч. С. 28].

Комкор-3 Н. А. Епанчин (2-й справа), капитан английской армии Нильсон (4-й справа), начштаба 3 АК генерал-майор В. А. Чагин (1-й слева). Восточная Пруссия, сентябрь 1914

Начальник 36 пд генерал-лейтенант К. фон Хейнекиус

Немецкие 35-я и 36-я пехотные дивизии потеряли моральную стойкость и, сея в тылах панику, оказались за р. Ангерап.

Первое серьезное поражение германской армии в Первой мировой состоялось. Профессор И. И. Вацетис отметил, что 8-я армия потерпела под Гумбиненом крупную неудачу – в случае продолжении боя она могла превратиться в катастрофу [Вацетис И. И. Боевые действия в Восточной Пруссии в июле, августе и начале сентября 1914 г. Стратегический очерк. Действия 1-й и 2-й русских армий и 8-й германской армии. М., 1923. С. 52]. Полковник Ф. Храмов, фиксируя победу русских войск в сражении под Гумбиненом, отметил факт крупного поражения четырех германских дивизий, в то время как русские имели серьезно потрепанную лишь одну дивизию – 28-ю [Храмов Ф. Указ. соч. С. 20].

Начальник 28 пд генерал-лейтенант Н. А. Лашкевич

Гумбиннен-Гольдапское сражение. Сборник документов

Итоги сражения: а) смена командования 8-й армии, начавшей отступление на Вислу; б) самое важное – германское Верховное командование приняло решение о переброске войск с Французского фронта на Восток (подроб. в др. статье цикла).

Французская история войны напрямую связывала разгром («катастрофу») макензеновского 17-го корпуса с принятием судьбоносного решения о переброске немецких войск с Западного фронта в Восточную Пруссию [Hanotaux G. L’Academie Française. Histoire Illustree De La Guerre De 1914. Tome sixième. Paris, 1917. P. 182-183].

Молебен кавалергардов и конногвардейцев в Инстербурге, август 1914 г

Парад в Инстербурге

9 августа продвижение 1-й армии было возобновлено, но соприкосновение с противником утрачено. Двухдневная остановка 1-й армии после Гумбиннена оказалась роковой для 2-й армии.

1-я армия отвлеклась осадой Кенигсберга, а попытка с помощью конницы установить контакт со 2-й армией окончилась безрезультатно.

Фронт 2-й армии.

10 — 11 августа состоялся ожесточенный бой 15-го армейского корпуса с германской группой О. фон Шольца (3,5 пехотных дивизии; костяк группы — 20-й армейский корпус) у Орлау – Франкенау, окончившийся поражением немцев. Бой создал предпосылки для успешного наступления армии А. В. Самсонова: «8-я пех. дивизия русских энергичным ударом захватила с налета высоты у Орлау, а оборонявшую их 73-ю бригаду 37-й германской дивизии отбросила в северном направлении. Одновременно 6-я пех. дивизия русских сосредоточенным артиллерийским огнем нанесла серьезное поражение 70-й ландв. бригаде» [Храмов Ф. Указ. соч. С. 31].

Командир 20 АК генерал артиллерии Ф. фон Шольц

Начальник 8 пд генерал-лейтенант Е. Э. Фитингоф

37-я пехотная дивизия ударилась в панику и стала беспорядочно отступать, бросая раненых. Соединение было разгромлено, понеся большие потери.

Начальник 37 пд генерал-лейтенант Г. фон Штаабс

Бой стал вторым крупным успехом русских войск в Восточной Пруссии после Гумбиннена. Отбросив 20-й корпус к северу, 2-я армия открыла путь вперед. Но дальнейшие ошибки и неумение командования армии объективно оценить обстановку не позволили развить достигнутый успех: «если бы ген. Самсонов знал действительную обстановку, а не наступал вслепую, то следовало всеми силами 13 и 15-го корпусов и 2-й пех. дивизии обратиться против группы Шольца и до окончания перегруппировки 8-й германской армии нанести ей решительное поражение. Но Самсонов представлял себе обстановку в соответствии с информацией фронта в том виде, что германцы отходят к Висле, а потому спешил на север, чтобы отрезать им пути отхода» [Там же].

Управление генерал-квартирмейстера штаба 2-й А.
1-й слева старший адъютант полковник С. Е. Вялов, 4-й слева генерал-квартирмейстер генерал-майор Н. Г. Филимонов, 5-й слева старший адъютант полковник Д. К. Лебедев. Восточная Пруссия, август 1914 г

С 11 августа в руки командования противника стали регулярно попадать русские оперативные радиограммы, и немцы действовали, видя «карты» своего врага.

Ситуация усугубилась тем, что штаб 2-й армии к 11 августа оторвался от войск на 5 переходов, что очень осложнило управление войсками — особенно при недостатке технических средств связи. Остановка 1-й армии вместе с уклонением 2-й армии на 60-70 км западнее для более глубокого охвата противника привели к тому, что 2-я армия, наступая на фронт Алленштейн – Остероде, оказалась в трех группах, растянутых на 100-км фронте.

На флангах были созданы обеспечивающие операцию группы: на правом — в составе 6-го армейского корпуса и 4-й кавалерийской дивизии (оторванность от других корпусов 50 км), на левом — 1-й армейский корпус, превращенный в заслон у Сольдау, и 15-я и 6-я кавалерийские дивизии. Ударная группа армии, наступавшая в центре, состояла из 13-го и 15-го армейских корпусов и 2-й пехотной дивизии 23-го армейского корпуса (3-я гвардейская пехотная дивизия 23-го корпуса подошла из Новогеоргиевска под конец сражения). Т. о. около половины сил 2-й армии было задействовано на обеспечение операции, действуя пассивно. Массированного, таранного удара по противнику организовать не удалось.

Командир 23 АК генерал от инфантерии К. А. Кондратович

И с 13 августа осуществлялась реализация замысла нового начштаба 8-й армии Э. Людендорфа. Против 1-й армии был оставлен заслон, и немцы все силы сосредоточили против 2-й армии — решив отбросить ее фланговые соединения и завязать «мешок» вокруг центральных корпусов.

Фланговые корпуса – 1-й и 6-й армейские были сбиты с позиций в боях 13 — 16 августа и отошли, что дало возможность противнику окружить центральные корпуса. Если неудача 6-го корпуса у Бишофсбурга была очевидна, то не все было однозначно в боях 1-го у г. Уздау. Последний долго с успехом держался. Контрудар 14 августа против 2-й пехотной дивизии и 5-й ландверной бригады немцев был результативным — германские части были смяты и начали отход на север, многие из них поддались панике. Но когда на левом фланге 1-го армейского контратака его 22-й пехотной дивизии принесла упомянутый успех, в 24-й пехотной дивизии, находившейся на правом фланге, от имени комкора по телефону был распространен ложный приказ об отступлении — и войска начали отходить.

Бой 6-го армейского корпуса у Бишофсбурга 13-15 августа. Сборник документов

Командир 6 АК генерал от инфантерии А. А. Благовещенский

Начальник 16 пд генерал-лейтенант Г. К. Рихтер

Бой 1-го армейского корпуса у Уздау-Сольдау 13-14 августа. Сборник документов

Начальник 22 пд генерал-лейтенант А. А. Душкевич

Начальник 24 пд генерал-лейтенант Н. П. Рещиков

Командир 1 АК генерал от инфантерии Л. К. Артамонов

В итоге, немцы смогли начать окружение 13-го и 15-го армейских корпусов и 2-й пехотной дивизии. С 15 августа около 13 германских дивизий оперировали против 5 русских, личный состав которых был утомленным и голодным.

Необходимо отметить огромное значение такого фактора, как знание немцами из перехваченных радиограмм оперативной информации штаба 2-й армии с диспозицией войск и постановкой им боевых задач.

Несмотря на неблагоприятные факторы, в ряде боев русские войска центральной группы нанесли поражение немцам (бои у Ваплица — Мюлена и др.), заняли 14 августа г. Алленштейн (был разбит 20-й АК и почти уничтожена его 41-я дивизия, также потерпела поражение ландверная дивизия Гольца).

Начальник 41 пд генерал-майор Л. фон Зонтаг

Очевидец вспоминал о бое под Ваплицем: когда немцы попытались прорваться они были встречены ураганным огнем русской артиллерии — шрапнель выкашивала целые ряды наступающих. Часть немецкой пехоты, которая успела прорваться, попала под штыковой удар русской бригады — в основном погибла, а частично (18 офицеров и свыше 1000 рядовых) попала в плен [Храмов Ф. Указ. соч. С. 54]. Бойцы 15-го АК и 2-й пд, разгромив в этом бою 41-ю пд немцев, сорвали первую редакцию плана германского командования на окружение русских войск — в районе Гогенштейна [Там же. С. 55].

Начальник 2 пд генерал-лейтенант И. Ф. Мингин

15 августа бригада 1-й пехотной дивизии 13-го корпуса, следовавшая в авангарде, около 14 часов атаковала во фланг и тыл находившуюся в районе севернее Гогенштейна ландверную дивизию Гольца — и к 17 часам обратила ее в беспорядочное бегство.

Командир 15 АК генерал от инфантерии Н. Н. Мартос

Но общей картины это уже не меняло.
Продвигаясь вперед, центральная группа корпусов 2-й армии еще глубже входила в «капкан»: «события 28 августа (15 стар. стиля – А.О.) в центре армии окончились неоспоримым тактическим успехом русских войск. Они здесь разгромили 41-ю пех. дивизию и ландверную дивизию Гольца, имея со своей стороны значительно потрепанную одну бригаду 13-го корпуса. Но в оперативном отношении 13-й и 15-й русские корпуса, действуя в этот день в районе Гогенштейна, значительно ухудшили свое положение» [Там же. С. 57].

Русские бойцы в окопах Восточной Пруссии

Слишком поздно поступившее распоряжение на отход привело к плачевным результатам. 16 — 18 августа — попытки пробиться из окружения и гибель 13-го и 15-го корпусов. Не было принято мер по организации единого руководства окруженными войсками в целях прорыва, ни, по сути, помощи извне.

Отступающие части и группы солдат и офицеров вели локальные бои, пытаясь пробиться. Даже в обстановке хаоса отступления и боев в окружении русские войска самоотверженно выполняли свой долг: так, 16 августа 6 батальонов 13-го корпуса, обороняясь в районе дер. Мёркен и севернее, доблестно погибали в окружении, противостоя в 6 раз (!) сильнейшему противнику — 1-му РК (18 батальонов), дивизии Гольца, 37-й пд и 3-й рд (18 батальонов) [Евсеев Н. Указ. соч. С. 243].

Окончание следует